Чтение онлайн

Он развенчивал средневековую алхимию и смело ставил ей новую цель — служить медицине. Он смеялся над астрологией, некромантией (ее он именовал нарромантией — наукой дураков) и другими тайными науками.

Парацельс последовательно проводил в жизнь свои взгляды, не отступая перед насмешками, непониманием и гонениями.

Он был опасным бунтовщиком в науке. Великолепным мужеством отмечены его критические дерзания, ибо в это глухое и фанатичное время человек, поднимавший борьбу с идеологией, освященной авторитетом церкви и государства, рисковал всем — спокойствием, имуществом и жизнью.

Парацельс не уклонился и от политической борьбы своих дней, выступив в этой области с крайними воззрениями, которые также не могли быть приятны господствующим классам.

Естественные науки в ту пору нуждались прежде всего в освобождении от гнета авторитетов и догм, в утверждении за учеными права на свободное исследование. Дерзким новаторам, в первом ряду которых стоит Парацельс, нужно было расчистить почву для ничем не стесненного опытного знания. Только после этого вековая упорная работа множества естествоиспытателей, великих и малых, могла разрешить гигантскую задачу построения нового научного естествознания и, в частности, новой медицины. Однако Парацельсу принадлежат не только огромные заслуги в переоценке старых научных ценностей и разрушении ложных идеалов. В его медицинских и философских трудах разбросано немало блестящих новых мыслей, которые вошли в железный фонд мировой науки. Этот разрушитель был одновременно и творцом; н только как творец нового |Он мог стать могучим разрушителем.

Конечно, тогда не могло быть и речи о немедленном возведении на обломках разрушаемых воззрений стройного законченного здания новой науки. Для этого необходимо было накопление огромного фактического материала, кропотливая долгая работа, преодоление многих предрассудков и заблуждений. Все это было не под силу одному человеку и неосуществимо за короткий период одной человеческой жизни. Не надо преувеличивать и возможности самого Парацельса. Пережитки средневекового мировоззрения тяготели над ним. Философия и медицинская система Парацельса, которые он пытался создать вместо отвергаемых им, хотя и являются бесспорным шагом вперед по пути освобождения разума от пут теологии, все же находятся под сильным влиянием религиозно-идеалистических заблуждений и содержат многочисленные ошибки, вызванные младенческим состоянием естественных наук.

Но несмотря на заблуждения своей общей медицинской концепции и вопреки им, могучий ум Парацельса дал науке ряд верных мыслей, блестящих догадок и провидений.

Парацельс почти за целое столетие до Бэкона Веруламского провозгласил опыт единственным руководителем в научном исследовании. «Медицина является не чем иным, как большой добросовестной опытностью», — говорил он и пытался строить новую науку, опираясь на свой собственный опыт, на свои эксперименты, а не на компиляции из чужих сочинений.

Ныне мысль о тесной взаимной связи между всеми естественными науками и о необходимости использования медициной других отраслей естествознания является мыслью само собой понятной и даже тривиальной.

Не то было во времена Парацельса. Когда он заявил, что процессы, совершающиеся в человеческом теле, сводятся к химическим превращениям, а химия имеет своей основной целью изготовление лекарств, то это было революцией и в области медицины и в области химии. О том, насколько новы и еще малодоступны были эти взгляды, свидетельствует упорная борьба, развернувшаяся вокруг вопроса о правомерности проникновения химии в медицину. Даже в XVIII веке Борде писал: «Химия с начала своего существования стремится завоевать медицину…, но нам нечего делать с химией», а ученик Шталя — Юнкер — говорил: «Химии нечего делать в области медицины».

Современная медицина почти забыла о великом эйнзидельнце. Историки медицины заявляют: «В медицине не осталось ничего, сохранившего имя Парацельса, вошедшего в историю главным образом в качестве основателя и пламенного апостола химии». Но это неверно. Пусть лекарства, применявшиеся Парацельсом, действительно отошли в прошлое, все же и современное практическое врачевание многим обязано ему и медицина использовала ряд мыслей, высказанных впервые доктором Теофрастом.

Так, его работы о сифилисе были глубже и вернее работ его современников и стали прочным достоянием науки только в XIX веке.

Позднейшая медицина вынуждена была подтвердить его высказывания о значении минеральных источников в лечении ряда болезней (подагра, артрит, ишиас и др.).

Парацельсом было положено начало металлотерапии.

В его трудах уже находятся намеки на возможность существования микроорганизмов, являющихся возбудителями заразных болезней.

В учении Парацельса истинно гениальным было провозглашение материалистических принципов научного исследования: необходимость непосредственного изучения природы, обоснование медицинской науки опытным материалом. И когда он неуклонно следовал этим своим принципам, тогда творчество его поднималось до высот истинных научных достижений. Но в конечном счете всякое научное творчество определяется философскими воззрениями ученого. Чтобы до конца понять учение Парацельса и выяснить причины его многочисленных ошибок и заблуждений, надо ознакомиться с его философскими взглядами.

Философия — наука об основных принципах развития бытия и мышления, она ставит своей задачей объединить все человеческое знание единым принципом и методом, она связывает в единое целое и стройное мировоззрение всю совокупность человеческих знаний. Философия всегда является концентрированной идеологией определенных классов в данную эпоху исторического развития. Она отражает действительность, реальное общественное бытие, изменяется вместе с ним.

В эпоху феодализма над человечеством господствовало церковное мировоззрение. Католическая церковь была могучей силой, властно вмешивавшейся во всю жизнь европейских стран и народов. Ни национальные различия, ни государственные границы не могли воспрепятствовать распространению ее влияния, с нею вынуждены были считаться все владыки и правители. Все это должно было быть ясно вечному страннику — Парацельсу, который прошел почти все европейские страны и наблюдал условия существования стольких народов. Около одной трети земельных участков в странах Европы принадлежало церкви, она сосредоточила в своих руках огромные богатства. Духовенство является наиболее образованной категорией людей, монастыри были не только центрами религиозной учености, но в них развились сельскохозяйственные и промышленные знания, школьное образование и врачебная наука. Религиозные нормы наложили свой отпечаток на все области общественного бытия: политику, право и нравственность. Мышление средневекового человека воспитывалось и направлялось церковью.

Не удовлетворяясь этим, церковь хотела предписывать свою волю всему мирозданию. Жизнь вселенной, движение планет, развитие земли — все должно было подчиняться ее авторитету и служить начертанным ею целям.

Основы науки о вселенной установлены священным писанием. Они вечны, неизменны и непререкаемы. Земля с населяющими ее людьми является центральным пунктом всего мироздания, — так учила католическая церковь.

Во славу творца и для нас, людей, созданы небесные планеты и солнце изливает свой свет. Животные, растения и вообще все в мироздании сотворено для нужд человека.

Представление о построении вселенной средневековая церковь заимствовала у греческого астронома Птолемея, жившего около середины II века. По этому учению, в центре всего мира неподвижно стоит земля. Вокруг нее в семи сферах движутся: солнце, луна и пять известных в то время планет — Меркурий, Венера, Марс, Юпитер и Сатурн. В последней, восьмой сфере, представляющей собой как бы оболочку видимого мира, расположено небо неподвижных звезд.

Церковная наука добавила к этой птолемеевой картине мироздания еще одно новое небо над сферой неподвижных звезд — место, где обитают души праведников, ангелы и сам творец вселенной.