Пасынок судьбы. Расплата
Шрифт:
Борис схватил со стола договор:
– Ну вот же, вот же улика! Эта – раз! У тебя дома лежат предметы из кургана – это два! Водитель твой, свидетель – это три…
– Ага, а улика номер четыре лежит в кургане на берегу Тобола, и носит фамилию Судаков – это четыре! – оборвал его я.
– М-да… Об этом я не подумал! – задумчиво сказал Борис, успокаиваясь.
Мы снова закурили, и задумались.
– Нет, Паганеля все равно необходимо покарать! И покарать жестоко! Из-за него погибли наши ребята, Леднев! Давай устроим ему несчастный случай! Не знаю, отравим, в конце концов! – Борис решительно стукнул по кулаком по столу.
Я усмехнулся:
– Практически тоже самое говорил Судаков, когда рассказывал о разборках между его знакомыми-кладоискателями. Не иначе, как вас имел ввиду?
Борис напрягся, а потом махнул рукой:
– Ладно… Вот что я думаю: давай наймем киллера!
– Да иди ты к черту! – я вскочил: – Я, защищаясь, застрелил убийцу и подонка Судакова – и то спать не могу спокойно! А ты предлагаешь нанять кого-то, что бы убить Паганеля. Да я после этого повешусь – я не Аль Капоне, я инженер, простой советский инженер! Да! Именно советский! И воспитан своими родителями так, что не могу убивать, пусть даже и подлецов!
– Все сказал? – поинтересовался Борис, вновь сужая глаза. Он походил на рысь, готовую к прыжку, и я невольно внутренне подобрался – мало ли что взбредет в горячую голову искателя.
– А теперь скажу я! – продолжил между тем Борис: – Ментам мы его сдать не можем! Сами убить не можем! Убийцу нанять не можем! Ничего, выходит, не можем?! Вот уж хрен! Ты – как хочешь! Езжай домой, живи спокойно, спокойно спи, ешь, пей… Я все сделаю сам! Все, до свидания!
Искатель отвернулся от меня, опять уставившись в окно. Наступила тревожная, звенящая тишина…
– Серега… – не поворачиваясь, глухим голосом сказал Борис: – Ты это… Извини, погорячился я!
– Да ладно… – ответил я примирительно: – Я тебя прекрасно понимаю. Но и ты пойми меня!
– Слушай! Вы должны были вернуться девятого? – прервал меня Борис.
– Да, командировка была на десять дней!
– Значит, Паганель не ждет груз раньше! У нас еще три дня! Время подумать есть! В конце концов, давай попробуем сдать его Слепцову! Нет, погоди, послушай: мы подсунем Паганелю какую-нибудь вещь из кургана, что бы он ее продал – себе попросим копейки, как будто мы не знаем ее истинной цены! И наведем Слепцова, пусть берет этого шакала с поличным! Ты останешься чистым – Паганель не успеет поднять шум по поводу исчезновения груза и Судакова, он к девятому числу должен будет уже сидеть на Лубянке! Ну, как план?
– Да вроде… А почему ты уверен, что он согласиться что-то продавать для нас?
– Должен согласиться… – Борис помрачнел: – И не для нас, а для тебя! Я-то в раритетах разбираюсь, он может заподозрить! Давай так: мы сейчас едем к тебе, я осмотрю находки из кургана, подберем что-нибудь – Паганель своими глазами их не видел, так что не догадается. Потом ты позвонишь ему, ну, наплетешь что-нибудь, в общем, объяснишь, что деньги нужны до зарезу, договоришься о встрече. А я позвоню Слепцову и предложу ему Паганеля с потрохами – он должен клюнуть, у майора давно зуб на нас!
– Ну, а потом? Допустим, Паганель согласиться мне помочь. Он берет у меня то, что надо продать, а спустя пару дней отдает деньги – и все! Как ты его возьмешь с поличным?
– Понимаешь!.. М-м-м… Тут надо сделать так, чтобы ты сам встречался с продавцом – в присутствии Паганеля! Ты будешь подсадной уткой!
– Боря, тогда я не понимаю, как ты объяснишь все это Слепцову? Ведь для него формально продавец национального достояния, другими словами преступник, – я!
Борис покачал головой:
– Не боись! Со Слепцовым все будет тип-топ! Ну что, согласен?
Я развел руками – что мне оставалось делать? Борис решительно двинулся к двери:
– Все, тогда поехали!
Он предупредил сестру, мы оделись, вышли из дома, и Борис по дороге к платформе электрички вдруг сказал:
– А ты знаешь, ведь косвенно во всем виноват я!
Я сделал удивленное лицо.
– Понимаешь, Серега! Когда я приехал в Москву, а Профессор с Николенькой остались там, раскапывать курган, я зашел к Пганелю, ну просто так, по дороге, показал ему кое-что из привезенного мною, и рассказал про курган! Ну нахрена я это сделал?! Никогда себе не прощу!
Я положил руку Борису на плечо:
– Ты не виноват, это жизнь – если б знал, где упасть, соломки бы подстелил!
Всю дорогу мы обсуждали наш план, проговаривали детали, строили предположения. К Паганелю ехать нужно было сегодня – иначе у нас не оставалось времени. Поэтому, когда мы добрались до моей квартиры, Борис сразу засадил меня за телефон – договариваться о встрече, а сам отправился в комнату – осматривать сокровища кургана.
Я набрал знакомый номер, и спустя несколько гудков в трубке раздался голосок Зои:
– Ха-аллоу?
«Тьфу ты! Как я мог забыть, что там еще и эта, коллекционерша с юридическим уклоном!». Но отступать было поздно, и я решительно сказал:
– Добрый вечер! Будьте добры, Максима Кузьмича!
– Одну минуточку! А кто его спрашивает? – пропела Зоя.
– Знакомый! – отрезал я, начиная злиться.
– А-а-а!.. – протянула она и ушла звать отца.
– Да-да! – спустя минуту раздался в трубке знакомый басок.
– Здравствуйте, Максим Кузьмич! Это Сергей Воронцов вас беспокоит!
– А, очень приятно! Добрый вечер, Сережа! Чем обязан?
– Максим Кузьмич, у меня к вам дело! Мы не могли бы встретиться?
– Да, конечно, а что случилось? – голос Пагенеля несколько напрягся.
– М-м-м, я не могу сказать по телефону, но мне нужна ваша профессиональная, так сказать, помощь!
– Хорошо, если вам удобно, Сережа, приезжайте ко мне! Как скоро вас ждать?
– Спасибо большое, Максим Кузьмич! Я думаю, через часика полтора я буду!
– Ну, благодарить меня пока не за что! Вы меня заинтриговали, Сережа! Жду, жду! Ну, до встречи!