Печать мастера
Шрифт:
Закат пламенел. Вдалеке, покачиваясь на зеленых волнах, крохотной точкой скользила вперед джонка.
Теперь – только вперед. Пути назад больше нет. Прошла ровно декада с того момента, как он здесь.
Рядом зашевелился Семнадцатый, стряхивая крошки с уголков рта, и вытянулся на траве. Зевнул, почесал задницу, поскреб в штанах спереди и, сыто рыгнув, поискал обо что вытереть руку, и, не найдя, просто провел несколько раз по халату. И протянул Косте, подмигивая:
– Вот теперь можно и поприветствовать… добро пожаловать на Октагон, Шестнадцатый. Добро пожаловать на Октагон.
Джонка качалась на волнах. Весла тихо погружались в зеленую воду и с тихим всплеском возвращались обратно. Мерные удары убаюкивали.
Уключины скрипели. Вода тихо билась о борт маленькой джонки. Парус сверху висел бесполезной тряпкой.
– Ни ветерка, ни артефакт не дали, – скрипнул зубами тот, кто греб – и на лбу выступила испарина от напряжения. – Почему мы должны грести, как последние рабы… разве для этого клановые…
– Потому что кто-то много говорит, – буркнул второй, сидящий на носу. – И получает за это наказания, умей ты вовремя замолчать, сейчас сидели бы за ужином…
– Это унизительно…
– Это наказание, а наказание – должно быть унизительным, – злобно отозвался второй. Оба – в белоснежных одеждах, которые светились в наступающих сумерках.
– Этот точно спит?
– Точно, в этот раз не пожалел силы, – сапог с нашивками клана Арр небрежно ткнулся в плечо сопящего на дне джонки на куче сетей ученика. На жетоне, вывалившимся из-за пазухе – ровными ясными штрихами было высечено «Пятый».
– …а то опять заранее начнет орать, когда будем приближаться к острову… вот ведь память тела – голова ничего не помнит, а такая истерика каждый раз бьет, как будто помнит…
– Кайровцы свое дело знают, и тебя бы тоже била…
– Может и не била бы, – буркнул первый, через плечо оценивая, сколько ещё грести – они как раз сменялись на середине, и он уже устал. И, наверняка, на нежной коже рук появятся мозоли – сводить потом декаду.
– …после такого то, как ему, – второй пнул «пятого» в плечо, – ещё последние мозги не отшибло, сколько раз память стирали…
– Есть Арры, – похлопал по нашивке первый, на мгновение оторвавшись от весла, – а есть те, кто им служит… Мя-я-ясо-о-о-о… – Арры дружно заржали, смех разнесся далеко над ночной водой. – А как думаешь, тот новичок, за которого просил сам Восьмой, какое место займет в рейтинге? Наверняка не ниже пятого, иначе зачем возиться? Ты же был на двух тестах, что говорят Наставники?
Второй задумчиво вздохнул.
– Никто на самом деле не понимает, зачем его взяли… Будь у него хотя бы третий круг силы, хотя бы… а лучше – четвертый… я бы сказал – седьмое место. А круг… хотя что круг, – сапог опять презрительно коснулся волос спящего на дне джонки мальчишки, – ну вот девятый у этого, и что? Что ему это дало? Контроля нет, мозгов нет, памяти нет, а скоро и силы не будет, как в расход пустят…
– Не повезло, а мы страдай, – отозвался первый без всякого сочувствия в голосе.
– Ты страдаешь за свой длинный язык! И я вместе с тобой!
– Но по совокупности данных следует признать, что Четвертый прекрасно натаскал Шестнадцатого… Особенно «виденье сути» – ты слышал, что говорят? А способность запомнить и отличить один ингредиент от другого просто по запаху и единожды виденной картинке? Да за него все ядоделы западной части острова передрались бы… десять зим назад. Тцц… хотя что толку, если круг второй, сам сказал. И запоминает он все – а не только травки, камни и листики… такой и во внешке пригодился бы…
– Решать не нам… Заготовка и есть – заготовка, а сам знаешь, чтобы обточить материал уходят зимы, а потом оказывается, что внутри трещина или скол… так что… Магистр и так сказал – повторная комиссия через зиму. Если мальчишка не покажет выдающихся результатов или не поднимет круг…
– В расход, как других?
Второй пожал плечами.
– Говорят Старший наставник дружил и учился вместе с мастером Шестнадцатого…
– Тоже мне новость, это даже птицы на островах знают… – весла мерно падали в воду и поднимались обратно.
– …А это значит, почти наверняка – старший возьмет его под крыло и особая программа…Я заранее сочувствую мальчишке, если он останется.
– И я.
Оба поежились, как будто подул холодный ветер. Оба помнили, как закончили последние ученики Старшего, и что творилось на острове после.
– Греби! Если не успеем, получим новое наказание…
Октагон, остров Силы
– Где дрова?! Где дрова, я спрашиваю??!!! Как я должен нагревать воду!!! Где транспортный корабль!!!
– Обещались быть ночью, господин, прямиком к утру, на побережье были проблемы с погодой…
– Проблемы с погодой, проблемы с погодой… если «Купол» рухнет, знаешь у кого будут проблемы?! Знаешь?! А я тебе скажу – у тебя будут проблемы!!! Если к третьей звезде дров не будет, я буду топить – вами! Ясно?!
Слуги прыснули в стороны, уворачиваясь, от волны гнева – силой пахнуло так, что задрожал маревом воздух.
– А вы двое? Я что сказал? Когда доставить? Вы что, с побережья его везли?
Пара из джонки с трудом удерживала «Пятого» вертикально – ноги волочились по полу.
– Доставлен, господин, все как приказали.
– Отвести на место, приковать. И потом спустите в «яму» отработанный материал. Сами. Лично.
– Но почему мы, это работа слу…
– Заткнись, – остервенело зашептал соседу тот, что держал ученика справа, – да, господин, конечно, господин, будет исполнено.
Большие подъемные механизмы поднимались и опускались, поднимались и опускались. Скрежет металла, грохот камня, скрип подъемных механизмов стоял такой, что закладывало уши. Они спускались вниз Острова Силы – уровень за уровнем, и миновали уже три.