Чтение онлайн

– Это предпоследний допуск, – говорил Майкл. – После успешного боя с преподавателем останется только получить допуск по второму уровню полосы препятствий. Я уже на последнем этапе сдачи. – Майкл приосанился, гордо выпятив грудь. Улыбнулся широко. Он много сил вкладывает в учебу и всегда занимает высшие строчки по успеваемости.

– Я даже не видела этой полосы. – Продолжала оглядывать огромное помещение. – И что, после полосы и боя с преподавателем меня допустят в симулятор?

– Если победишь меня, – ответил Крис, проходя между мной и Майклом.

– Не повезло. – Майкл похлопал меня по плечу.

– Почему?

– Студентов по жребию распределяют между Джаредом, Крисом и Скоттом. Экзамен у Криса сдать сложнее всего. Никто его еще не победил, а допуски он дает, когда уверен, что студент справиться с нагрузкой в симуляторе.

– Крис же не такой страшный. – Майкл ответил скептичным взглядом. Я пожала плечами. Мне тоже доставалось от Криса, ну и что?

– Ты осторожнее с ним. – Взглянула на Майкла. Говорил он про бой или про наши с Крисом сложные взаимоотношения? Скорее второе. Майкл, с подачи отца, недолюбливал Криса. После того, как он узнал о наших взаимоотношениях, неприязнь к Крису только возросла.

– Я обещала Скотту держаться от Криса подальше.

– Странно, что после истории с одним демоном ты вообще смотришь на обычных людей. – Майкл шутливо подтолкнул меня в плечо. И зачем я ему рассказала? Сейчас постоянно меня подтрунивает.

– Его сердце принадлежит другой. А мое сердце под замком. – Мы остановились перед барьером. Около десяти минут я прохаживалась от одного барьера к другому и наблюдала за боями студентов. Ко мне подошел Крис. Он указал мне на только освободившийся барьер. Мы вошли в переделы барьера. Барьер обрисовывал квадратное пространство. На полу было вычерчено два красных круга. На них оба противника должны встать, чтобы запустился режим боя.

– Ты уяснила правила?

– Да. Энергия пуль минимальна. Выстрелы в голову запрещены. Проигрывает тот, кто ляжет на лопатки. – Крис кивнул головой. Мы встали на красные круги.

– Я не собираюсь тебя жалеть. – Будто, у него кто-то просит. Крис выхватил пистолеты и ринулся в атаку. Я отвела только пару ударов. Пистолет с силой ударил меня в живот. Я рухнула на пол с метровой высоты. По спине разливалась боль. Крис прошел мимо меня к границе барьера. Я тоже поднялась, делая вид, что все не так плохо. Большинство свободных студентов наблюдали за этими короткими мгновениями моего позора. Скотт неодобрительно помотал головой. Я заковыляла следом за Крисом.

– Тренировки, тренировки и тренировки, – проговорила раздосадовано Лилит. Кажется, я поняла, почему недолюбливают Криса.

На следующей паре я увидела и последнее препятствие к допуску. Полоса препятствий представляла собой сеть беспорядочно расположенных брусьев и бревен, подвешенных на канатах. Конструкция приходила в движения после запуска. По ней перемещались манекены, которые постоянно обстреливали практикующегося студента. Целью задания являлась мишень красного цвета. Только она перемещалась активнее и быстрее всех. Всего было три этапа сдачи задания. Первый этап – самый легкий. Он предполагал сдачу за две минуты. На втором этапе скорость полосы возрастала, ее необходимо было сдать за 1 минут и 40 секунд. А вот третий этап был самым сложным. Его сдача не должна была занимать больше 1 минут и 30 секунд. При этом проходилась она на максимальной скорости и под проливным дождем из пуль.

Мне понадобился месяц, чтобы сдать полосу. Полоса многое дала мне. Я освоилась с мерцанием. Научилась мгновенно менять направление, точно рассчитывать движения. Однажды вечером мне удалось взломать защиту компьютера и создать настройки полосы для себя. Я настроила полосу на наибольшую скорость и на максимальное время. Теперь я носилась по полосе только для тренировки собственной скорости.

Был воскресный день. Я запустила свою программу и подошла к полосе. Компьютерный голос отчитывал от пяти секунды до начала алгоритма.

– Броню забыла, – напомнила Лилит. Потянулась к печати, но остановилась.

– Броня забирает часть энергии. Если перемещаться без нее, то я смогу использовать эту энергию на мерцание.

– Или ты убьешься.

– Приступить к выполнению. – Прыгнула к полосе. Я оказалась права. Скорость возросла. Но теперь у меня и не было пистолетов, чтобы отражать пули. Я минут пять носилась по полосе, постоянно уворачиваясь от пуль, когда, внезапно полоса остановилась. Я выпрыгнула за переделы полосы. Из нескольких ранок на ногах и руках текли тонкие струйки крови. Возле табло полосы стояли мистер Тейлор и Скотт.

– Прохождение полосы без брони запрещено, – строго проговорил мистер Тейлор. Я скрестила руки на груди. После того, как мне стало известно об отношениях мамы и мистера Тейлора, я всячески избегала его. Да и с мамой мне стало тяжело общаться, ведь я ждала, когда она откроется мне. Мама молчала, как и мистер Тейлор.

– Я не прохожу полосу. Я ее уже сдала. Я тренировалась в мерцании.

– Ты истекаешь кровью. – Мистер Тейлор указал на мои царапины.

– Достижение результатов требует жертв.

– Ты взломала программу академии, – включился Скотт.

– Вы ее плохо защитили. – Сами же виноваты, нет?

– Сосредоточься на допуске. В симуляторе ты сможешь тренироваться в мерцании.

– Меня экзаменует Эшфорд. – Я тяжело вздохнула. Мне от Высших так не досталось. Направилась к выходу.

– Мы еще тебя не отпускали.

– Пожалуйтесь моей маме, – бросила я. – Она загладит мою вину.

– Ты переборщила, – смеясь, отозвалась Лилит.

– Не собираются мне говорить, так пусть знают, что нет смысла скрывать.

Вечером в мою комнату после стука вошел мистер Тейлор. Он улыбнулся мне смущенной улыбкой. Я же валялась на кровати с книгой в руках. Музыкальный центр наполнял комнату тихой музыкой.

– Хотели узнать, как давно я знаю? - Я была вынуждена отложить книгу и сесть.

– Хотел поговорить о наших с Катариной отношениях. – Он прошел к столу, чтобы сделать музыку тише.

– Зачем разговаривать со мной? Это ваши с мамой отношения.

– Тебя это касается в том числе.

– Нет, вы своими действиями показали, что меня это не касается. Моя жизнь уже давно проходит вдали от семьи по вине стражей. А теперь я вижу, что потеряла свое место в ней.