Пепел и сталь
Шрифт:
Вин казалось, что террисанин слишком встревожен из-за того, что она обменялась несколькими словами с молодым вельможей. Они ведь не говорили ни о чем серьезном, да и Эленд определенно не походил на лорда из Великого Дома.
Но в нем действительно было что-то странное — что-то такое, что Вин не могла объяснить Сэйзеду, а потому не стала упоминать об этом. Рядом с Элендом она чувствовала себя спокойно. Вспоминая их разговор, она осознала, что в некоторые моменты не была леди Валетт, но не была и девочкой Вин из воровской шайки… потому что эта часть ее натуры являлась не меньшей фальшивкой.
Нет, она была просто самой собой. Это оказалось странным ощущением. Вин иной раз чувствовала нечто подобное рядом с Кельсером и его друзьями, но не так сильно. Как же Эленду удалось так быстро пробудить ее истинную сущность?
«Может, он применил алломантическую силу?» — подумала Вин, вздрогнув.
Эленд принадлежал к высшей знати, он вполне мог оказаться утешителем. Неужели за их беседой скрывалось нечто большее…
Вин откинулась на спинку кресла, углубившись в размышления. Она ведь поддерживала на балу горение меди, так что лорд не мог воздействовать на нее алломантией. Нет, он просто умудрился пройти сквозь ее защиту. Вин снова принялась перебирать воспоминания, думая о том, как ей было спокойно… удивительно спокойно. И теперь она понимала, что не проявила должной осторожности.
«В следующий раз я буду внимательнее».
Вин предполагала, что они еще встретятся. И не раз.
Вошел слуга и что-то шепотом сообщил Сэйзеду. Мгновенно воспламенив олово, Вин услышала их разговор: оказалось, наконец-то вернулся Кельсер.
— Пожалуйста, сообщите лорду Реноксу, — сказал Сэйзед.
Слуга, одетый в белое, кивнул и быстро вышел из комнаты.
— Вы все свободны, — спокойно обронил Сэйзед, и находившиеся в комнате слуги поспешили вон.
А Вин и хранитель ждали, не разговаривая и даже не шевелясь.
Кельсер и лорд Ренокс вошли вместе, негромко беседуя между собой. Ренокс, как всегда, был одет в дорогой костюм непривычного западного покроя. Держался лорд уверенно и спокойно. Даже насмотревшись вдоволь на аристократов, Вин в очередной раз поразилась благородству его манер.
Кельсер был в плаще рожденного туманом.
— Сэйз, — спросил он, едва войдя в комнату, — есть новости?
— Боюсь, что есть, мастер Кельсер, — ответил Сэйзед. — Похоже, сегодня на балу госпожа Вин привлекла к себе внимание лорда Эленда Венчера.
— Эленда? — переспросил Кельсер, скрещивая руки на груди. — Наследника?
— Да, верно, — подтвердил Ренокс. — Я встречался с парнишкой года четыре назад, когда его отец приезжал на запад. Он поразил меня тем, что совершенно не соответствовал своему положению.
«Четыре года? — удивленно подумала Вин. Не может быть, чтобы он так долго изображал лорда Ренокса! Кельсер ведь сбежал из Ям Хатсина всего два года назад!»
Она присмотрелась к подменышу, но — как всегда — ничего не смогла понять.
— И насколько внимателен был юноша? — спросил Кельсер.
— Он пригласил ее танцевать, — ответил Сэйзед. — Но у госпожи Вин хватило ума отклонить предложение. Похоже, их встреча была чистой случайностью, но я боюсь, что она могла ему запомниться.
Кельсер хмыкнул.
— Ты слишком хорошо ее выучил, Сэйзед. На будущее, Вин… наверное, тебе следует быть чуть менее обаятельной.
— Почему? — брякнула Вин, стараясь скрыть раздражение. — Я думала, ты как раз и хотел, чтобы я всем нравилась.
— Только не настолько важным людям, как Эленд Венчер, детка, — сказал лорд Ренокс. — Мы отправили тебя ко двору, чтобы ты завела знакомства, а не устраивала светский скандал.
Кельсер кивнул.
— Да, Эленд молод, холост, и он — наследник могущественного Дома. Твое знакомство с ним может повлечь за собой серьезные проблемы. Придворные дамы сразу начнут завидовать тебе, а мужчины будут недовольны, что между вами слишком большая разница в общественном положении. От тебя отвернется большинство знати. А нам, чтобы получать необходимые сведения, нужно, чтобы аристократы видели в тебе неуверенное в себе, незначительное и, главное, — неопасное существо.
— Кроме того, дитя, — сказал лорд Ренокс, — вряд ли Эленд Венчер может проявить к тебе искренний интерес. Он известен при дворе как чудак и, вероятно, старается поддерживать свою репутацию, совершая неожиданные поступки.
Вин почувствовала, что краснеет.
«Он, наверное, прав», — зло сказала она себе.
И все же трое стоявших перед ней мужчин раздражали ее, особенно Кельсер, с его беспечной и легкомысленной манерой поведения.
— Да, — добавил Кельсер, — наверное, тебе было бы лучше избегать общества лорда Венчера. Постарайся задеть его, оскорбить или что-то в этом роде. Ты умеешь очень свирепо смотреть, вот и одари его таким взглядом.
Вин в бешенстве уставилась на Кельсера.
— Вот-вот! — со смехом воскликнул он. — Именно так!
Вин стиснула зубы, но тут же заставила себя расслабиться.
— Я на балу видела своего отца, — сообщила она, надеясь отвлечь Кельсера и остальных от лорда Венчера.
— В самом деле? — с любопытством спросил Кельсер.
Вин кивнула.
— Я запомнила отца, когда брат показывал мне его.
— В чем дело? — спросил Ренокс.
— Ее отец — какой-то поручитель, — пояснил Кельсер. — И явно достаточно влиятельный, раз посещает балы. Тебе известно его имя?
Вин отрицательно покачала головой.
— Можешь его описать?
— Ну… лысый, вокруг глаз татуировка…
Кельсер рассмеялся.
— Ладно, просто при случае покажи его мне, хорошо?
Вин кивнула, и Кельсер повернулся к Сэйзеду.
— Ты принес мне список тех, кто приглашал Вин танцевать?
— Да, мастер Кельсер. Вин сама записала имена. И еще я услышал кое-что интересное во время обеда с другими управляющими.
— Хорошо, — пробормотал Кельсер, глядя на старинные часы в углу. — Попридержи все до завтрашнего утра. Мне надо уйти.