Чтение онлайн

Человек, стоящий за снафф-фильмами. Человек под белой маской.

Йен Портейн.

Каринна сконцентрировалась на приближающихся шагах.

Взгляд в сторону теней показал девушку в цепях, дрожащую, хнычущую, испуганную.

Она подняла свои руки. В темноте они оставались неподвижными. Изогнув носки, она повернулась лицом к стене и потянула за болтающийся кирпич. Лежащий в выемке серебряный блеск от ножа, который Ксандр, пробравшись внутрь, спрятал.

Один ответ на молитву. Он никогда не подводил её.

Чистота металла блестела в темном подвале. Неземная сталь. Ксандр сказал ей, что это единственный металл, способный прорезать кожу Падших, и она была в восторге от того, что он не был обнаружен за всё это время. Она схватила его за рукоять и положила кирпич на место, повернувшись как раз вовремя, когда её подняли за волосы.

— Пора подготовить тебя, сучка. Собакам нужен поводок. — Мясник сжал её щеки, прижимаясь своими толстыми слизистыми губами к её. — Хм? Ты хочешь быть моей сукой сегодня вечером? Что такое? У тебя течка? — Его руки скользнули вниз между её бедер, его пальцы неловко исследовали её между бёдер. — Отлично.

Она поморщилась, сдерживая подступившую к горлу желчь, и сжала губы.

«Ещё рано».

Карие, почти черные глаза, расширенные, стали пустыми. Безжизненными. Он прижал её к стене, прижимая её тело к лезвию, всё ещё лежащему в её ладони.

— Я не люблю огрызки. Так что трахну тебя первым. Раньше всех.

Каринна прижалась к стене, притворившись, что сопротивляется. Заложив руку с оружием за спину, она пнула своего похитителя, который ничего не сделал, только посмеялся. Тело, прижимающее её к зазубренному камню, замедлило движения, потирая её грудь сквозь футболку, пока он не сжал до боли её сосок, и она вскрикнула.

— Не могу передать, как сильно я люблю этот звук, — прошептал он. Он укусил её за плечо, вызвав новый крик, и вошел в неё пальцами. — Чертовски сухо, как в пустыне. — Он сунул пальцы в рот. — Надо было принести мой клинок. — Отвратительное лизание её щёки, жирным, слизистым языком заставило её вздрогнуть от отвращения. — Кровь — лучшая смазка.

«Он безоружен. Грёбаный идиот».

Каринна нанесла первый удар прямо ему в живот, вытягивая его дальше, когда он сделал шаг назад. Широко распахнутые глаза и разинутый рот, вызвавший у неё желание засунуть ему в глотку бейсбольную биту, свидетельствовали о том, что он не ожидал большого сопротивления.

«Тупой просто пи*дец».

Она дважды ударила ему в грудь, прежде чем он схватил её за макушку. Он толкнул её, выбив лезвие из её руки, и ударил по щеке.

Свет взорвался перед её глазами, когда она отлетела к стене и соскользнула на пол.

Его смех отдавался эхом, пока она ползала по полу и нашла рукоять своего клинка. Порез на голени заставил его завизжать, как раненого щенка. Обеими руками она воткнула металл в его коленную чашечку.

— Грёбаная шлюха! — Он согнулся рядом с ней, и Каринна быстро забралась на него.

Она отдернула его голову назад, обнажая его мясистое горло, и провела лезвием поперек. Кровь хлынула из раны, ударив её по лицу. Он поднес обе руки к своей брызнувшей шее, с открывающимся и закрывающимся ртом, округлив глаза, жизнь покинула его тело.

Мёртв.

«Один готов».

Она поднялась с его тела и шагнула к девушке, которая прикрыла глаза руками. Её путы отрезало кинжалом, как шелк.

— Убей меня. — Женщина посмотрела на неё снизу вверх, сквозь кожу виднелись кости. Её тело дрожало, такое хрупкое, как лист, готовый вырваться из хватки тонкой ветки, по щекам текли слезы. — Они забрали у меня всё. Я никогда не буду той, кем была. Просто убей меня.

Каринна опустилась перед ней на колени, подняла подбородок и сосредоточилась на её глазах.

— Тогда стань кем-то другим. Я не убью тебя.

Она не стала ждать ответа девушки. Каринна встала и оставила её там, отважившись углубиться дальше в подвал. Словно прогуливаясь по дому с привидениями, она сохраняла бдительность, ожидая, что что-нибудь выскочит на неё. Комната за затемненной комнатой открывала некоторый уровень пустоты и много ужаса. Женщины, которые, как и она, подвергались пыткам и изнасилованию. Убитые. Навсегда потерянные женщины. Их кровь забрызгала каждую стену.

Каринна стиснула зубы при мысли о том, что её сестра страдает от таких мучений. В темноте она нашла дымоход — тот самый, где была спрятана камера — и опустилась на колени возле него. Открыв дверку на полу, она зарылась руками в пепел. Сильный удар встретил её ладонь, и Каринна подняла из пыли маленькую видеокамеру.

«Что, если это не сработает? Что, если пепел разрушил её?»

Она уставилась на маленький экран. Чернота манила её. Нетвердым пальцем Каринна нажала кнопку воспроизведения.

Экран загорелся, и крики заставили её прикрыть рот, когда она наблюдала за гнусными действиями, совершаемыми над азиатской девушкой, в то время как один из двух похитителей расчленял её.

Паника поднялась из глубины живота Каринны. Её дыхание стало прерывистым. Она видела девушку в той клетке. Ожидающая смерти, и так же, как и все они, лишенная надежды.

Весь гребаный мир занимался своими делами за стенами, которые скрывали изуродованную девушку в её собственном безмолвном аду.

Каринна приглушила хрип рыданий и прикусила ладонь, сдерживая крик. «Нет. Не делай этого. — Предупреждение снова и снова звучало в её голове. — Не делай этого».

Она нажала кнопку быстрой перемотки вперед и чуть не выронила камеру, когда в следующей сцене увидела, как она растянулась на деревянном столе и кричит, когда мужчина в черной рубашке долбиться в неё.

Конечности ослабли. Рвота хлынула у неё изо рта, и она наклонилась вперед, камера застучала по бетону. Всплеск за всплеском очистил желудок от вчерашнего ужина, покрыв под всего подвального этажа.