Чтение онлайн

Я ощутил приятное чувство уверенности, граничащее с манией величия. Я — десантник, заброшенный в нацистскую Германию с парой галет и передатчиком в кармане. От меня зависит исход войны — да что там, вся западная цивилизация!

— Сегодня в центре наткнулся на Элиота Краузе, — заговорил Сет.

Я непонимающе уставился на него.

— Ну, Элиот Краузе! Помнишь? Элиот-тубзалет? Торможу. Какое-то время до меня доходило. Ха-ха, Краузе! Давненько я о нем не слышал!

— У него с кем-то на двоих юридическая фирма.

— Они, случайно, не охраной окружающей среды занимаются? — еле выговорил я от смеха. Скотч брызнул на стойку.

— А помнишь его рожу?

— Да что там рожа, штаны помнишь?

Вот почему с Сетом так классно тусоваться. У нас свой секретный язык, воспоминания и шутки, которые понятны только нам обоим. Так, наверное, говорят в детстве близнецы. Мы ведь очень давно дружим...

Как-то летом, когда мы еще не окончили школу, Сет подрабатывал в крутом теннисном клубе, убирал корты. Когда там проходил международный турнир, Сет впустил меня бесплатко. Для зрителей установили переносные туалеты, не помню точно, какой фирмы — то ли «Портосан», то ли «Золотой домик»... Похожие на гигантские старые холодильники. В общем, через день-другой они наполнились до краев, но никто не потрудился приехать и все добро выкачать. Так что вонь стояла дикая.

А Элиот Краузе — это такой «хороший мальчик», которого мы с Сетом на дух не выносили. Во-первых, он увел у моего друга девчонку. Во-вторых, он задирал кос перед нами, простыми ребятами. Элиот заявился на турнир в светло-голубом джемпере и белых парусиновых брюках, с девушкой Сета под руку. Зря он зашел в один из этих домиков. Сет, который неподалеку собирал мусор, подмигнул мне, подбежал к туалету и забил в задвижку свой мусоросборник (такую палку, которой можно собирать бумажки, не нагибаясь). Мы с Флэшем Флаерти, еще одним нашим приятелем, подбежали и стали раскачивать домик. Изнутри доносились крики Элиота: «Эй! Эй! Что такое, черт возьми?» — и непередаваемое бульканье. Наконец мы перевернули туалет. Противно даже представить, в чем бедняга Элиот плавал. Сет, конечно, вылетел с работы, но заявил, что оно того стоило. Мол, он бы сам заплатил за такое зрелище: Элиот Краузе вылезает из туалета в некогда белом теннисном наряде, весь в дерьме, и корчится от рвотных позывов.

Представляя, как Элиот с измазанным дерьмом лицом надевает заляпанные очки, я так захохотал, что не удержался и упал с табурета. Подняться мне не хватило сил. Вокруг толпились люди: «Что такое? Что случилось?» Да, я определенно надрался. Все вокруг поплыло. Вдруг передо мной мелькнули отец и Антуан Леонард. Эта картинка рассмешила меня еще больше.

Кто-то схватил меня за плечо, затем — за локоть. Сет и какой-то парень вытаскивали меня из бара. И мне казалось, что все смотрят в мою сторону.

— Извини, друг, — смущенно пробормотал я. — Спасибо. Моя тачка тут.

— Никаких тачек!

— Да вот она, — слабо запротестовал я.

— Это не твоя машина. Это какая-то «ауди».

— Моя, — заявил я, энергично кивнув для убедительности. — Моя «ауди». «А6», по-моему.

— А та где?

Я замотал головой.

— Теперь у меня новая.

— Слушай, так тебе и вправду больше платят?

— Да, — ответил я и добавил заплетающимся языком: — хотя и не супер.

Сет свистом подозвал такси и вместе с тем парнем запихнул меня в салон.

— Адрес помнишь?

— Да ладно тебе! Помню.

— Может, кофе принести, чуть протрезвеешь?

— Не-а. Баиньки. Завтра на работу.

Сет рассмеялся:

— Не завидую!

Среди ночи оглушительно зазвонил сотовый. Нет, не среди ночи. За шторами брезжил свет. На часах было пять тридцать — утра? Вечера? Я окончательно запутался и схватил телефон. Жаль, что перед сном не отключил.

— Да?

— Ты еще спишь? — удивленно спросил чей-то голос.

— Кто это?

— Ты бросил «ауди» в эвакуаторной зоне. — Арнольд Мичем! Эсэсовец «Уайатта»! — Машина тебе не принадлежит. Ее предоставила компания. Так береги автомобиль и не бросай на улице, как использованный презерватив.

Потихоньку я начал вспоминать вчерашний вечер: напился в «Бродячем коте», непонятно как оказался дома, забыл поставить будильник... Черт, «Трион»!

— О, дьявол! — Я резко сел, и в животе все перевернулось. Голова запульсировала и чуть не распухла, как у инопланетян из «Звездного пути».

— У нас четкие правила, — продолжал Мичем. — Больше никаких гулянок. Никаких вечеринок. Ты должен работать с максимальной отдачей. — По-моему, он говорил быстрее и громче обычного. Я что-то не мог за ним уследить.

— Знаю, — слабо квакнул я.

— Начал ты не лучшим образом.

— Вчера был очень тяжелый день. Первый день на новом месте, а мой отец...

— Если откровенно, мне наплевать. Мы заключили договор и ожидаем, что ты его выполнишь. Что нарыл?

— "Нарыл"? — Я кое-как спустил ноги на пол и, сидя на краю кровати, стал тереть виски второй рукой.

— Я про секретные проекты. Что ты нашел?

— Еще не вечер, — сказал я. — В смысле еще рано. — Мой мозг постепенно заработал. — Вчера меня везде водили за ручку, не оставляли одного ни на минуту. Я не мог ничего «нарыть». Или вы хотите, чтобы я провалил задание в первый же день?

Мичем немного помолчал.

— Твоя правда. Но возможность появится скоро, и не вздумай ее упустить. Чтобы отчет был к концу дня, ясно?

К обеду я почти превратился из зомби в нормального человека и решил заглянуть в спортзал — простите, в фитнес-центр. Центр находился на крыше крыла "Е" под прозрачным пузырем. Там было все: теннисные корты, кардиологическое оборудование, «дорожки», «лестницы» и эллиптические тренажеры с видеоэкранами. Двери из раздевалки вели в парилку и сауну. Не хуже любого VIP-клуба.

Я переоделся и хотел было пойти к тренажерам и гантелям, как в раздевалке появился Чед Пирсон.

— Вот ты где! — начал Чед. — Как самочувствие? — Он открыл ячейку рядом с моей. — Пришел на баскетбол?

— Да вообще-то...

— Ребята, наверное, уже начали. Будешь?

Я чуть замялся.

— Конечно.

На площадке никого не оказалось. Мы немного послонялись вокруг с мячами, иногда бросая по кольцу. Наконец Чед сказал:

— Может, друг против друга?

— Давай.