Папа для Лисички
Шрифт:
— А это так? — встречаю улыбающийся взгляд Джона Воробья.
— Это так! Осторожность никогда не помешает! Но я же благородный пират. С разбоем давно завязал! Обирать женщин и детей — это низко, — усмехается.
— Надеюсь, так и есть. Потому что я не могу найти причину, почему вы здесь.
— Причина? — задумчиво смотрит на меня. — Я ее сейчас покажу! — неожиданно надвигается на меня скалой, практически зажимая в углу. Нет, он не прикасается даже, просто стоит очень близко, руки кладет на стену по бокам от меня, при этом не сводит черных глаз с моих дрожащих губ. Это так… горячо. Во мне поднимаются давно забытые чувства, колени дрожат, я понимаю, что нужно оттолкнуть его, но не могу. Пиратский гипноз в действии. Прикрываю глаза, и вдруг чувствую его горячее дыхание на щеке и легкое прикосновение губ к моими губам. Ах-х-х…
— Ма-а-м! — раздается пораженный детский возглас. — А что вы тут делаете?
Глава 6
О господи! Можно я сейчас провалюсь сквозь землю?
Пытаюсь оттолкнуть этого наглеца, но он и не думает меня отпускать. А Настя смотрит пораженно в ожидании объяснений.
— Так что вы делаете? — повторяет она вопрос, видимо, решив, что мы оглохли на время и не расслышали ее. Пока я пытаюсь собрать мозги в кучу и выдавить ответ, пират меня опережает.
— А разве ты не видишь, малышка? — совершенно невозмутимо выгибает он бровь. — Я покоряю твою маму!
— А зачем ты ее покоряешь? — с детской непосредственностью спрашивает дочь.
— Я хочу, чтобы она стала дамой моего сердца! — нагло заявляет пират.
— Это как в сказке? Когда принц начинает любить принцессу?
— Почти! — наконец отпускает меня из объятий Джон Воробей. Я еле стою. — Только у нас сказка другая! — продолжает он. — Я ж не принц! Я пират! — понижает голос, хищно прищуривается. — И даму своего сердца я просто похищаю!
— Чего? — смотрю на него с недоумением.
— Да! — шагает к нам Настя. — Как это похищаю? Я маму не отдам!
— А если я похищу вас вместе? И увезу в свой замок! Он у меня большой! Я как-то нашел сундук сокровищ, и теперь богатый пират!
— Мне надо подумать! — серьезно хмурится дочь. — Мама, а ты хочешь, чтобы тебя пират похитил и увез в замок?
— Да я вообще…
— Тихо, женщина! — обрывает меня Джон Воробей властным тоном. — Твое мнение мы спросим потом! Не мешай серьезным людям договариваться! — и снова обращается к Насте. — Мама хочет! А ты, Лисичка?
Чего? Хочу спорить, но мне на губы ложится ладонь этого нахала. Не жестко, но чтобы оттолкнуть ее, придется драться.
— А ты точно добрый пират? — прищуривается Настя. — Если ты маму обидишь, я тебе в нос дам!
— Ох, какая грозная Лисичка! — посмеивается мужчина. — Но я добрый!
— Поклянись!
— Клянусь! Так что? Можно похитить твою маму?
— Можно! — властно кивает дочь. — Только потом ты должен на ней жениться!
После секундной заминки Джон Воробей уверенно отвечает:
— Я согласен!
— Чего? А меня вы спросить не хотите! — вырываюсь наконец из его захвата.
— Тихо, женщина! — рявкает пират. — Пойдем! Выскажешь мне все, но не здесь! — хватает меня под руку и тащит к входной двери.
— Да что вы себе позволяете! — возмущаюсь я.
— Позже! — командует он. — Не при ребенке! Идем! — вытаскивает меня на площадку, захлопывает дверь. И вот тут меня срывает.
— Пустите! Вы не имеете права! — вырываюсь, меня кроет адреналин, я теряю тормоза, замахиваюсь, луплю его по широкой груди. Но ему, кажется, по фиг. Стоит как скала!
— Гад! Урод! Сволочь! Чего ты ко мне прицепился? — выбиваюсь из сил, сдуваю непослушную прядь волос со лба.
— Красавица! — замирает на моем лице восхищенным взглядом. — Строптивая, знойная красавица!
— А? — застываю пораженно, а он пользуется моим замешательством и впивается в губы теперь уже по-настоящему горячим поцелуем!
Остановите землю, я сойду! Что происходит вообще? И почему это так остро, непередаваемо пьяняще, напористо? Этот мужчина… Его обволакивающий запах. Где-то я слышала его не так давно…
Понять ничего не могу, хочу его оттолкнуть и одновременно прижаться сильнее!
Да что же это за диссонанс в мозгах? Определись уже, Олеся!
Да! Оттолкнуть!
Так и делаю! Пытаюсь вырваться, но еще сильнее запутываюсь в дурманящей паутине его объятий…
А-а-ах!
Вдруг он отпускает меня сам! Резко и неожиданно отступает на шаг. А я еле стою у стены подъезда, теряя опору горячих рук, зажмурившись, тяжело дышу, боюсь открыть глаза… Боже, что это сейчас было! Наваждение?
— Ты просто мечта пирата! — слышу шепот над ухом. — Пойдем со мной!
— Куда, — едва получается выдавить.
— А куда ты хочешь?
— Домой! Я хочу домой! — пищу, как маленькая девочка.
— Ты дома!
— И чтобы ты ушел!
— Нет! Вот тут не получится! — дерзкий смешок. — Я тебя выбрал!
— Зачем?
— Тебе напомнить? — легко касается моих пылающих губ. — Я же только что показал.
— Нет! Не надо! — распахиваю резко глаза. Все, прочь дурман, включай мозги, Олеся! И беги!
— Куда? — ловит меня за локоть. — Я тебя у дочки отпросил не для того, чтобы ты сбегала! Ты же взрослая женщина, Олеся! А я — взрослый мужчина! Мы идеальная пара, не находишь?
— Нет! — отрезаю я. — Я вообще не пойму, кто вы! Пират, детский аниматор, аферист?
— Так ты спроси!
— Не хочу! Просто оставьте меня в покое!
— Понятно! Аниматор, значит, нам не подходит? — прищуривается обвинительно. — Ни хрена не статусно, да? А кто подходит? Олигарх, магнат? Принц? Кто?