Чтение онлайн

Он недовольно запыхтел.

— Конечно, приняли! Ты что — наших паромов не видела? Мы решили их проблемы переправ через реки. Вот так вот! Пойдем, я тебе покажу.

Он чуть ли ни бегом вытащил ее из здания посольства и через покрытый цветами луг поволок к опушке. Сначала она была слишком поражена, чтобы протестовать, но когда оказалось, что он с той же скоростью тащит ее и по лесной тропинке, Талита стала присматриваться к древесным стволам, опасаясь новой встречи со связками опасных лиан.

— Далеко ли еще? — спросила она, задыхаясь.

Дядя не замедлил шагов даже для ответа:

— Километр или два.

— Так чего ты так торопишься? — задала она еще один вопрос. — Переправа же никуда не денется, даже если мы пойдем потише?

Он слегка замедлил шаг, и они пошли по вьющейся меж стволов тропке в более нормальном темпе. Тропинка, уткнувшись в берег речки, кончилась. Уэмблинг остановился, прямо светясь от гордости и ожидания похвалы Талиты.

Чуть поодаль от них находилась туземная лодка, на корме и на носу у нее стояли по два связанных верхушками бревна. Через каждую связку был пропущен канат, протянутый с берега на берег на высоте человеческого роста. Он удерживал лодку на линии переправы. Еще две веревки были привязаны к стволам деревьев на обоих берегах реки. Чтобы заставить паром двигаться к нужному берегу, надо было тянуть за соответствующий канат, складывая его в бухту на дне лодки. Другая же веревка в это время раскручивалась, уходя из лодки. Уэмблинг заставил Талиту влезть в этот паром и перетянул его через узкую речку. Затем тем же способом переправился обратно.

— Ну и что ты думаешь об этом? — спросил он с гордостью.

— Это… очень… хитроумно, — выдавила она.

— Мы установили такие штуки на всех главных переправах, — продолжал он, — и я получил очень хорошую прессу. Фотографии передавались в «Новостях» в восьми мирах, включая Бинорис и… — Он внезапно смолк, продолжая напряженно вглядываться в племянницу.

— Тал! Ты же можешь мне помочь! Попозируй-ка мне! Мы сделаем несколько снимков. Фотография этой штуковины вместе с тобой в таком купальнике завоюет нам сотню миров! Черт побери, надо было захватить камеру! Ну, что скажешь?

Она слишком обозлилась, чтобы сказать что-либо. К счастью, с того берега их окликнул Эрик Хорт, так что ее долгое молчание не успело задеть чувств Уэмблинга.

— А я-то думал, куда это вы так несетесь? — сказал Хорт. — В посольство явилась депутация туземцев, которые желают лицезреть посла.

— Должно быть, официальное приглашение на праздник, — ответил Уэмблинг. — Пожалуй, придется поторопиться.

Хорт помог ему выбраться на берег, и Уэмблинг, поднимаясь по склону, отдал последние распоряжения:

— Пусть она покатается, если хочет, Эрик. Пусть освоится с этим делом как следует. — Он было зашагал по дорожке, но прежде чем скрыться за поворотом, обернулся: — Только пусть она сама тянет за веревку, Эрик!

— Обязательно! — крикнул тот. — Причем в оба конца.

Уэмблинг широко ухмыльнулся, несколько раз кивнул головой, повернулся спиной к зрителям и еще раз махнул рукой.

— Господи, Боже мой! — воскликнула Талита. — Да он и впрямь гордится этой ерундой!

— Вперед! И быстро! — рявкнул Хорт.

Удивленная Талита выскочила на берег, и Хорт помог ей отыскать укромное местечко за кустами. Секундой позже из леса на противоположном берегу вышли два туземца. Ни на минуту не замедляя шага, они перешли речку вброд на том месте, где воды было примерно по грудь, а потом снова исчезли в лесу.

— Они что, совсем не пользуются паромами? — недоуменно спросила Талита, когда туземцы оказались вне пределов слышимости.

— Пользуются лишь тогда, когда думают, что мы видим, — ответил Хорт. Он снова привел Талиту к лодке, где она могла бы выразить всю глубину своих чувств, не прибегая к осложняющему жизнь вранью. Тут она смогла полностью отдаться новому для нее искусству, перегоняя лодку с одного берега на другой и обратно. Хорт наблюдал за ней, стоя на берегу.

— Понимаете, дядюшка действительно хочет помочь туземцам, — сказала она, переправившись к Хорту, — но, видимо, в человеческой натуре изначально заложено сопротивление новшествам.

— Нет, в данном случае тут действуют и другие факторы. В начале этот мир был действительно по-настоящему опасен и страшен для людей. Первые колонисты спаслись буквально чудом. Даже сейчас тут существует множество возможностей отдать Богу душу, но все же это сравнительно спокойное местечко, так как за сотни лет пребывания здесь людям методом проб и ошибок удалось определить важнейшие опасности и то, как их можно избегать. Так как же может случиться, что кто-то, только что прибывший сюда, начинает предлагать им лучшие способы выживания, чем те, которые выработаны поколениями в процессе опасных и болезненных экспериментов?

Хорт вошел в лодку и сел на носовую банку.

— Я очень беспокоюсь за туземцев. Пока ваш дядюшка проявляет завидное терпение, но долго так продолжаться не может. Неизбежно он начнет придумывать разные хитрости, чтобы заставить их делать то, чего он добивается, тем более что Уэмблинг пользуется влиянием и получит поддержку, даже если придется заставлять их силой. Если он это сделает, он получит великолепный шанс уничтожить их на корню.

Она недоуменно поглядела на него.

— Уничтожить? Чушь какая! Мой дядюшка вовсе не чудовище!

— Скажите, а вы не заметили никаких странностей с ногами у служащих посольства?

— Они у них в шрамах, — ответила она. — Я очень этому удивилась.

— Ваш дядя начал кампанию за уничтожение грязи на деревенских улицах. Попытался уговорить Форнри засыпать их гравием. Тот с порога отверг такую идею. Тогда дядюшка продемонстрировал свою мудрость, заставив работников посольства таскать гравий в таком количестве, чтобы засыпать дорожки между посольскими зданиями. Он хотел показать туземцам, как это делается. Оказалось, что на гравии селится грибок, который самым отрицательным образом воздействует на кожный покров ступней. Теперь у всего персонала ноги в шрамах, а дорожки снова земляные.

— У всего персонала, кроме вас, — сказала она, поглядев на его ноги.

— Ну… Я подозревал что-то в этом духе, так что, когда ваш дядя засыпал дорожки гравием, я перестал по ним ходить. Туземцы знают свой мир, и если говорят, что чего-то делать не надо, я этого и не делаю. Поглядите-ка на это!

Он показал на странно скрученные веревки, которыми к лодке крепилось оборудование парома.

— А в чем дело? — спросила Талита.

— Я счел этот узел настолько интересным, что хотел его послать в Антропологический Институт. И пока я писал о нем доклад, один из членов команды курьерского корабля случайно зашел ко мне и стал дико хохотать. Это был самый обычный узел… Он специально разработан космонавтами для крепления проволоки в процессе строительства космических кораблей, чтобы избежать вибраций, возникающих при полете на сверхсветовых скоростях. Все космонавты этот узел знают наизусть. Очевидно, наша экспедиция — не первая, которая навестила здешних туземцев.