Чтение онлайн

Валентина бросилась к нему.

— Что случилось?

— Произошел взрыв.

— Хьюго… Он не…

Штерн покачал головой.

— Он тяжело ранен. Сейчас его оперируют.

— Что говорят врачи?

— Прогнозы не самые оптимистические.

Валентина моргнула, почувствовав, как из глаз хлынули слезы. Она обняла Штерна, но почти тотчас же отстранилась и вытерла слезы рукавом свитера.

— А Нора?

— Почти не пострадала. Когда «мерседес» взорвался, Вермеер находился между ней и машиной — на него-то и пришелся основной удар. У Норы контузия, но через пару дней будет на ногах. Франку повезло меньше. Шансов выжить у него не было.

— Но как это могло произойти?

— Полиция полагает, что это было покушение. Все говорит в пользу того, что бомбу, к счастью, не очень мощную, прикрепили к стартеру. Салон автомобиля прилично искорежен, но боковые повреждение незначительны, иначе Норы с Вермеером в живых бы уже не было.

Валентина вдруг осознала неуместность одновременного присутствия Вермеера и ассистентки Штерна в одном и том же месте.

— Как получилось, что они оба оказались там? Вермеер не говорил мне, что должен встретиться с Норой.

— Это я попросил Нору с ним повидаться. Хотел, чтобы она ввела его в курс кое-каких дел Фонда. Когда все случилось, они находились возле башни Монпарнас.

— Но почему там? Хьюго ненавидит этот квартал.

— Тем не менее именно он выбрал для встречи это место. Судя по всему, у него было там какое-то важное дело.

— Зерка… — прошептала Валентина.

Штерн резко выпрямился.

— Какое имя вы только что произнесли?

— Вчера вечером мы с Хьюго кое с кем встречались. С одним полицейским. Он рассказал нам про одного коллекционера, его звали Зерка.

— Как раз в башне Монпарнас и находится офис Зерка, — подтвердил Штерн. — Когда Нора придет в себя, а это, надеюсь, случится уже скоро, мы получим больше подробностей.

Зазвонил мобильный, и Штерн вытащил трубку из внутреннего кармана пиджака.

— Вероятно, это Сорель. Я оставил на его автоответчике несколько сообщений. Да?

— Говорит комиссар Лопез. Мы не знакомы.

— Я знаю, кто вы, комиссар. Сорель рассказывал мне о ваших подвигах. Похоже, он не очень-то вас жалует.

— У вас найдется немного свободного времени, мсье Штерн?

— Когда?

— Скажем, в течение ближайшего получаса.

— Я занят, комиссар. Мы не могли бы встретиться чуть позднее? Я уже имел беседу с вашими коллегами.

— Я должен показать вам кое-что интересное. Полагаю, это как-то связано со взрывом. Мне бы хотелось знать ваше мнение.

— Подождите секундочку… — уступил Штерн.

Он вопросительно взглянул на Валентину.

— Идите, — прошептала она. — Я побуду здесь.

— Хорошо, комиссар, — произнес Штерн в трубку. — Я приеду. Где вы находитесь?

— Вам доводилось когда-нибудь бывать в Судебно-медицинском институте, мсье Штерн? Это несколько в стороне от туристических маршрутов, но, как вы убедитесь, данное заведение тоже обладает определенным шармом.

46

Судебно-медицинский институт располагался у самой Сены, напротив вокзала Аустерлиц. Пройдя через массивную входную дверь выложенного красным кирпичом здания, Штерн направился к стоявшему у кофейного автомата мужчине, который, несмотря на вывешенные в холле многочисленные запрещающие таблички, вовсю дымил сигаретой. Завидев Штерна, курящий — одет он был в давно вышедший из моды костюм — поднес к губам пластиковый стаканчик, который держал в руке.

— Комиссар Лопез, полагаю.

— Мсье Штерн… Только что узнал о вашей ассистентке и Вермеере… Весьма сожалею.

Глаза Лопеза говорили прямо противоположное, по крайней мере, в том, что касалось голландца.

— Благодарю, комиссар. Чем могу служить? Надеюсь, вы понимаете, что, учитывая обстоятельства, времени у меня не так уж и много. Мне бы хотелось как можно скорее вернуться в больницу.

— Перейдем тогда прямо к делу. Вам известно, где сейчас Сорель?

— Последний раз мы с ним общались вчера вечером. Сорель остановился в «Георге V». Вы без труда узнаете номер его комнаты, если захотите с ним побеседовать. Он уже большой мальчик. Я не хожу за ним по пятам.

— А не мешало бы. Пройдемте со мной.

Лопез опустил окурок в стаканчик и выбросил все в мусорное ведро. Даже не взглянув, следует ли за ним Штерн, он зашагал по длинному коридору, приведшему их к двойной автоматически закрывающейся двери. «Вход только для персонала», гласила имевшаяся на ней табличка.

Толкнув одну из створок, комиссар дождался, пока Штерн переступит порог, после чего последовал его примеру. В нескольких метрах от первой двери обнаружилась другая — металлическая. Подойдя к ней, Лопез нажал на кнопку встроенного в стену звонка, и с другой стороны двери послышалась переливчатая трель.

— Да? — ответил по интерфону чей-то голос.

— Лопез.

Прожужжал, и Лопез жестом предложил Штерну проследовать в комнату. Навстречу им вышел молодой мужчина в белом халате.

— Позвольте, мсье Штерн, — промолвил Лопез, — представить вам Стефана Барбе, одного из наших судмедэкспертов.

Штерну никогда не доводилось встречать судебно-медицинского эксперта. Сам толком не зная почему, он всегда полагал, что подобного рода специалисты должны обладать недюжинными физическими качествами; Барбе же являл собой полную противоположность сложившемуся в его сознании стереотипу — юношеское лицо; растрепанные волосы, уложенные гелем; наушник, свисающий с ворота футболки-поло. Вытащив второй из уха, мочку которого украшало небольшое серебряное колечко, судмедэксперт протянул Штерну руку.