Чтение онлайн

— Разговоры? Господин, такой ветер, что я едва слышу тебя.

— Не со мной, идиот. С драконицей.

— Мне выпала честь стать первым Тел Акаем, услышавшим змеиную речь дракона! Женщины-дракона! А ты откуда знаешь?

— Это просто. Она больше. — Раэст шагнул вперед, Гарелко встал на шаг позади. Они замерли в пяти-шести шагах от драконьей пасти. Драконица опустила голову, оказавшись на одном уровне с лицом Джагута. Дождь тек по чешуе, блеск молнии отразился на неровном боку.

Голос заполнил череп Гарелко, холодный и сладкий. — Джагут и Тел Акай. Но вы не хватаете один другого за глотки, из чего заключаю — вы встретились недавно. Ночь еще юна.

— Само собой, — громко крикнул Раэст, — можешь переждать бурю в скромном убежище моей поляны. Но после бури я буду ожидать, что ты продолжишь свой путь, куда бы ни направлялась. Я не то что не люблю драконов, скорее, предпочитаю одиночество.

— Разумеется, Джагут. А что с Тел Акаями?

— Они тоже уйдут поутру. Этот и его товарищи в хижине.

— Я нашла убитого брата на тропе.

Гарелко откашлялся. — Увы, он появился неожиданно.

И тут же взор драконицы стал острым, сконцентрировался на Гарелко. — Боишься, что я мстительна, Тел Акай?

Гарелко стер воду с глаз. — Боюсь?

Раэст вмешался: — У Тел Акаев слишком мало мозгов, чтобы бояться. Говорю так, чтобы не было драки в моем проклятом дворе. Понятно?

— Ты Джагут. Не имею намерения испытывать твой темперамент. Я Соррит, сестра Делка, а он ныне лежит у озера. Убит Тел Акаями. Этот мир оказался опасным.

— В этот мире, Соррит, обитает Килмандарос.

— Может быть, я соберу сородичей, чтобы обдумать месть.

Раэст пожал плечами. — Найдете ее на востоке, на Равнине Азатенаев. Она больше не правит детьми, по крайней мере осознанно. Проклятие богов — скоро наступающая скука. Не говоря уже о напрасных надеждах, разочаровании и злости. Но, если тебя это утешит, я не ничего слышал о Скиллене Дро.

— Хорошие новости, Джагут. Едва ослабеет буря, я продолжу путь. Тебе же скажу, Тел Акай: Делк жаждал моей крови. Хорошо, что мертв.

Гарелко удивленно хмыкнул. — Грустно, когда сорятся родные. Семья должна быть бастионом благополучия, доброты и любви.

— Как твоя, Тел Акай?

— Ну… она может такой стать, если мы догоним блудную жену, убьем ее любовника и утащим проклятую бабу назад.

Раэст хлопнул Гарелко по плечу: — Идем внутрь. Я промок.

Повернувшись, Гарелко улучил мгновение, чтобы шлепнуть по плечу Джагута — не из уважения, но чтобы разгладить дурацкий «сосок». Он его с ума сводил.

* * *

Стать ношей Скиллена Дро — в этом оказалось мало приятного. К'рул, словно падаль, висел в когтистых лапах спутника, а внизу дыбились морские волны. Кожистые крылья Дро посылали вниз потоки холодного воздуха, легче становилось лишь тогда, когда он попадал в полосу теплого воздуха и простирал крылья, возносясь.

Небо оставалось пустым и лазурным, солнце повисло прямо впереди. Утро уступило место полудню. Говорить оказалось не о чем, к тому же пришлось бы вопить — К'рул держался тихо, а Скилен Дро явно желал утаить свои мысли.

К'рул уже задремал, но вдруг был разбужен резким рывком. Скиллен Дро начал быстро снижаться, и К'рул изогнулся, чтобы посмотреть, куда же.

Лодка. Стоит у отмели в сотне саженей от узкой полосы кораллового песка, едва ли заслуживающего получить название острова. И больше ничего до горизонта, одни бестолково мятущиеся волны.

На судне было двое путешественников, один почти скрыт рваным серым зонтом. К'рул всмотрелся во второго: пламенно-рыжие волосы, с искусной небрежностью уложенные над запрокинутым к солнцу лицом. Лицо невероятно бледное, словно никакие лучи не могут заставить его покрыться бронзой загара. Женщина была одета в платье для званого вечера — блестящий зеленый шелк с кружевами более густого оттенка. Подол, призванный покрывать щиколотки, женщина закатала, обнажив белоснежные бедра.

На лодке две скамьи, на носу и корме. В середине проем для мачты, однако ни мачты, ни паруса нет. Женщина на носу, скрытый зонтом спутник занял корму.

Скиллен Дро избрал для посадки место меж ними; крылья неистово захлопали, ловя восходящий поток, позволивший зависнуть и положить К'рула; затем и сам Скиллен бросил свой вес в лодку, заставив дерево застонать, сложил крылья и пригнулся.

Лодка засела прочно и основательно. К'рул расправил одежду, прежде чем вежливо поклониться женщине. — Кера Пленто, как давно я в последний раз видел твою красоту. — Оглянулся на огромного клыкастого мужчину с кожей цвета железа и кивнул. — Викс, надеюсь, ты в порядке.

Викс хмыкнул в ответ, блеснув единственным глазом.

Кера Пленто обмахнулась веером. — Твои комплименты всегда сладки, К'рул. Но скажи, что такое стряслось со Скилленом Дро?

— Новое обличье старой сути. Если он решит говорить, слова придут в разум потоками запахов и вкусов. Необычно, однако эффектно.

— Ох, сомневаюсь, что ему есть о чем поговорить после того злосчастного происшествия. — Широкие выступающие скулы украшали неестественно яркие на белом фоне румяна, тени вокруг синих глаз блестели металлической зеленью, чуть выцветая у бровей. — Разве нет среди всех каст и убеждений таких, кого неудачи преследуют с особенным вероломством? Вижу, Скиллен Дро всегда рад воспользоваться дурным случаем.

Будто в ответ Дро прижался к лодке, создав завесу от солнца из крыльев, склонил вытянутое рыло и опустил полупрозрачные веки на глаза.

К'рул вздохнул: — Ну, он нес меня довольно долго.

— Что ж, ты ублажил его желание быть нужным, — отозвалась Кера. — Ты, как всегда, расчетлив.

— Уверен, отдохнув, он поможет вам снять судно с мели.

— О, Викс может сам это сделать. Но слишком упрям.

— Вполовину не так, как ты, — буркнул Викс.

— Еще посмотрим, а?

— Ты оставил потомство среди смертных, — сказал К'рул. — Они называют себя Треллями и воюют с Теломенами.