Шрифт:
ГЛАВА 1
Когда все вышли из здания аэропорта, Григорий чуть замедлил свой шаг. И тут вновь он услышал детский Голос с небес:
– Ты сделал всё правильно…
Это очень обрадовало Григория.
– Я хочу сказать, Григорий, что тебе ещё придётся кое-что сделать… И я почему-то верю, что ты сумеешь справиться и с этим, – продолжил Голос. – Тебе в начале июня следующего года придётся пройти ещё одно испытание. А некоторые дни для тебя даже будут просто невыносимыми. Ты должен и это выдержать. Но это нужно обязательно сделать! Это очень важно и сложно одновременно. Предупреждаю тебя, Григорий: постарайся быть послушным и последовательным! И не ошибаться. Ошибок не должно быть вообще! Иначе тебе будет очень плохо. Это слишком опасно… Это равносильно смерти. И от этого много чего зависит.
Со страхом в сердце Гриша внимательно слушал, что говорит ему Голос с небес. Он видел перед собой встречающих его близких, которые на миг забыли про него. Проанализировав то, что сказал появившийся голос ребёнка, он вдруг почему-то посмотрел на свою любимую Веронику. От услышанного Григорий вдруг замер на месте и спросил, одолеваемый сомнениями:
– Но ты ведь сказал, что всё будет хорошо? И я долго буду жить.
– Вот от этой поездки и зависит, долго ли ты будешь жить на земле или нет, – продолжал тем временем Голос. – Именно поэтому я и сказал тебе, что ошибок не должно быть… А что ты вдруг так испугался? Ведь ты уже немало знаешь, и всё зависит только от тебя!
Григорий от услышанного впал в глубокое размышление. Потом, немного обдумав сказанное Голосом, он произнёс:
– Я не знаю, что я должен сделать… Но почему-то верю, что всё будет хорошо!
И тут неожиданно идущая впереди Ангелика обернулась – посмотреть, почему отстаёт Григорий. Она улыбнулась ему вдруг так искренне и тепло, совершенно не скрывая своего светлого чувства. При виде Ангелики, смотрящей на него с улыбкой, Гриша тут же спросил осторожно у Голоса. – А как же Максим? Он будет жить? Или…?
Он, конечно, рассчитывал услышать что-то другое. Но Голос с небес ответил:
– Такая у него судьба, Григорий. Ты же слышал, что он уже кое-что понял. А перед уходом он должен будет раскаяться искренне и поверить в Бога. И это даже не обсуждается! Так вот, – продолжал Голос, – не вздумай что-либо предпринимать. Потому что этим загонишь Максима в ад, и сам туда же за ним последуешь – за то, что знал, видел и усомнился.
– Я буду молчать, – убедительно произнёс Григорий. – Обещаю, что ничего предпринимать не стану.
– Ну, вот и правильно! – подытожил Голос.
– А что я должен сделать ещё? – поинтересовался Гриша.
– В конце мая ты всё узнаешь. А теперь отдыхай. Скоро у вас с Вероникой родится дочь, и ты назовёшь её Ангеликой.
Григорий, конечно же, обрадовался этой новости. Он старался сдерживать свои эмоции, продолжая смотреть вслед идущей чуть впереди Веронике.
– А когда это случится? – спросил Григорий.
– Пятнадцатого августа, – произнёс Голос. – А у Максима пятого августа родится сын. И имя его ты уже знаешь.
Григорий обрадовался ещё больше. Он чуть не подпрыгнул от восторга, ещё раз убедившись, что, действительно, сделал всё правильно… Но, сдержав себя, только с великой благодарностью посмотрел вверх и тихо произнёс:
– Спасибо тебе огромное.
Воодушевлённый Григорий тут же поспешил вслед за своими близкими. Один только вопрос начал терзать его: «Что же нужно будет делать в конце мая?» Агасси, тем временем проводив Душмана, направился в сторону племянника. И хотя задумчивый Григорий уже практически прошёл мимо него, пытаясь догнать всю компанию, Агасси успел сказать ему пару слов:
– Что с тобой, Гриш? Я смотрю, ты какой-то не такой стал… Совершенно не похож на себя прежнего! И эта твоя фраза: «Подожди два года…» Что ты этим хотел сказать? – продолжил Агасси. – Может, я что-то не понимаю? Так ты скажи – объясни мне, чтобы я понял.
– Дело в том, Гасси, что ты всё равно не поймёшь! – ответил племянник.
– Что я, дурак что ли?! Почему это я не пойму? – возразил дядя.
– Это ты так сам себя назвал, но не я.., – продолжил Григорий. – И вот если я тебе сейчас скажу, что через два года «твоя правая рука» Николай убьёт антиквара, ползущего по асфальту прочь от горящей машины, ты поверишь?
– Нет конечно! – воскликнул Агасси, не понимая, что племянник имеет ввиду. – Я этого антиквара раньше убью! На днях буквально! И машину его к чёртовой матери сожгу!
– Вот видишь, Гасси, ты не веришь моим словам, – развёл руками Гриша. – Да и в том, что ты на днях «завалишь» его и машину сожжёшь, тоже ведь сам сомневаешься, верно? Так что будем ждать. Время покажет!
– Да… Сильно вскружила твою бескомпромиссную голову эта баба. Вижу, ты просто с ума сходишь из-за неё! Ну надо же.., – проворчал Агасси.
– О разном говорим, Гасси, – промолвил Григорий, взглянув ему прямо в глаза. – Вот подожди два года, и тогда посмотрим, кто из нас был прав, ты или я.
– Посмотрим, посмотрим.., – буркнул в ответ Гасси. – Два года… Да за два года или хозяин умрёт, или его осёл сдохнет. Два года! Слушай, ты, случайно, не заодно ли с этим антикваром? Слишком уж ты убедительно говоришь – так, будто знаешь, где он находится сейчас… Может, ты его скрываешь от меня?
Григорий в ответ лишь улыбнулся. Агасси продолжал:
– Гляди, а то я не посмотрю на то, что ты мой племянник! Ты понял? – сказав это, дядя сел в машину, где за рулём его уже ждал Николай, его «правая рука».
Григорию эта фраза очень не понравилась. Он нахмурился, почувствовав на душе нехороший осадок от недоверия со стороны своего родного дяди.
– Я на свадьбу не приду! – вдруг неожиданно для дяди заявил Григорий.
– Это почему? – спросил Гасси, выглянув в окно авто.
– Уж слишком ты далёк стал от меня после своих последних слов.