Чтение онлайн

После звонка все мы направились в раздевалку. Краем глаза я заметила, как Айени подошел к Роуз. Он обнял ее за плечи и спросил: «Все хорошо?». В этот момент меня тоже обняли за плечи. Я перевела взгляд на обеспокоенное лицо Уоррена.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

– Да, – кивнула я. – Все нормально.

– Сегодня контрольная по всемирной истории. Списать не дам!

– Дашь, – я утвердительно кивнула.

– Нет, Соммервиль. Не дам.

– Дашь, – я похлопала его по груди.

– А что мне за это будет?

– А чего ты хочешь?

О-о… Кажется, я ступила на кривую дорожку.

Он остановился, взял меня за руку, наклонился и поцеловал. Я застыла. И снова свист за спиной. Как будто других способов выражать восторг мои сверстники не знали. Уоррен быстро отстранился и сделал вид, что ничего особенного не произошло. Тем не менее, он продолжал держать меня за руку, отчего сразу стало понятно, что он рассчитывает на какие-то ответные действия.

– Встретимся в столовой, – я улыбнулась ему и мягко освободила ладонь.

Больше Ригарды и Роуз рядом с нами в столовой не сидели. Они заняли места в дальнем ряду столиков и предпочитали вообще не общаться с другими хранителями и мной – новой девушкой Уоррена Райта – первой послушницей, которая умудрилась начать встречаться с хранителем в нашей школе.

***

– Уоррен Райт? – Дерек смотрел на меня, выпучив глаза.

– Я не знаю, как это получилось! – жаловалась я. – Уоррен мой друг, но он не так все понял…

– Мэйю! Уоррен потомственный хранитель. Он не может быть твоим другом. И уж парнем – тем более! Дистанция, Мэйю. Всегда. Со всеми. Особенно с хранителями!

– Я соблюдаю дистанцию! Он не знает, кто я такая. Ничего толком обо мне не знает!

– Это не важно, Мэйю. Ни Альфред, ни Паства не позволят этим отношениям продолжаться. Либо ты сама порвешь с ним как можно быстрее, либо пострадаешь не только ты, но и Уоррен Райт.

– Но мне семнадцать лет! Я могу встречаться с хранителем!

– Кто тебе это сказал, – прошипел Дерек.

– Устав не запрещает до момента официального оглашения имен… – промямлила я.

– Устав запрещает палачам вступать в отношения с хранителями.

– Вступать в браки с хранителями, – уточнила я и победоносно сложила руки на груди. – А я замуж за Уоррена не собираюсь!

Дерек подошел ко мне вплотную и наклонился к самому лицу, со злостью заглядывая в глаза:

– Паства убьет его. И, возможно, убьет и тебя, если посчитает, что ты не представляешь для нее особой ценности. И Устав здесь ни при чем.

Я опешила. И по-настоящему испугалась.

– Как это убьет? – выдавила из себя.

– Почему запрещены браки между представителями высшего метафизического уровня и представителями среднего или низшего? – теряя терпение, спросил Дерек.

– Паства охраняет чистоту высших линий.

– Паства охраняет себя от появления архангелов. Помнишь историю Дженни и Стэна, которую я тебе рассказывал?

– Это же байка, – пропищала я и попятилась назад.

– Архангелы существуют, Мэйю. И пятое измерение тоже. Я в это верю. И Паства верит не меньше меня. Ты – палач. И на тебя у Паствы есть управа. Дашь им повод усомниться в этом, продолжишь делать, что хочешь, дружить, с кем хочешь, встречаться, с кем хочешь, и они посчитают, что ты перестаешь быть управляемой. История Дженни и Стэна, которую я тебе рассказал, именно об этом. Неуправляемый палач стал архангелом, и его убили. Пастве архангелы не нужны. Слишком сильные, а значит, представляют опасность для системы. И не только Паства угрожает тебе, Мэйю. Пока твое имя официально не оглашено, никто посторонний не должен знать, кто ты такая. Попасться можно не только на прыжках. Во время секса у палачей случаются выбросы Потока, которые те не могут контролировать. Один такой выброс в твоего партнера – и ты попалась. Хранитель, райот, возможно, даже послушник смогут понять, кто ты. Ты не имеешь права так рисковать. Ты не обучена, Мэйю. А значит, слаба. Знаешь, насколько ценен твой Исток? Есть те, кто охотятся за такими, как ты – маленькими неопытными палачами.

– Кто может за мной охотиться? – я снова отступила от Дерека на шаг.

– Черный рынок Жатвы. Те, кто занимаются незаконными перемещениями Потока и Истоков. Каждый год служба маршалов выявляет таких нарушителей и казнит их. Но все равно им на смену приходят новые нарушители. Это как война с наркоторговцами. Пока есть спрос на товар, будут и те, кто продают этот товар. Никто в моей семье не знает, с кем я связан. И только после официального оглашения твоего имени я смогу представить моей семье тебя – своего союзника и их нового члена.

Я поджала губы. Странно, но я была уверена в том, что Ригарды знают, кто я такая и с кем тренируюсь по вечерам. Выходит, Айени тоже ничего обо мне не знает? Айени… Пошел он в задницу… Два дня назад они с Роуз обжимались в подсобке, и их застукала Бони. Теперь эта парочка не разлей вода. Сестры Соммервиль прославились на всю школу тем, что стали встречаться с хранителями.

– Уоррен ничего не узнает, – ответила я.

– Мэйю, – Дерек подошел ко мне и взял за руку. – Тебе почти семнадцать лет. Природа свое возьмет. Обжимания приведут тебя в его комнату, пока родителей нет дома, и ты надкусишь запретный плод. И тогда Уоррен все поймет. Ты подставишь его. И себя.

– Откуда ты все это знаешь? Про архангелов, Паству, Черной рынок Жатвы, про палачей?

– Мой наставник рассказал мне об этом. А ему рассказал его наставник. Они знали людей, которые поплатились жизнью за беспечность, которую ты сейчас проявляешь.

– Почему тогда Альфред ничего об этом не говорил? – я присела на бревно, на котором, обычно, сидел Дерек, пока я тренировалась на поляне.

– Альфред представитель Паствы райотов, – Дерек сел рядом со мной. – Несмотря на то, что он твой наставник, служит он Пастве, а не тебе. Чем меньше ты знаешь, тем легче тобой управлять.

– Тогда почему ты рассказываешь мне все это?

– Потому что я твой друг, Мэйю. И не хочу, чтобы ты пострадала.

– Потому что пострадаешь и ты, если я напортачу?

– И это тоже, – согласился Дерек.

– Значит, до официального оглашения моего имени секс мне не светит? – попыталась пошутить я.

Дерек потрепал мои волосы.

– Всему свое время, Мэйю.

– А ты когда-нибудь влюблялся в того, в кого нельзя влюбляться? – я повернулась к нему лицом.

– Нет, – он улыбнулся и снова взял меня за руку. – Моя первая девушка была послушницей. Мы учились с ней в одном классе.