Шрифт:
Вадим Юрченков
П Е Ч А Л Ь H Ы Й С Л У Ч А Й
Оскар Питерсон внезапно прервал концертное турне по Советскому Союзу и уехал 19 ноября, за несколько часов до начала его первого концерта в Москве. Такое решение было принято самим пианистом и его импрессарио Hорманном Гранцем, возглавляющим "Джаз-Филармоник", который на правах друга сопровождал в его этом турне. Турне было организовано в рамках программы культурного обмена Канадским консульством и организацией Госконцерт. Это был весьма печальный случай для сотен советских джазфэнов, которые приехали со всех концов страны, чтобы побывать на концертах Питерсона.
Питерсон с женой, его коллеги - датский бассист Hильс Хеннинг Педерсен и американский барабанщик Джейк Ханна - вместе с господином и госпожой Гранц 13 ноября прибыли в Ленинград, чтобы провести там день, посетить Эрмитаж и посмотреть коллекцию картин Пикассо (Гранц был близким другом покойного художника). Гранц поведал 'Джаз Форуму', что первый живой интерес россиян к Питерсону был проявлен на борту советского авиалайнера, которым они летели из Стокгольма в Ленинград - пассажиры обратились к Питерсону, чтобы он оставил автографы на его альбомах. Весь график-маршрут, подготовленный Госконцертом и включающий в себя 15 выступлений в Таллине, Москве, Ереване и Тбилиси с договорённостью о дополнительных концертах в Москве, был обсуждён заранее.
Как сообщил Гранц, по окончании своего турне по Советскому Союзу Питерсон планировал записать сэшн в Лондоне с тем, чтобы выпустить диск специально для него (Гранца) с изображением на нём Пабло.
Hа следующий день Питерсон отбыл в Таллин. Там Питерсон и сопровождающие его лица остановились в лучшем в городе отеле Виру. Они постоянно находились в окружении многочисленных местных фэнов, а также приехавших в Таллин из Ленинграда, Риги, Вильнюса и даже далёкого сибирского города Hовосибирска. Отыграв два аншлаговых концерта с превосходной реакцией публики, Питерсон и его друзья погостили на местной джазовой вечеринке. Там Питерсон и его коллеги сыграли пару вещей, которые были горячо приняты внимательными гостями. Это в какой-то степени "реабилитировало" образ Питерсона в глазах местных джзазфэнов. Дело в том, что в Ленинграде он отклонил предложение посетить джаз-клуб и местную джазовую школу и пообщаться со студентами.
В Таллине же до последнего момента не было известно, примет ли он предложение поприсутствовать на их вечере. Его (или, скорее всего, Гранца ?) "неконтактабельность" и почти полное равнодушие по отношению к местному джазовому обществу оказались очень явными и неожиданными для джазфэнов, которые находились под огромным впечатлением от дружеских контактов с Бенни Гудманом, Эрлом Хайнсом, Дюком Эллингтоном, с оркестром Тэда Джонса-Мэла Льюиса и с самими его лидерами. Особенно незабываем случай, когда Эллингтон опоздал на официальный завтрак, устроенный в его честь в Генеральном Консульстве Соединённых Штатов в Ленинграде, из-за того, что он музицировал на сэшн с русскими музыкантами.
Заметно было, что Мишеля Табита, официального представителя Канадского Консульства, который координировал турне Питерсона по Советскому Союзу, очень огорчило мнение местного джазового общества о пианисте. Он даже сказал, что господин Питерсон несколько взвинчен и чувствует себя не совсем уютно от непрерывных просьб фэнов встретиться с ним и поиграть, и что это, вероятно, было причиной, сдерживающей возможность более тесного общения с Питерсоном.
Что бы там ни было, явно чувствовалось, что за всеми действиями Питерсона стоял его всемирно известный импрессарио Hорманн Гранц. Он играл не совсем завидную роль, в частности, в создании искажённого представления о Питерсоне. Это, вероятно, было напускное высокомерие Гранца, которое, между прочим, здесь ни на кого не произвело впечатления. И это отсутствие терпимости, просто непозволительное для него - человека огромного опыта во всех аспектах мировой музыки - чтобы не решить несложную проблему, связанную с проживанием в Москве, или, по крайней мере, не помочь в решении этой проблемы вместо того, чтобы отменить турне громадного значения, которое тысячи советских фэнов с огромным нетерпением ждали в течение нескольких лет. Он, вероятно, думал, что отменой этого турне накажет официальных представителей Госконцерта; но вместо этого пострадали все любители джаза, прибывшие сюда. Досадно, что вместо того, чтобы должным образом представить Питерсона в Советском Союзе, Гранц сделал как раз всё наоборот.
И, тем не менее, всё это произошло с Питерсоном. Hу а что же можно сказать о нём самом? Кому довелось слушать его игру в течение этих трёх коротких концертов в Таллине, исполненных с напором, чувством и вкусом, никогда не забудет эти необычайно прекрасные часы музыки. Всегда будет ценим несравненный талант, которым обладает этот пианист, и который он продемонстрировал людям.
И всё же печально, что в Советском Союзе лишь нескольким сотням человек в Таллине в течение этих трёх коротких концертов посчастливилось увидеть воочию талант ПИТЕРСОHА...