Падение рая
Шрифт:
– Бить только по пушкам, – приказал Камышов и ринулся в бой с пятеркой оставшихся самолетов после этой лавины огня. – И будьте внимательнее, вы не в компьютерном клубе сидите. И запасных жизней не так уж и много.
Впрочем, из ячеек вылетали все новые истребители. Роман помнил, всего по левому борту таких шахт пятьдесят. Значит, они уже использовали половину из них. Воспользоваться правым бортом не представлялось возможным, он закупорен более основательно.
Карусель продолжилась. Линкор оборонялся и вполне удачно, но Роман все же успел выпустить все свои ракеты и даже сделать несколько очередей из пушек, правда, не все это достигло цели: снаряды прошли мимо, а половину ракет сбили противоракетные системы обороны линкора. Камикадзе Камышову также стать не удалось, за двести метров до борта его подбили, и он снова был вынужден нажать на кнопку «Йес».
«Мать вашу, я вас достану!» – и лейтенант не был уверен, подумал ли он это или выкрикнул. Впрочем, кричали все.
Его новый самолет взорвался сразу по выходе из ячейки. И непонятно, то ли его подбили, то ли он взорвался из-за технической неисправности машины. Не мудрено, если так – семьсот лет самолету. Пришлось брать новый.
На этот раз ему повезло больше. «Инведер» выскочил без проблем и, сойдя с линии огня, направленной на него, устремился к цели. Камышову удалось приблизиться к «Звезде» вплотную и, наплевав на собственный приказ, он лупил из пушек вдоль всего борта корабля с каким-то внутренним весельем, наблюдая за дорожкой разрывов.
Но при этом он не забывал и про ракеты, пуская их одну за другой в область основания орудийного ствола. Не все ракеты достигали цели, что было очень обидно, ибо в большинстве случаев они не причиняли линкору практически никакого вреда, особенно если ракета даже не детонировала из-за давно истекшего срока действия. Случалось и такое.
Но одну пушку лейтенант вывел из строя, это он знал точно, поскольку самолет врезался прямо в основание ствола.
Время от времени везло и другим пилотам, и линкор освещали вспышки огня.
«Йес», – мысленно продублировал нажатие кнопки Роман.
«Странно», – подумал он, когда самолет вылетал из шахты – «накипь» отсутствовала. Створы открылись и «инведер» выскочил в космос.
«Что за дела?!» – в отчаянии подумал лейтенант. Пушки не отзывались. Он покрутил головой и увидел, что и ракет на подвесках тоже нет.
Только после этого он понял, что все вооруженные самолеты использованы и сейчас на столы автоматическая система, запущенная Крисом Ющиным, ставит запасные истребители, к которым члены технических служб по идее должны цеплять вооружение, но последние вот уже более семисот лет мертвы.
Так что «инведеры» стали камикадзе в чистом виде, без пушек и ракет.
– Постарайтесь отработать чисто, – напутствовал Роман, вспомнив, что в запаснике осталось не больше тридцати машин.
– Отработаем…
И самолеты один за другим выходили из ячеек на свои последние боевые операции.
То, что следующие самолеты не отстреливаются, несколько удивило команду линкора, но огонь они из-за этого не ослабили, ибо те от этого не стали менее опасными. И по-прежнему лишь малая часть истребителей пробиралась к корпусу линкора сквозь плотный заградительный огонь, нанося ему непоправимый вред, сминая пушки и сбивая системы наведения.
72
Капитану Халиму, командиру малого линкора «Акбар», казалось, что он спрятался идеально, прицепившись к железной скале, вот только мелкие метеоры постоянно бомбардировали корпус. Большие пока проносило мимо. Несколько недель длилась игра в кошки-мышки, и ему в конце концов повезло – удалось оторваться от пяти преследователей и скрыться здесь, в системе звезды ДТО-34С.
Команда сначала роптала, не понимая сути происходящего. Почему они убегают, а главное прячутся от своих? Но когда капитан объяснил им, что их ждет на родине при поимке, все решили, что лучше переждать в тихом местечке, вдали от всех, а там будь что будет.
Капитан был рад, что фанатиков перестреляли при абордаже – они являлись самыми активными защитниками корабля, и ему нет нужды лично заниматься ими.
Прошло уже несколько месяцев, все оставалось тихо и мирно. Его особенно рьяно не искали. Боевые корабли нужны на фронте, и капитан отлично знал почему. Земляне раз от разу ставили более крепкую защиту, но, видимо, недостаточно крепкую, поскольку победное продвижение имперского флота продолжалось.
И вот когда Халиму казалось, что про него все забыли, появляется линкор и начинает что-то вынюхивать. Крупное скопление метеоров мешало за ним следить, но капитан был уверен, что спрятался достаточно хорошо от его локаторов.
– Вы думаете, он здесь из-за нас? – спросил новый помощник капитана, лейтенант Маджих. Предыдущий помощник оказался хлипковатым, и всех «достал» паникерскими настроениями.
– Не знаю, Ульбек. – Халим пожал плечами. – Все слишком странно. Он один, и рыщет довольно далеко от нас, но достаточно близко, чтобы обнаружить по чистой случайности…
– Но он здесь явно неспроста.
– Неспроста…
Прошло совсем немного времени, меньше двух суток, и появились десять поисковиков «хоунд». Капитан Халим их отлично знал, на учениях они всегда были на высоте.
– Что за шайтан?! – непонимающе воскликнул капитан Халим.
Поисковики проходили совсем рядом. И он знал, что от них спрятаться будет уже невозможно. Но тут начались совсем непонятные вещи.
Один из «хоундов» атаковали истребители. «Откуда они здесь?! – удивился капитан. – Но это явно не отшельники… и не пираты».
Для последних столько истребителей несколько жирновато, не говоря уже об отшельниках, старавшихся вообще ни во что не ввязываться, особенно в боевые действия.
У пиратов, конечно, имелись самолеты, но они больше напоминали разношерстную стаю из переделок вполне мирных машин, а в этих сразу чувствовалась первобытная сила разрушения.
Тем более что ни те, ни другие, как бы они безумны ни были, здесь селиться и иметь свою базу не станут.
– Что за шайтан?! – теперь уже воскликнул лейтенант Маджих и как-то благоговейно проговорил: – Духи войны…
– Что ты мелешь? – рассердился капитан.
Лейтенант увеличил изображение одного из самолетов, и на какую-то долю секунды пробрало самого Халима – самолеты летали без пилотов, а некоторые с разбитыми колпаками и смятыми носами. Невольно из памяти всплыли старые легенды… Но он быстро взял себя в руки, прогнав суеверное наваждение.