Чтение онлайн

– Возможно, потому, что незадолго до этого покойник пытался вас шантажировать, – предположил инспектор.

– Шантажировать меня? О, что за нелепость! – уверенно возразила Кларисса. – Это просто глупо. Меня абсолютно нечем шантажировать.

– Элджину, вашему дворецкому, послышалось упоминание о шантаже.

– Не могу представить себе, чтобы он услышал нечто подобное. Он просто не мог. Спросить меня, так он все это выдумал.

– Позвольте, миссис Хейлшем-Браун, вы убеждены в том, что слово «шантаж» ни разу не было упомянуто? Зачем вдруг понадобилось лгать вашему дворецкому?

– Я клянусь, что ни о каком шантаже речи не было, —стукнула кулаком по столу Кларисса. – Я уверяю вас... – Ее рука застыла в воздухе, и она неожиданно рассмеялась. – Ой, как глупо. Ну конечно. Было.

– Вы вспомнили? – невозмутимо осведомился инспектор.

– Да это ерунда, правда, – уверила его Кларисса. – Просто Оливер сказал что-то вроде того, что за меблированный дом берут просто абсурдно высокую ренту, а я ответила, что нам на редкость повезло, и мы платим всего четыре гинеи в неделю. И он говорит: «Трудно поверить этому, Кларисса. В чем тут подвох? Должно быть, шантаж». А я засмеялась и ответила: «Вот именно. Шантаж». Как глупо, мы же просто шутили. Я ведь даже и не вспомнила.

– Прошу прощения, миссис Хейлшем-Браун, – сказал инспектор, – но я действительно не могу в это поверить.

Кларисса казалась изумленной.

– Не можете поверить чему?

– Тому, что вы платите всего четыре гинеи в неделю за этот дом с мебелью.

– Честное слово! Вы, право, самый недоверчивый мужчина из всех, каких я когда-нибудь встречала, – сказала Кларисса, вставая и направляясь к письменному столу. – За весь вечер вы, похоже, не поверили ни одному моему слову. Большую часть сказанного я доказать не могу, а вот это могу. И на этот раз продемонстрирую.

Она открыла ящик стола и начала рыться в бумагах.

– Вот оно! – воскликнула она. – Нет, не то. А! Вот это. – Она вытащила документ из ящика и показала инспектору. – Это договор на аренду дома со всей обстановкой. Заключен поверенным адвокатской конторы во исполнение воли душеприказчиков, и смотрите – четыре фунта в неделю.

Инспектор был потрясен.

– Черт меня возьми! Это невероятно. Совершенно невероятно. Я был уверен, что это стоит гораздо больше.

Кларисса одарила его одной из своих самых чарующих улыбок.

– Не думаете ли вы, инспектор, что вам следует попросить у меня прощения?

Отвечая, инспектор подпустил в голос некую толику очарования:

– Прошу извинить меня, миссис Хейлшем-Браун, но это действительно в высшей степени странно, знаете ли.

– Почему? Что вы имеете в виду? – спросила Кларисса, убирая документ в ящик стола.

– Ну, вышло так, – отозвался инспектор, – что некая пара, леди и джентльмен побывали здесь с разрешением на осмотр этого дома, и этой леди случилось потерять где-то поблизости очень дорогую брошь. В полиции она сообщила все подробности и, в частности, упомянула этот дом. Она сказала, что владельцы запросили невероятную цену. Она полагала, что восемнадцать гиней в неделю за дом в глуши – это просто нелепость. Я тоже так подумал.

– Да, это поразительно, просто поразительно, – с дружелюбной улыбкой согласилась Кларисса. – Я понимаю, почему вы так сомневались. Но, может быть, теперь вы поверите хоть каким-то моим словам.

– В последней из ваших историй я не сомневаюсь, миссис Хейлшем-Браун, – заверил ее инспектор. – Обычно мы чувствуем, когда человек говорит правду. Я понимаю также, что у этих трех джентльменов имелось несколько серьезных причин заварить всю эту кашу.

– Не надо судить их слишком строго, – попросила Кларисса. – Это моя вина. Я их уговорила.

Уже ощутивший всю силу ее чар инспектор ответил:

– О, в этом я не сомневаюсь. Но вот что мне до сих пор непонятно: кто это сразу же позвонил в полицию и сообщил об убийстве?

– Да, это невероятно, – вздрогнула Кларисса. – Я совершенно об этом забыла.

– Ясно, что это не вы, – размышлял инспектор, – и, должно быть, ни один из этих трех джентльменов...

Кларисса покачала головой.

– Это не мог быть Элджин? Или, возможно, мисс Пик?

– Вряд ли стоит принимать во внимание мисс Пик, —сказал инспектор. – Ясно, что она не знала о трупе Костелло.

– Хотелось бы мне знать, так ли это, – задумчиво произнесла Кларисса.

– В конце концов, когда было обнаружено тело, с ней случилась истерика, – напомнил ей инспектор.

– О, это ничего не значит. С каждым может случиться истерика, – неосторожно заметила Кларисса.

Инспектор бросил на нее подозрительный взгляд, на который она сочла нужным ответить самой невинной улыбкой из своего арсенала.

– В любом случае мисс Пик не живет в этом доме, – сказал инспектор. – У нее свой коттедж в саду.

– Но она могла оказаться в доме, – возразила Кларисса. – Знаете, у нее есть ключи от всех дверей.

Инспектор покачал головой:

– Нет, мне кажется, скорее нам мог позвонить Элджин.

Кларисса подошла к нему поближе и вновь одарила улыбкой, на этот раз несколько беспокойной.

– Вы ведь не собираетесь отправить меня в тюрьму, правда? Дядя Роли уверен, что нет.

Инспектор сурово посмотрел на нее.

– Это хорошо, что вы вовремя изменили свои показания и рассказали мне правду, мадам, – твердо заявил он. – Но, если позволите, миссис Хейлшем-Браун, думаю, вам следует как можно скорее связаться с вашим адвокатом и сообщить ему все относящееся к делу. А пока я получу ваши отпечатанные показания, и, возможно, вы будете так добры подписать их.

Кларисса уже собиралась ответить, когда отворилась дверь в холл и вошел сэр Роланд.

– Я не могу больше находиться в неведении, – воскликнул он. – Теперь все в порядке, инспектор? Вы поняли, какая перед нами возникла дилемма?

Прежде чем он успел продолжить, подошла Кларисса и взяла его за руку.

– Роли, дорогой, я дала показания, и полиция, вернее, констебль Джоунз собирается их отпечатать. Потом я все подпишу. Я все, все рассказала.

Инспектор отошел посовещаться с констеблем, а Кларисса продолжила: