Чтение онлайн

Во время разговора с Ванессой Демьян упомянул Дариана — того, чье имя по сути было легендой, с кого начались измененные. Новость о его чудесном воскрешении всколыхнула весь мир. Некоторые откровенно радовались, что пришел конец безраздельной власти Дэи, не подозревая о том, что пришел конец всей их расе.

Демьян хорошо помнил разговор с Вальтером, что состоялся после.

— Что, ты думаешь, теперь начнется? — спросил он.

— Начнется? — усмехнулся Вальтер. — Я с содроганием думаю о том, чем все это закончится.

И оказался прав.

О многотысячелетнем противостоянии Древних Демьян впервые задумался всерьез в проклятый год чумы. Ни он, ни даже Вальтер не застали прежней жизни при «живой» Легенде, но поговаривали, что именно он держал Дэю на коротком поводке. Дариан избавлялся ото всех измененных, которые так или иначе представляли для него угрозу. О его истинном возрасте и происхождении множились слухи, но ни один из них, вероятно, не был правдивым.

Когда он вернулся после тысячелетнего перерыва, стало понятно, что ничего уже не будет как прежде. Они даже не подозревали, чем для них закончится это возвращение. Смерть шла по континентам, стирая расу измененных с лица земли. Началось все в Штатах. Первые случаи болезни зафиксировали в Миссури. Мгновенно — слишком быстро для того, чтобы передаваться от измененного к измененному.

Смерть перебралась в Южную Америку, Европу, Азию и Россию, добралась до Австралии. Скрываться было негде, а носителями заразы оказались люди. Для них вирус не представлял ни малейшей угрозы, но попадая в организм измененного, в считанные дни разрушал его изнутри. Неуязвимые и невосприимчивые к любым, даже самым страшным болезням человечества, они оказались на грани вымирания. Не хватало времени, чтобы найти лекарство и остановить чуму. Счет шёл на недели.

В те дни было не до теории заговора. Когда появилась вакцина, останавливающая действие смертоносного вируса, это стало спасением. Побочный эффект оказался неприятным: силы измененных постепенно сходили на нет, и они вернулись к тому, от чего ушли. К человеческой жизни. Вместе с заразой вакцина уничтожала и то, что делало их неуязвимыми. Вирусная теория происхождения измененных подтвердилась с развитием вирусологии и микробиологии. Его так и называли — вирус бессмертия. Бессмертия, оказавшегося слишком хрупким.

Только полный идиот мог посчитать произошедшее совпадением с возвращением Древнего. Ежели собирались избавиться ото всех измененных, непонятно, почему их оставили в живых. Нынче Демьян не сомневался, что очередная цепочка убийств через десятые руки запущена Дарианом. У него не было ни времени, ни желания разбираться, почему Древний подтирает последние пятна их бесславно исчезнувшей цивилизации. Вмешиваться в планы Дариана — все равно, что пытаться своими руками сдвинуть земную ось. Гораздо больше его волновало ближайшее окружение и тот, через кого вышли на Вальтера. Используя его имя.

Демьян предположил, что на Филиппа и Фелисию вышли через Рэйвена, и Геннадий с ним согласился. Со своей жаждой вернуть силу и могущество, этот хлыщ много где засветился, и продолжал следить грязными ботинками и по сей день, не задумываясь о последствиях наполеоновских планов.

Демьян собирался пригласить Сантоцци к себе для приватной беседы. Чтобы ткнуть носом в его место в этом мире и напомнить, что подобные игры за спиной неприятно заканчиваются. А заодно сказать, что Ванесса на него больше не работает.

Отношения с ней стали для него немногим больше, чем проходящий жаркий роман. Демьян будто заново узнавал её во время последней беседы и то, что он увидел, ему понравилось. Ванесса не отказалась от своих планов, но не отказалась и от него. В её выборе крылось нечто гораздо большее, чем корыстный интерес получить информацию по делу отца. Их откровенный разговор дожидался своего времени несколько недель, но оно того стоило.

Демьян не хотел отпускать её от себя, слишком желанным было предвкушение: побывать с ней в Ковент-Гарден или на Бродвее, возможно, провести вечер в Blue Note. Когда все закончится, у него будет больше свободного времени. Больше времени для неё.

В понедельник после обеда он запланировал встречу с кавалером Оксаны Миргородской. Хотел прощупать этого парня лично: слишком внезапно он появился рядом.

Демьян забронировал столик в ресторане и приехал за несколько минут до того, как ребята Геннадия привезли Тихорецкого. Ему нравился интерьер в светло-синих тонах, уютная обстановка, возможность спокойно поговорить в отдельном кабинете и отличное обслуживание.

У Тихорецкого оказалось крепкое рукопожатие и резкий голос. Держался он отстраненно, но спокойно и смело, как будто его каждый день приглашали на обед под конвоем, при этом не изображал удивление или непонимание, что говорило в его пользу.

Фотографии показали Демьяну уставшего человека, который через многое прошел и движется по привычке, но вот поди ж ты — перед ним сейчас стоял уверенный в себе мужчина, которому нравится его жизнь. Взгляд смягчился, а о прошлом полицейского и годах тренировок говорили разве что выправка и движения — бесшумные, точные и аккуратные.

— Чем обязан знакомству? — спросил Тихорецкий, когда они устроились за столиком, и официант принес меню.

— Пристальным вниманием к Оксане Миргородской. Вы любите музыку, Семен?

Тихорецкий поднял голову. По его лицу невозможно было что-то прочесть, но он явно не удивился.

— Я предпочитаю тишину.

— Сейчас или по жизни?

— Всегда.

— Поразительно.

— Неужели?

— Более чем. Для Оксаны музыка — это жизнь. Вы рядом с ней уже столько времени, и до сих пор этого не поняли?

— Для Оксаны движение — жизнь, музыка внутри неё. Вы так ей интересуетесь, и до сих пор этого не поняли?

Демьян хмыкнул. Парень явно за словом в карман не полезет.

— Люди, лишающие себя музыки, со временем превращаются в чудовищ.

— Мне казалось, чудовища спасаются музыкой. Им больше не за что держаться.

Демьяну показалось, что слух его подводит. Разумеется, это было всего лишь совпадение, игра слов, но после них он взглянул на Тихорецкого совершенно другими глазами. Мальчик умел общаться с теми, кто выше его по рангу.

Официант подошел, чтобы принять заказ, но Семен покачал головой.

— Торопитесь?

— У меня встреча с риэлтором. Вы же не потрудились заранее пригласить меня на обед.