Парижское Танго

Как явствует из предыдущих моих книг, я много путешествовала по белу свету… или, по меньшей мере, я много путешествовала с тех пор, как получила ярлык «Счастливая шлюха из Нью-Йорка». И поездки, которые я совершала, явно не подпадают под ту категорию, что ваши чартерные поездки в Европу.

Хотя я и выросла в Европе и путешествовала по ней с родителями ребенком, а затем и подростком, я давно забыла аромат свежего рогалика с мармеладом в кафе на улочках Парижа; пахнущие уксусом и газетой чипсы из бакалейной лавки в Лондоне; хрустящий датский бекон с яичницей в Копенгагене или же настоящее фруктовое мороженое на улочках Италии.

И я скучала не только по вкусу европейской пищи, но также по зрелищам и звукам Старого света. Поэтому не удивительно, что я резвилась как ребенок, ступив ногой на европейскую землю и пытаясь возместить все упущенное за это время.

Наконец, я могла жить и писать, не опасаясь давления полиции, прессы и международной налоговой службы. Я опять почувствовала себя свободной как птица, взлетая все выше и выше и делая, что хочу — и с кем хочу.

Сексуально Европа тоже значительно повзрослела… В конце концов греки и римляне еще две тысячи лет тому назад выделывали такие вещи, которые и сегодня шокируют среднего американца. В Италии я слышала, как итальянец остроумно объяснил англичанину суть этого явления: «Мой дорогой, — сказал он, — когда твои предки еще жили в пещере, мои были гомосексуалистами уже тысячу лет».

Думаю, что вы найдете моих европейских коллег по приключениям освежающе разнообразными — более раскрепощенными, переполненными чувством юмора и менее закомплексованными, чем те, с которыми вы встречались на страницах моей прежней книги «Счастливая шлюха».

Между прочим, эта книга, как и все мои книги, не входит в разряд беллетристики, моя честность подвела меня. Мои произведения толкуются, как публичное признание криминальных действий (быть «мадам» само по себе преступление), некоторые правительства рассматривают меня, как признавшуюся преступницу, и поэтому я не имею право на получение статуса иммигрантки. Так что, если вы не против, дорогой читатель, то я заявляю, что некоторые события и действия, описанные в этой книге, никогда не происходили. Я их выдумала. Я все еще являюсь тихой маленькой голландской девочкой с живым воображением, хорошо? (Юристы это называют отречением от содеянного.)

Я надеюсь, что где бы вы ни были и когда бы ни читали эту книгу, вы будете иметь в виду, что здоровые взрослые люди не обязаны спать в одиночку. Секс по-европейски — это здоровый, необходимый и светлый аспект жизни, нечто прекрасное, чем необходимо наслаждаться и чего следует энергично добиваться без малейшего чувства вины.

Так что идите за мной по белу свету и будем вместе сумасбродствовать.

В старые времена, когда я еще была «мадам» в Нью-Йорке, мне часто приходилось оказываться в центре самых немыслимых ситуаций. Будучи работящей девицей, я просто пожимала плечами, говоря: «Ну, хорошо, такова жизнь»… И продолжала делать свое дело.

Но сейчас все это позади.

Сейчас же я все это делаю только ради забавы, и хотя делаю это реже, получаю гораздо большее наслаждение. И чем больше я получаю наслаждения, тем необузданнее становлюсь.

Я до сих пор вся исхожу соками, вспоминая ту ночь в Париже.

Лео и я посетили элегантный свингер-клуб недалеко от Булонского леса. Освещение здесь было не ярким, интимным, а музыка неотразимой. Обстановка была необычайно чувственной. По мере того, как музыка становилась тише (это был «Ролинг Стоунз» со своим совращающим, настойчивым битом), мягко светящиеся лампы сделались совсем тусклыми и мигали в ритм мелодии. Воздух наэлектризовался страстью.

Мы с Лео танцевали, крепко прижавшись и обвивая друг друга, находясь в магической власти момента. Его руки крепко держали мои бедра, а я обняла его плечи. Я могла чувствовать твердую теплоту его возбужденного члена.

Неожиданно я ощутила еще одну пару прохладных рук, гуляющих по моим бедрам. Они легко и ласково погладили ноги, забрались между ними и проскользнули в трусики.

— Лео, — прошептала я, — что происходит?

— Не знаю, — ответил он, — я не чувствую ничего!

— Зато я чувствую!

— Я знаю. Это же клуб свингеров. Парень исследует тебя. Это в порядке вещей. Ты ведь не боишься секса, а?

— Ксавьера боится секса? Боится ли кит воды?

Ощупывавший меня невидимка становился все дружелюбнее… Меня медленно раздевали. Он спустил мои трусики до колен, так что я не смогла танцевать, поэтому, не теряя ритм, переступила через них. Лео убрал руки с моих бедер и крепко обнял за плечи. Происходящее чертовски возбуждало его, и член Лео становился все крепче.

Таинственный приставала залез ко мне под платье и вскоре задрал его выше талии. Он тесно прижался к моему заду и сквозь его брюки я чувствовала твердый член. Я была окружена стоящими членами!

Я была почти в трансе. Человек сзади между тем начал ласкать мои груди. Как только он расстегнул верх платья, оно соскользнуло с плеч, и в считанные секунды я избавилась от него.

Музыка сменилась, сейчас это была мелодия «Битлз» из альбома «Abbey Road». Голос Джона Леннона заполнил пространство песней «Come Together», и по мере того, как я раскачивалась в такт музыке, человек сзади, которого я так и не видела, поигрывал пальцами с моей повлажневшей щелью. Затем я безошибочно почувствовала, как горячий член настойчиво пробирается между моими ногами. Я была настолько мокрой и готовой к приему, что он легко вошел в мою вотчину.

Я крепко уцепилась за Лео, как будто бы от этого зависела моя жизнь, и он стал моей опорой, когда я слегка наклонилась вперед. В очередной песне были слова: «…То, как она движется…», и сильный незнакомец позади меня, медленно толкал свой мясистый член, его и мои бедра двигались в такт сексуальной музыке и освещению.

Затем ….. ооооохххх! Темп набрал силу и, все еще обхватывая руками шею Лео, я стала извиваться вверх и вниз с чувством подлинного удовольствия.

— Лео, — прошептала я, — изумительно трахаюсь … оооххх, изумительно.