Паладины
Шрифт:
– Наш общий друг поручился за вас, Конрад. Он сказал, что вы желаете провести маленькую экспедицию, для которой вам необходимо специфическое оборудование.
Конрад кивнул:
– Иносказательностью вы похожи на моих восточных друзей, Феликс. Только они перед началом деловых переговоров заставили бы меня часа два поговорить о погоде и лошадях.
Феликс натянуто улыбнулся:
– И ваше, и мое время дорого. Незачем переливать из пустого в порожнее.
В ответ он получил легкую, хотя и слегка наигранную улыбку.
– Вы правы, Феликс. Я затеял небольшую экспедицию частного характера. Для этого мне необходим набор оборудования, специфика которого такова, что я не могу приобрести его в обычном супермаркете.
Конрад замолчал и медленно вынул из внутреннего кармана листок, сложенный вдвое.
– Я приготовил список, Феликс. Тут указаны марка оборудования и количество. В том случае, если вы можете поставить его в месячный срок, укажите напротив графы цену. Если позиция невыполнима, то предлагайте свои варианты.
Феликс взял список и пробежал его глазами.
– У вас хороший и недешевый вкус. Вы можете стать моим любимым клиентом, – усмехнулся он.
– Что из этого вы можете предложить? – Собеседник вертел в руках зубочистку.
Феликс задумался на десяток секунд, достал из нагрудного кармана карандаш и начал ставить на листке пометки, сопровождая их комментариями:
– «Вектор» – дорогая и редкая игрушка. «Гюрза» [99] лучше.
Конрад удивленно поднял брови:
99
«Вектор», «Гюрза» – марки российских пистолетов-пулеметов.
– У вас нет «Векторов»? Чем «Гюрза» лучше?
– Есть. Но «Гюрза» мощнее, ресурс ствола и кучность попаданий у нее значительно лучше, дешевле патроны.
Заказчик подумал и согласно кивнул:
– Хорошо. «Гюрза» так «Гюрза». Еще есть замечания?
Феликс черкал список.
– АК-47 [100] – старье. За ним не ко мне, а к антиквару. Если вы настаиваете на таком калибре, то лучше АК-103 [101] . «Печенег» [102] хорош, но дорог. Могу предложить ПКМ [103] или, если денег не жалко, НК-21 [104] , «Хеклер-и-Кох» [105] немецкой сборки.
100
АК-47 – автомат Калашникова образца 1947 г., самое распространенное стрелковое оружие в мире.
101
АК-103 – современная версия знаменитого автомата Калашникова. Производится в России.
102
«Печенег» и ПКМ – марки российских пулеметов.
103
ПКМ – модернизированный в 1969 г. ПКС (пулемет Калашникова станковый).
104
НК-21 – 7,62-мм пулемет фирмы «Хеклер-и-Кох».
105
«Хеклер-и-Кох» – немецкая фирма, производитель оружия.
– Я бы оставил «Печенегов».
– Нет.
Конрад кивнул:
– Согласен на ПКМ.
– Хм… В срок до месяца могу не уложиться.
– На много?
– Плюс неделя.
Покупатель думал ровно секунду.
– Если только неделя, то я подожду.
Феликс еще раз пробежал глазами список.
– АПБ [106] – дорого, но выполнимо. Все остальное ерунда. За все вместе с вас двести девяносто тысяч евро.
Конрад возмущенно вскинул брови:
106
АПБ – автоматический пистолет бесшумный, разработан в начале 70-х гг. для сотрудников специальных подразделений МВД и КГБ. Получил распространение во время войны в Афганистане.
– Однако, дорого.
Феликс улыбнулся:
– Да, не дешево. Но вы заказываете не ПМ [107] китайской сборки. На всем оборудовании снята маркировка. Доставка контейнером до любой железнодорожной станции севернее Ростова и западнее Екатеринбурга. Это бесплатно, что-то вроде скидки. Оплата – безотзывный аккредитив нашему общему другу. Я приступлю к работе, когда он сообщит мне, что получил все деньги. Ему же сообщите, куда и на чье имя посылать груз. Итак?..
107
ПМ – пистолет Макарова, стандартное оружие российских милиционеров.
Конрад думал.
Феликс оценивающе окинул взглядом фигуру собеседника и повторил вопрос:
– Вы согласны на мои условия?
Заказчик медленно допил минералку и встал.
– Мне рекомендовали вас как квалифицированного специалиста, но перед встречей я тоже немного изучил рынок. Ваши цены неприемлемы. У меня хватает денег, но не вы один предлагаете подобный товар. Прощайте.
Он развернулся и медленно зашагал к двери. Феликс молча смотрел в удаляющуюся спину, пока потенциальный клиент не дошел до середины зала кафе. После чего скрипнул зубами, быстро налил себе сока из пакета, залпом выпил и окликнул:
– Стойте!
Конрад так же медленно развернулся, подошел к столику, сел. После чего заговорил, растягивая слова и делая ударения на конце предложений:
– Набор, необходимый мне, стоит от ста сорока до ста восьмидесяти тысяч. За срочность я готов доплатить пять, за доставку еще десять. Итого – сто девяносто пять тысяч.
Феликс хмыкнул:
– Двести тридцать. Никто не сделает это быстрее меня, если вообще кто-либо возьмется.
Конрад осуждающе покачал головой:
– Двести я еще могу себе позволить заплатить, даже двести пять.
– Позвольте себе двести двадцать, иначе нам будет очень тяжело договориться.
Оба замолчали, нервно буравя друг друга тяжелыми взглядами. Продавец забарабанил пальцами по столешнице стола, покупатель закрутил между пальцев зубочистку.
Первым возобновил разговор Феликс. Он широко развел руками и довольно неискренне улыбнулся:
– Вы научились так торговаться у своих восточных друзей? Это хорошая сделка, я не хочу ее потерять, но и продавать себе в убыток я не могу. Двести десять, или уйду я.
Конрад выдержал паузу, вздохнул и протянул руку:
– Хорошо. Пусть будет двести десять. Деньги я переведу завтра.
…Вечером в гостинице, сбросив по факсу платежное поручение в небольшой литовский банк, человек, назвавшийся Конрадом, набрал международный код. Ответили ему не сразу.
– Ола [108] , месье Рудольфо, как дела? – Голос в трубке телефона принадлежал довольно известному торговцу раритетами Хорхе Каллистикко.
– Спасибо, мистер Каллистикко. Вы выполнили мою просьбу?
108
Привет (исп.).