Чтение онлайн

Рита смогла вспомнить, что видела на столе Софьи Познанской несколько книг, но Пипе забирать эти безобидные романы не стал. Ведель обыскал дом, но безрезультатно. Рита ломала голову, пытаясь вспомнить названия столь важных книг. Некоторые из упомянутых ей фон Ведель смог найти в Брюсселе. Он сразу прочитал их, но ни в одной имя "Проктор" не упоминалось.

Последней надеждой Веделя оставался роман французского писателя Ги де Терамонда "Чудо профессора Волмара", опубликованный в 1910 году. Ведель отправился в Париж и стал искать в букинистических магазинах. Эта книга никогда не поступала в свободную продажу, а бесплатно распространялась среди читателей парижского журнала "Ле монд илюстре". Фон Веделю повезло, и 17 мая 1942 года он сумел найти один экземпляр, в котором специалисты по шифрам нашли своего "Проктора".

С этого момента люди Ваука смогли расшифровывать сообщения Макарова, но работа продвигалась медленно. Теперь в их руки попала действительно нужная книга, но каждый раз им приходилось исследовать каждую из двухсот восьмидесяти шести страниц, чтобы найти отрывки, соответствовавшие ста двадцати радиограммам (именно столько захватили конрразведчики с передатчиком Макарова). К июню дела у шифровальщиков пошли немного поживее: каждый день они расшифровывали по два-три сообщения Макарова. Шифровка за шифровкой раскрывали перед Вауком истинные масштабы советской разведки. Это была информация о военных предприятиях, статистике вооружений, секретных дипломатических сообщениях и оснащенности дивизий.

Однако успех шифровальщиков не принес лейтенанту Вауку большого удовлетворения. Москва уже давно сменила коды, так что расшифрованные сообщения "Кента"/Макарова теперь представляли лишь исторический интерес. Гораздо важнее, чем их прочтение, было то, что в них не было ни намека, кто из агентов стоял за этой информацией. Поэтому Ваук начал работать в другом направлении и взялся за расшифровку всех радиограмм из Москвы в Брюссель. Возможно, здесь удастся найти какой-нибудь ключ к сети советских агентов?

Дело это для интеллектуалов Ваука все ещё было опутано тайной, когда на помощь снова пришли Пипе и Гиринг. Их станции радиоперехвата в Брюсселе и Париже вновь стали принимать радиограммы советских разведчиков.

Первым, кто получил подтверждение, что шпионская сеть, разгромленная в Брюсселе, продолжает свою работу во Франции, был майор полиции Шнайдер. На одной из ферм поблизости от Гарша, к западу от Парижа, работал полицейский пеленгатор, который засек неизвестный передатчик в парижском пригороде Мезон-Лафит. Шнайдер предположил, что он принадлежит русским, и направил туда своих радиосыщиков. 10 июля 1942 года он предупредил Боймельбурга, главного представителя гестапо в оккупированной Франции, а тот поднял на ноги своего специалиста по борьбе с коммунистами, криминалкомиссара Райзена.

Шнайдер сообщал, что "несколько дней они следили за вражеским передатчиком, который должен находиться к северу или северо-востоку от Парижа. До сих пор определить точное его расположение не удавалось, но в тот день они почти смогли решить эту задачу. Теперь они сузили круг поисков и стали работать с передвижным пеленгатором". Шнайдер сказал Райзену, что "тому лучше приехать лично, если он хочет поймать этих людей".

Райзен взял пару своих подчиненных, переоделся в штатское и поехал за грузовиком с пеленгатором Шнайдера."Он был похож на небольшой, неприметный снаружи фургон. Наша машина также была хорошо замаскирована". Так описывал он операцию в своем донесении.

Грузовик неожиданно остановился на центральной улице Мэзон-Лафита. Из полицейской машины выскочил связной и указал на две виллы по обе стороны улицы. Люди Райзена бросились к обоим зданиям, а сам он с револьвером в руке прорвался в дом по левой стороне и даже вытащил из постели какого-то человека, но понял, что ошибся.

– Они у нас в руках!
– раздался крик из виллы с другой стороны улицы.

В мансарде этого дома гестаповцы схватили темноволосого человека, который в тот момент как раз вел передачу; другой полицейский привел женщину, пытавшуюся ускользнуть с пакетом документов через сад. Это были Херш и Мира Сокол, радисты французской сети "Большого шефа".

Налет на Мезон-Лафит принес Вауку неплохие результаты: удалось захватить документы, дававшие новые ключи к кодам "Красной капеллы". Окончательно прояснить последние вопросы могла бы чета Сокол, но поляки категорически отказывались говорить.

Разъяренные гестаповцы жестоко избили Сокола, его пытали, погружая в ледяную воду. Сегодня Райзен отрицает использование подобных методов, утверждая, что "со своей стороны он никогда ничего подобного не допускал. Было бы слишком глупо воображать, что кто-то мог получать информацию таким способом". Тем не менее, когда гестапо пригрозило Мире Сокол расстрелом мужа, она многое рассказала: содержание радиограмм, связи с другими членами организации Треппера и даже псевдоним "Большого шефа" - "Гилберт". Тот никогда не давал Соколам свой адрес и поэтому мог считать себя счастливчиком.

Треппер поспешно дал своим людям команду на отход и реорганизацию. Но его агенты были уже настолько деморализованы точностью налетов германских контрразведчиков, что многие решили прекратить свою деятельность. Организация Треппера вновь оказалась в жутком положении из-за мучительных проблем со связью. У "Кента" в Марселе был передатчик, но в оправдание своей бездеятельности тот всегда находил технические отговорки. Организатор и руководитель другой французской группы Робинсон также располагал рацией, но отказывался предоставить её в распоряжение "Большого шефа".

Треппер в отчаянии искал хоть какие-нибудь способы восстановить радиосвязь с Москвой. После продолжительных переговоров французская компартия снова пришла на помощь и одолжила ему передатчик. Но кто должен был на нем работать? Два коммуниста, Пьер и Люсьен Жиро, предложили разместить передатчик на своей квартире в Сен-Лейском лесу под Парижем. У них были самые лучшие намерения, но проблем Леопольда Треппера это не решало, поскольку они не умели пользоваться рацией. Они самостоятельно занялись поисками радиста и нашли его в лице испанского эмигранта Валентино Эскудеро. Однако выбор оказался неудачным, поскольку после непродолжительной работы Эскудеро был задержан полицией для высылки обратно во франкистскую Испанию и выдал немцам всю группу.

Пока "Большой шеф" искал выход из создавшегося положения, его преследователи собирались с силами для следующего и на этот раз решительного удара, который возвестил о начале краха советской шпионской организации в Западной Европе.

С декабря 1941 года деятельность бельгийской сети была заморожена, но и она не ускользнула от внимания пеленгаторов службы безопасности связи, поскольку возобновила работу ещё до налета на Мезон-Лафит. С марта-апреля 1942 года в Брюсселе вышел в эфир новый передатчик. Немцы предположили, что исчезнувшего "Малого шефа" заменил другой человек. Как нам известно, это был Ефремов.