Чтение онлайн

О: А когда вас "человек с треугольничками" выселил с этой точки, где вы стали репетировать?

Л: Клуб "НЧ/ВЧ" — выселенный дом, там были репетиционные точки групп разных на Чайковского.

Е: Стали мы играть и расти, расти, расти. Нам очень нравилось играть и поддавать, поддавать и играть.

О: А как вы попали в рок-клуб?

Е: Нам просто очень захотелось стать…

Л: В Рок-клуб вступали. Прослушивание. Худсовет. Конец 1989 года. Мы буквально за несколько месяцев вступили. Мы сыро, конечно, играли.

Е: Нас так, авансом взяли. Не будете бутылки бить, будете играть здесь.

О: Годы существования группы?

Л: Группа просуществовала очень недолго. В 1991 году мы играли всего лишь дважды. Дрон вышел из психушки и мы выступили на 8 Фестивале на Десятилетии рок-клуба — март 1991 ив сентябре мы сыграли в Амстердаме.

О: А что Дрон в психушке делал?

Е: Это его личное дело (смеется). Да, ладно, он от армии там косил.

Л: Ну, зачем? А вдруг его в армию теперь заберут. Наболтал лишнего.

Е: Да, ладно.

1990 год был звездный. Я получил все, что я хотел. Всплеск интереса к нам. Через автографы и девочек, выскакивающих на сцену, я прошел.

О: А с чем была связана такая популярность?

Л: А я тебе скажу как Бивис и Батхед: "Потому что мы были такие крутые".

Е: Ну, не знаю. Как ни банально это звучит, может, не врали, может, просто ни одной левой, ни с легковухи, а все отдавали, понимаешь?

Л: Без тормозов мы тогда жили.

О: Про рок-клуб расскажите поподробнее. Какие концерты проходили? Какие у вас взаимоотношения были с администрацией?

Е: С администрацией — замечательные. Девчонки в нас влюбились и хотели из нас, в общем-то, второе «Кино» сделать. Я этого не одобрял, понимаешь? Потому что я, Игорь Фролов. Я Егорыч, никакой я не Цой. Я хотел себя показать, друзей посмешить. Это все, что я хотел, в общем.

В рок-клубе было здорово в те времена. Это дух. Он пропал сейчас. Мы, конечно, уже монстры в этом деле, конечно. Но пусть будет. Я свои рамочки разрушил, свой имидж. Я живу, я с тобой разговариваю сейчас.

О: Расскажите, пожалуйста, о Фестивале Надежд в Горбушке. Как вы туда попали?

Е: Это рок-клуб устраивал.

Л: Март 1989 года.

О: Там панковские группы играли?

Л: Нет, разные.

Е: Ну что, Горбуха. Я первый раз в Москву приехал. Пьяный все время. Не помню ничего. На концерте у нас звук был плоский, мне самому не понравился. И реакция у людей была такая… Я уже к такой не привык. В Питере у нас…

Л: Там же люди пришли на НИИ Косметики.

Е: А мы тогда играли на чистом звуке, без примочек.

О: А почему вы играли без примочек?

Л: То, что было, на том и играли. Примочек не было, играли без примочек. Это же все деньги стоило. Кроме того, в этом какая-то изюминка была.

Е: Мы ведь свое звучание искали, пусть ухо режет, но чтобы свой был, что бы отличный звук был. Потому что стандартов мне уже просто хватило. К 90-му году мы уже музычки наслушались кой-какой.

О: Что вы слушали из западного панка?

Е: «Психатаку» в свое время. Но я вообще не любил слушать музыку по сути. Не хотел портить свой вкус.

О: Чем вас привлекала эстетика панка?

Е: В панке человек, не обладая никакими данными музыкальными, не обладая мастерством никакими — если у него есть что сказать, если он хочет что-то сказать, и он хочет в кайфе жить с друзьями — пить, гулять с девочками, то у него все получится. И я себе это доказал. Понимаешь, все. Потом я постарел, я стал тупым.

Л: Забавно то, что теперь из группы "Юго — Запад" пью только я, тот который раньше всем запрещал пить. Не пьют ни Санька, ни Игорь, ни Дрон. Дрои даже курить бросил. Молодец (1998). А у нас ведь в прошлом году была идея записаться. Мы даже составили список песен, которые хотим записать. Но не сложилось. Тут кризис грянул.

Е: Ну, ладно. Мы играли в Нарве на Фестивале "Балтийское лето". Бокал же мы привезли оттуда. Третье место почетное. Первое, по-моему, «Кураж» занял, второе "Буква О", а мы — третье.

О: А что Фестиваль собой представлял?

Е: Крутой, кстати.

Л: Река Нарва: с одной стороны эстонская территория, с другой — российская.

Е: В старой крепости, во дворике публика стояла на крепостных стенах, на валах XVII века. Тысяч, может, 5 было.

Л: Это было в день моей свадьбы. Мы с женой расписались и поехали на Фестиваль. Мы играли «Алкоголика» первый раз там. Песня сырая была. Но мы отважились ее сыграть. Люди выскочили на сцену. Нас это сбило с толку, мы сбились.

Е: Но я нашел в себе силы: "Давайте, ребята, начнем заново". И мы отыграли потом хорошо.

Мы в коммерцию так и не вписались с музыкой со своей, хотя у меня такая задачка была. Я такой попроще, чем ребята, может быть. У меня задачка была — заработать денег, с девками познакомиться попросту, может, там потрахаться где-нибудь. Fun. Поганое английское слово. Просто повеселиться. А веселье вылилось в то, что я спился, башня вообще улетела в разные стороны, и я устал от всего этого. Меня стремаки стали бить от славы, от успеха своего мелкого. Я не скажу, что слишком большой успех, но успех был, и никуда не денешься от этого