Чтение онлайн

К ней вернулась ее насмешливая резкость.

— Только идиотки, которые спят со своим патроном, говорят ему потом «вы».

Франсуа рассмеялся.

— Кстати, по поводу работы… Нас ждут на кофе. — Он взглянул на часы. — У нас едва осталось время, чтобы отправиться под душ и бежать.

Доминик вкрадчиво протянула к нему руку.

— Кого мы должны повидать?

Он поспешно встал с кровати.

— Нечего меня соблазнять, чтобы получить ответ. Я так же стоек, как святой Антоний.

«Оберж де ля Рок» — ресторан, известный своей кухней. Отводя ему почетное место в перечне гастрономических заведений, две звездочки в справочнике «Мишлен» и семнадцатый номер в «Го и Милло» [29] предохраняют его все же от орд состоятельных туристов, которые заносят храмы великой французской кухни в свой победный список, как другие — хищников в опись охотничьих трофеев. Они посещают их только рада удовольствия похвастаться, вернувшись домой, перед своими друзьями и знакомыми. Но они не знают, что эта слава очень часто скорее результат рекламы, чем качества блюд, по той простой причине, что шеф-повар, вознесенный кулинарной критикой до небес, проводит сегодня больше времени перед очагами Нью-Йорка или Токио, чем у своих собственных. Блюдо, приготовленное по знаменитому рецепту заместителем, становится лишь жалким подобием оригинала. Хорошо еще, если изобретатель не предлагает его в замороженном виде на телеэкране.

Но здесь — ничего подобного. Зажиточная провинциальная клиентура допускает только один вид отъездов — навсегда. Поэтому шеф-повар следит на кухне за приготовлением каждого блюда, которое официантка в традиционном белом переднике доставляет в большой зал, украшенный пышными букетами цветов без запаха (чтобы не искажать аромат пищи и вин). Гостям лишь остается облизывать пальчики, сидя за круглыми столами, намного более удобными и привлекательными, чем суровые прямоугольники, всегда напоминающие о свадьбах и банкетах.

Держа слово, данное кандидату в президенты клуба, Карло Авола во время обеда ни разу не упомянул о футболе. Можно было подумать, будто он совершил это путешествие только ради того, чтобы поговорить о концертах, пробуя лангусты с кабачками и теленка под корочкой по-люберонски. Как и многие другие, Луи Жомгард поддался обаянию его черных глаз, в которых светился ум, и внимательно слушал свободно льющуюся речь, окрашенную легким итальянским акцентом и подчеркнутую жестикуляцией белых и полных, как у каноника, рук. Импресарио обещал ослепить Вильгранд блеском крупных американских музыкальных комедий и выступлений модных рок- и поп-групп.

Особая ловкость, больше похожая на деликатную внимательность, состояла в том, что Жомгард не мог не заметить, календарь всех этих престижных концертов на сцене муниципального театра Вильгранда (более привыкшей к бульварным пьесам) совпадает со сроками избирательных кампаний. Это свидетельствовало, по крайней мере, об интересе гостя к общественной жизни города и заботе о политическом будущем того, кто был главным представителем его населения в мэрии и Национальном собрании. Жители города непременно отнесут на его счет этот новый культурный подъем, достойный большого городского центра. Поскольку древний лозунг «Хлеба и зрелищ!» по-прежнему сохраняет свою актуальность, развлечения, предоставленные обладателям избирательного бюллетеня, стоят больше длинных речей.

— Если говорить только о спектаклях, то вы, дорогой господин Авола, смотрите на Вильгранд просто влюбленными глазами… Самые популярные исполнители… Сольный концерт Фрэнка Синатры… Группа «Индокитай»… И, кроме того, я слышал, что вы проявляете интерес к спасению нашего футбольного клуба, который переживает тяжелые времена.

Карло не нужно было оборачиваться, чтобы убедиться в том, что в зале ресторана появился Ла Мориньер. Все было продумано: мэр сидел лицом ко входу, и, таким образом, внезапное появление претендента на пост Пьера Малитрана заставило бы его первым заговорить о подлинной цели этой встречи. Авола рассмеялся.

— Когда любят, то все прощают, не так ли, месье депутат? Вильгранд обворожил меня…

Бывший страховой агент появился в поле зрения обоих.

— … И когда есть друзья… — Он показал на пришедшего гостя. — Я думаю, вы знакомы с Жан-Батистом…

Пока двое мужчин обменивались рукопожатием, он сказал несколько слов повару в белом колпаке, который обходил столики, чтобы выслушивать привычные комплименты.

— Ваши блюда достойны высшей похвалы…

Затем он вернулся к причинам своего приезда.

— Поскольку я верю в большое будущее клуба при условии, если к руководству придут новые люди, то решил, по просьбе нашего дорогого Ла Мориньера, внести и свою лепту в это дело.

Луи Жомгард выбрал, понюхав, сигару, протянутую ему в ящичке официанткой.

— Это означает, иными словами, что вы можете внести свою лепту в другое дело, если структуры клуба не будут отвечать вашим представлениям о том, какими им следует быть?

Авола колебался, поднеся к носу предложенную ему «Монтекристо № 1» и остановившись затем на более легкой «Эпикур».

— Возможно, и так.

Присевший к столу Ла Мориньер сделал в сторону официантки жест, показывающий, что он не курит, и вмешался в разговор, в то время как его собеседники старательно отрезали кончики гаванских сигар, прежде чем их зажечь.

— Поговорим откровенно, месье мэр-депутат. Без внешней финансовой поддержки наша спортивная ассоциация не сможет удержаться в первых рядах. И, если придется продать часть команды, чтобы покрыть долги, можно предсказать ее скольжение вниз в самый короткий срок.

Окутанный клубами дыма, местный избранник, казалось, размышлял.

— Не сомневаюсь… Не сомневаюсь… — Он вытянул руку с сигарой в сторону того, кто выдал такой пессимистический прогноз. — А почему я должен верить, что вы действительно тот человек, который может исправить эту катастрофическую ситуацию?

Ла Мориньер выложил карты на стол.

— Потому что лишь я пользуюсь доверием той финансовой группы, которую представляет мой друг Карло.

Авола постарался сгладить углы.

— У меня была возможность судить о способностях Жан-Батиста до его ухода на пенсию, когда он занимался страховыми договорами. Но, очевидно, месье мэр-депутат, если бы положение не было столь критическим и не требовались срочные меры, я никогда не позволил бы себе настаивать на таком выборе.

Жомгард откинулся на спинку стула. Он хорошо знал, что у него нет выбора. Осторожные расспросы среда членов руководящего комитета показали, что большинство из них, опасаясь прекращения клубом платежей по своим обязательствам, склонялось к решению отдать свой голос Ла Мориньеру, если только тот объяснит происхождение средств неизвестных вкладчиков. Обращение за помощью к банкам, где и так уже были взяты краткосрочные ссуды, или значительное увеличение муниципальных субсидий клубу, способное привести к росту местных налогов, в период кризиса были исключены. И он вынужден был если не доверить этим господам, то, по крайней мере, предоставить им свободу действий. Его смущал явный сговор между ними, хотя он не понимал тайных пружин.