Передайте в Центр
Шрифт:
– Знаю, знаю!.. – отмахнулся Майкл. – Но тебя не отпустят, даже если ты провалишь операцию. Ты хладнокровный циник, Элоиз.
– А при чем тут цинизм?
– Как?!.. Разве ты не влюбился ни в одну из очаровательных русских шпионок? – Майкл Кроу искренне расхохотался.
Доктор Хартли нахмурился и встал.
– Мне действительно пора, Майкл.
– Хорошо, хорошо!.. Только ответь мне на один вопрос, чем сейчас занимается Макферсон?
– До сегодняшнего дня он занимался обычной рутиной. Но скоро я собираюсь поручить ему одно очень любопытное дело.
– Какое?
– Не скажу.
Уже возле двери доктор Хартли оглянулся.
– Ты не удивился бы, Майкл, если бы меховой воротничок твоей жены и в самом деле оказался моим чертенячьим хвостом?
– Нет. А что?
– Это имеет кое-какое отношение к тому делу, которое я собираюсь поручить Макферсону. Извини, но иногда я сам вынужден быть немножко дьяволом, Майкл.
– Хотя бы намекни, что за дело ты собираешься поручить Макферсону?
– Его подсказал мне ты сам… Меховая ленточка не может принадлежать твоей жене Маргарет, Майкл. Она слишком любит животных.
Доктор Элоиз Хартли вышел и закрыл за собой дверь.
29.
Таня лежала, свернувшись калачиком в постели под толстым, теплым одеялом. В темной комнате приятно пахло женскими духами.
«Я устала думать, и я хочу домой…»
Мысли были теплыми и отрывочными. Из них не нужно было делать вывода или лихорадочно поспешно находить другую мысль.
«Домой…»
В соседней комнате сидела Бонни Вайсер. Она что-то торопливо писала на небольшом листочке бумаги. Дверь на террасу была открыта и ночная прохлада приятно освежала лицо.
– Здравствуй, Бонни…
Женщина быстро подняла глаза. У входа на террасу стоял Энтони Клингер.
– Только не нужно делать резких движений, Бонни, – на женщину за столом смотрело дуло пистолета, и этот взгляд мало чем отличался от взгляда неожиданного гостя. – Пожалуйста, не зови своих парней. Их больше нет…
– Арни Фокс?
– Ты права, это смог бы сделать только Арни.
– Ему повезло. Я слишком увлеклась своими делами и забыла о нем.
– Кому-то из вас двоих должно было повезти.
Энтони вошел в комнату и приблизился к столу.
– Где девчонка?
– Если бы она была у меня, я бы уже позвонила Джону Арланди.
– Все правильно, – Энтони кивнул. – Правда, одно время я чуть было не посчитал, что ты связалась с русской разведкой.
– Почему?
У Энтони вдруг сильно заболело колено.
– Так, ерунда, – он поморщился. – Боль довольно забавная штука, Бонни. Она похожа на наркотик и мутит разум. А теперь, извини, но я должен повторить вопрос: где девчонка?
– Я не знаю.
– Знаешь. Ты всегда была к ней очень близко. Ближе всех нас. Я уверен, что ты загнала ее в какую-нибудь нору, а теперь ждешь, пока Джон Арланди не повысит цену.
Бонни показала взглядом на пачку сигарет на столе.
– Я могу закурить?
– Можешь. Но когда твоя сигарета кончится, я выстрелю, Бонни.
– Хорошо, – женщина щелкнула зажигалкой. – А где Арни Фокс?
– Ждет снаружи.
– Почему он не вошел?
– Он все до панического ужаса боится тебя, Бонни.
Женщина принялась молча рассматривать лицо Клингера. Она вертела в руках пачку сигарет.
– А ты не боишься меня?
– Я могу нажать на курок в любую секунду.
– Но тогда ты не узнаешь, где девушка.
– Я могу прострелить тебе ноги, Бонни. Потом руки… Дальше ты знаешь. Но прежде чем умереть, ты все равно скажешь мне, где эта чертова девчонка.
Бонни сделала едва уловимое движение и в лицо Клингера полетела пачка сигарет. Энтони нажал на курок. Но он помимо воли все еще смотрел на летящую в его лицо пачку сигарет, и пуля прошла мимо цели.
Бонни опрокинула стул и упала на спину. Энтони рванулся вперед. Неожиданно дверь спальни, мимо которой попытался проскользнуть Клингер, резко распахнулась. Энтони на мгновение увидел бледное лицо Тани и тут же ощутил ужасающую боль в колене. Боль была такой огромной, что у Энтони промелькнула мысль: «Уж лучше пуля…» Он потерял сознание и рухнул на пол.
Арни Фокс ворвался в комнату, держа пистолет в вытянутой руке. Он стрелял в сторону стола, за которым лежала Бонни Вайсер. Шесть выстрелов последовали один за одним. Седьмой выстрел сделала Бонни. Пуля попала Арни в грудь.
– Так я и знал… Ведьма!
Толстяк падал медленно и умер, еще не коснувшись головой пола.
Таня бросилась к Бонни. Та лежала неподвижно и смотрела в потолок. Левая рука женщины зажимала раны на животе.
– Уходи… – губы Бонни едва шевелились. – Уходи сейчас же!
Таня заплакала.
– Дура, уходи!..
Таня встала, но не перестала плакать.
– Уходи же!..
Таня едва не споткнулась о вытянувшееся на полу тело Энтони Клингера. Слезы застилали глаза, и она почти не видела дорогу…
30.
– Ну, чем порадуете, Гарри? – насмешливо спросил доктор Хартли.
Гарри попытался взять себя в руки. Ему уже порядком надоело докладывать шефу о неудачах.
– Очевидно, девчонка была на вилле Бонии Вайсер, шеф.
Он замолчал.
– Так, что дальше?
– Арни Фокс решил вспомнить свое прошлое и уложил всех пятерых охранников Бонни. Там же видели Энтони Клингера. Но он исчез до приезда полиции.