Печать мастера
Шрифт:
Лис – плакал.
Губы дрожали – краска на щеках смазалась двумя дорожками.
– Я красивый. – Проговорил он ошеломленно. – Я действительно могу быть красивым. Меня могут взять исполнять женские партии… теперь я – верю… до этого я считал, что не подхожу… у меня получится! Получится!!! Получится!!! Получится!!! Я – великолепен, – Лис расхохотался, кружась вокруг Косты.
– Смой, потекло. Краска и правда не прочная… и зачем им брать тебя, если есть мистрис?
– В театре не место женщинам, простофиля!!! В театре играют одни мужчины!!! У-у-у-у… – промчался рыжий по кромке воды босиком – волосы флагом развивались за спиной. – Садись! – властно скомандовал он Косте. – Я буду играть для тебя!
Коста послушно устроился на песке, скрестив ноги.
Лис зашел в воду по колено, откинул назад волосы манерным жестом и замер, освещенный солнцем.
– Я не помню всю партию – не было свитков, знаю только четыре куплета… но это не важно, – пробормотал рыжий воодушевленно. – Ничего не важно… Когда я на сцене – есть только я и зритель… Взирай же на меня, о мужественный враг!!! – начал он так громко, что Коста вздрогнул. – Доколе мне страдать в тенетах… Испив до дна ту чашу, что дана… Я хороню себя под властью ветра…
Через несколько дней
На охоту они выходили ещё трижды, как только кончалась еда. Дважды – днем, и один раз – ночью.
От “великолепной идеи великолепного Лиса” – своровать рыбы прямо из сетей – Коста отказался. Уж слишком заморенными выглядели рыбаки, худыми, иссушенными светилом, и просолеными ветрами.
Поэтому рыбу они зарабатывали. Четыре небольших рыбины – чистя улов с утра до вечера.
– Весь день под палящими лучами… весь день… все в чешуе и потрохах… все пропахли рыбой… Провоняли!!! – восклицал Лис беспрестанно, и все ради чего? Ради четырех жалких хвостиков, которых хватит на один ужин?
– Заткнись, – шипел Коста сквозь зубы.
– Что заткнись, что заткнись?! Своровать вышло бы за тридцать мгновений! Ты отвлек, тью… и я уже бегу, только меня с рыбой и видели!
– У таких воровать – грех, – огрызнулся Коста устало. Руки щипало от воды и работы. – Завтра пойдем ещё…
– Я не пойд-у-у-у!!! – выл Лис. – Не пойду!!!!
– Не ходи, – Коста равнодушно пожал плечами. – Останешься без еды.
– У меня рука болит!!!
– Не ври, как воровать, так прошла, как работать, так болит…
– Изверг!!!
Рыжий пилил его третий день. Выл, подзуживал и жужжал в ухо на разные голоса – Ашке, Ашке, Ашке…
Ашке, Ашке, Ашке.
Косте уже начало казаться, что разбуди его ночью – и он услышит то же самое. Пройдоха расхваливал столицу на все лады, убеждал, что там сытнее, теплее, и климат мягче, и что затеряться в огромном городе двум бездомным куда проще, чем тут. Через пару декад на побережье их будет знать каждая птица на дереве.
Коста молчал и отмахивался до тех пор, пока их дважды не накрыли. Арры ввели в городе комендантский час, и на улицах добавилось патрульных.
Маги-охотники не покинули предел – все так же требовали в гостевом доме вина, лучшей еды и лучших женщин. В одну из ночей, когда они не смогли выбраться в бухту до заката, и заночевали под мостом, Коста ходил на разведку.
Они – ходили. Потому что избавиться от Рыжего не было решительно никакой возможности.
– И зачем они тебе? – тихо просопел ему в ухо Лис, улегшись рядом с ним на крыше, откуда открывался отличный вид вниз – на вход в таверну и гостиницу. – Ааа… это те, кто приходили, да? Те, кто убили?
– Нет, – буркнул Коста, продолжая наблюдать.
Лис затих только на миг.
– Те, кто виновны?
– Нет.
– Те, кому ты хочешь отомстить?
– Нет.
– Тогда что мы здесь делаем, ради Великого! – зашипел Рыжий. – Ночью! На крыше! Скоро дождь польет!
– Лежим. Не мешай.
– Это не те, кто убил твоего Наставника, это не те, кто виноват, это не те, кому надо мстить, тогда что ты тут забыл?!
– Тех, кто виноват, не достать, – тихо прошептал Коста. Он уже давно пересчитал все кланы – каждый герб, запомнил и повторил про себя несколько раз. – Это исполнители… делают, что скажут и только… Виновны те, кто вынес решение и приговор…
– И кто же это? – фыркнул Лис.
– Главы кланов. Здесь – одиннадцать штандартов. На общем совете – участвовали все. Значит – все – виновны. Кроме тех, кто голосовал против, – уточнил Коста неуверенно.
– Главы? – Лис поперхнулся воздухом. – Ты вынес приговор главам кланов? Ты? Ахахахаха… ты, который два дня чистил рыбу за два хвостика и стоял по колено в требухе? Ахахаха…действительно… пусть умрет весь совет кланов сразу, всего-то… ахахаха… Молчун так решил…
– Их смерть ничего не даст, – тихо опроверг Коста. – Они отвечают за кланы… когда умирает Глава под угрозой весь клан…
– Ты пожалел клановых?
– Нет, – Коста боднул головой. – Я сказал – их смерть ничего не даст. На место этого главы встанет новый, на место нового – следующий… и так бесконечно. Они никогда не остановятся.
Лис молчал долго.
– Тогда что ты хочешь сделать?
– Ничего не хочу. Потому что ничего не могу. Единственное, что могу – это запомнить…
– Э-э-э… – выдохнул Рыжий. – А если бы мог? Если бы мог, чтобы ты сделал? – протянул он с любопытством.
– Уничтожил бы этот мир, – протянул Коста буднично. – Целиком и полностью, до самого основания. И построил бы новый… потому что такой мир, как наш не заслуживает того, чтобы существовать…
– Приду-у-у-урок, – ошеломленно протянул рыжий. – Ты ещё более того, чем я представлял, – покрутил он у виска. – Вообще то в этом мире живу – я! Я!!! Ты понял?! И пока я жив, в этом мире есть нечто ослепительно прекрасное!!!
Коста не дослушал – он уже увидел всё, что хотел. Развернулся и пополз вверх по крыше, чтобы спуститься с другой стороны.
Побережье, скалистая бухта, ночь
– Проснись… Ну же, проснись… Да проснись же ты..