Чтение онлайн

Паше не повезло, спуск на балкон находился с противоположной стороны пустотника. Крутя головой по сторонам, он рванул к нужному месту, без приключений до него добрался и смело заскочил на пологий, поросший синим неземным мхом спуск.

Приключения и опасности начинались чуть позже.

Ширина балкона составляла метров десять от стенки. Угол наклона градусов двадцать пять. Не встретив каких-либо странностей и сопротивлений, Паша прошёл примерно полвитка и остановился перед началом так называемой «грядки».

Дальше поверхность балкона выглядела сильно по-другому. На ней обильно росла разнообразная инопланетная растительность. Часть её была более-менее похожа на земные грибы, а часть можно было с большой натяжкой сравнить с подсолнухами и кукурузой. То тут, то там из пола росли ровные двухметровые стебли. Одни были голыми, на других имелись большого размера розовые и фиолетовые листья. Некоторые стебли оканчивались подобием цветов, если цветами можно назвать большие разноцветные тарелки.

Богато, пожалуй даже излишне, была представлена ползучая растительность, произрастающая главным образом на стене и потолке балкона. Похожая на земной плющ, она имела вполне привычные на вид зелёные листочки и была усеяна разноцветными ягодами розовых и синих оттенков.

Плющ не только полз по стенам, но и оплетал низ балкона, свисая с него длиннющими лозами. Кое где они были настолько длинными, что, свисая с потолка верхнего витка, доставали до поверхности нижнего.

То, что плющ играет роль дополнительных симбиотических датчиков, исследователи пустотников выяснили далеко не сразу.

Среди грибов, плюща и растений тут и там по полу и стене ползли разной толщины чёрные шланги. То-есть, никуда они не ползли конечно, а просто лежали. Вот именно с этими шлангами и предстояло взаимодействовать, так как они никакие не шланги и даже не растительные объекты. Они — чувствительные «ворсинки» тесно связанные с растянутым по трубе мозгом пустотника.

Страшно подумать, но сейчас Паша находился внутри разумного существа. Возможно, в чём-то оно даже превосходило человека, но так как строение и восприятие разнились до обидного сильно, поболтать с пустотником за жизнь вряд ли выйдет. А вот обсудить за жратву вполне возможно.

Прежде чем подойти к границе растительности, сталкер отключил активность паранорма. Использовать активные паранормальные способности внутри пустотника крайне опасно. Да и с пассивными, как и с уровнем ТЭН, следовало быть предельно осторожным. Именно по параизлучению пустотник разделял посетителей на «можно съесть» и «нужно съесть».

Осторожно подойдя к границе растительности, мужчина остановился. Почувствовав его, чёрные шланги зашевелились и проявили свою истинную природу. Поднявшись с пола, они довольно быстро окружили гостя словно стая готовящихся к атаке змей. Атаковать «змеи», однако, не стали. С какой-то нерешительностью замерев, они, резко опомнившись, принялись обшаривать Пашу словно стая потерявших страх карманников.

Концы шлангов принялись тыкаться в разгрузку, автомат, костюм, лицо (что неприятно) и особенно настойчиво в мешок за спиной. В какой-то момент некоторые из отростков пришлось аккуратно отпихнуть: они начали настойчиво лезть за воротник и капюшон защитного костюма.

«Да он походу людей ни разу не видел», — предположил Паша.

Отечественные пустотники столь долго фейсконтролем не занимались. У них всё по-быстрому, сдал хавчик, получил пропуск, пошёл собирать ништяки.

Наконец тварь что-то надумала. Чёрные щупальца отступили и улеглись на пол. С правой стороны в стене раздвинулся проход. За ними обнаружилась просторная полутёмная ниша с чашеобразным образованием в центре.

Довольно смело шагнув в нишу, сталкер оказался перед чашей напоминающей большой синий гриб с выгнутой вверх шляпкой. Поставив мешок на переплетение подрагивающих от нетерпения шлангов, он достал из него первую бутылку, отвинтил крышку и начал сливать в гриб-чашу содержимое тары.

Кожистая поверхность чашеобразного образования начала удивительно быстро впитывать пролитое на неё масло.

Вообще, сотрудничающие с пустотником монстры в эту чашу отрыгивали. Ну извините, у лысых обезьян все не как у «людей».

— Эй, эй! — запротестовал сталкер.

Почувствовав итальянские оливки тридцатипятилетней выдержки, мелкие щупальца на полу ожили и нетерпеливо полезли в мешок.

— Ты куда лезешь, чурка нерусский?! — возмутившись, Паша принялся отбирать у щупальца схваченную бутылку.

Почувствовав «невкусную» стеклянную поверхность, пустотник послушно бутылку отпустил.

На то, чтобы слить в чашу принесённое с собой оливковое, подсолнечное и немного рапсового масла, у Паши ушло минут так двадцать. Собрав с пола пустые бутылки и пробки от них, он, сгрузив всё в мешок, вышел из ниши после чего бросил ношу вниз. Это тоже часть ритуала. Там — внизу, озеро довольно сильной кислоты, в которой пустотник утилизирует разные объедки.

«Ну, родной, не подведи», — подойдя к границе растительности, подумал Паша.

Ждать пришлось минут пять: пустотник то ли тупил, то ли ждал добавки. Наконец одно из тонких щупалец поднялось, кончик его ткнулся в Пашину грудь, после чего из него на разгрузку брызнула пахучая синеватая жидкость. Пахло, простите за подробности, несвежей рыбой.

— Жадина, — вздохнул сталкер и, обходя стебли, уверенно направился вниз по выступающей из стены наклонной поверхности.

Судя по интенсивности метки, её хватит на посещение четырёх или пяти желудков. И с этим делом следовало поторопиться.

***

По возможности не касаясь неземного вида растительности, Паша начал спуск по винтовому балкону. На первый желудок он наткнулся метров через пятьдесят, но вход в него перекрывала жилистая красноватая мембрана. Работает трудяга, переваривает.

Желудок пустотника представлял собой небольшую комнату, в центре которой из пола росло нечто напоминающее… Блин, ну держись, ассоциативка!

В центре комнатки рос напоминающий по форме лебедя пахучий полупрозрачный гриб. Иногда у «лебедя» имелась одна голова, но чаще две, а то и три. Вместо клюва у «птицы» вырастал красный или синий кругляш модификатора.