Парламентер
Шрифт:
— Я его сильно повредила?
Власов глянул на меня исподлобья.
— Одиннадцать погибших, семнадцать пострадавших, — невпопад, как мне показалось, ответил он. — Девять детей остались сиротами.
Матвей смотрел на меня в упор, и я слегка ему удивилась. Наконец он перевел взгляд на "Пепел Марса".
— Думал тебе подарок сделать, — невесело проворчал он. — Передумал.
— Почему?
— Маленькая еще для таких подарков. Когда поймешь, почему, станешь хозяйкой "Пепла".
— Шутишь?
— Ничуть.
Потом мы долго сидели и молчали, в словах мы не нуждались. Стены времянки равномерно содрогались — колонисты забивали сваи. Рычали бульдозеры, пронзительно скрипел кран. Сегодня снова целый день будут промозглая морось и липкая грязь по самые уши. Скоро грязи не станет, а поселок огласится детскими голосами. Почему-то при мысли о детях на Онтарии у меня потеплело в груди. Девять детей остались сиротами… Что-то тут не так. Я беспокойно заерзала на табуретке.
Онтария строилась.
2002 г.