Чтение онлайн

«Он совсем меня не жалеет» — Подумал я, опустившись на колени и откинувшись назад, пропустив над головой удар водяного хлыста. Импульса оказалось достаточно, чтобы проскользить нужные метры и оказаться в нужном для меня радиусе. — «Вот теперь ты у меня попляшешь»

Взмах рукой и тонкая струя ртути летит вперед, ударяясь об плечо моего оппонента и отшвыривая его назад. Только он не растерялся и свое падение превратил в сальто, в середине которого коснулся снега руками и швырнул в меня облаком ледяной шрапнели. Пришлось возвращать обратно ртуть и создавать тонкий щит, который с легкостью выдержал удар, благодаря высокой плотности.

К сожалению инициатива была упущена и, приземлившись на ноги, мой оппонент, немного опустив центр тяжести и, сделав волновое движение вокруг своей оси, послал в меня огромную волну, способную с лёгкостью сбить взрослого человека с ног.

«А потом он меня заморозит» — Вспомнив самые распространённые связки покорителей воды подумал я, побежав на встречу волне, взмахнув руками и создав для себя в воздухе пару ступенек, швырнув перед собой несколько сгустков ртути и укрепив ее. Несколько шагов и я взлетел в трех метрах над землей, наслаждаясь прелестями свободного полета.

Увидь такое мастер Вей, то он бы вне уши отодрал за такие выкрутасы. Ведь настоящий маг земли всегда должен крепко стоять на ногах, чтобы чувствовать землю, но в магии воды такой прием применялся достаточно часто.

Вот и сейчас, совершив в полете двойное сальто, я создал необходимый для покорения воды вращательный момент и выстрелил всей оставшейся жидкой ртутью в сторону дравшегося со мной Якона, который не успел увернуться и через пару секунд валялся на снегу, со связанными руками и ногами.

— Неплохо, но пока тебе меня не одолеть. — Сказал я, гордо выпятив грудь и смотря в сторону заходящего солнца, с развевающейся за спиной синей шубой.

— Да, да, какая честь для двадцатилетнего лба победить мальчишку в два раза его младше. — Послышался со стороны голос мастера Пакку, в котором только глухой не услышал сарказма.

— Про своих учеников вы тактично умалчиваете. — Не остался я в долгу, немного приспустив шубу, в которой из-за короткого спарринга чувствовал себя как в бане. Местным на такие неудобства было плевать — покорение воды позволяло охладить себя не снимая одежду, но мне приходилось терпеть и охлаждать себя более традиционными методами.

— Не понимаю на что ты намекаешь. — Включил дурачка седой мастер, уведя взгляд в сторону и даже поковырявшись в ухе пальцем. То еще зрелище.

— На то, что самый старший из них мой ровесник и прямо сейчас сидит с закованными в лед руками в сторонке. — Показал я пальцем на группу парней, до этого бившихся с Яконом. Картина маслом — сирые и убогие. Некоторые никак не могут избавиться ото льда, другие потирают ушибленные конечности, третьи, самые младшие, у кого пока не хватает мастерства, дрожат в промокших шубах.

— Да… — Был вынужден согласиться Пакку, неодобрительно стрельнув глазами в сторону вздрогнувших от такого учеников. — Кого-то ждет много подводных тренировок.

«Бедняги» — Подумал я, подходя к Якону и легким движением руки возвращая ртуть в предназначенные для нее глухие стальные сосуды.

— Нечестно. — Фыркнул вытянувшийся за последние три года пацан, выплюнув изо рта отросшие волосы. — Она тяжелая и не подчиняется.

— А я могу покорять только пару литров. — В тон ему ответил я, подавая руку и ставя его на ноги. — Забыл, как меня валяли в первые месяцы, пока я не освоил контроль крути?

— Помню, помню. — Буркнул он, отряхнув колени от снега. — Но проигрывать от этого не легче.

— Проигрывать всегда тяжело. — Сказал я, положив руку ему на плечо и направившись в сторону водяных бань. После спарринга на холодном воздухе нужно было разогреться.

Три года минули незаметно.

Вроде бы только вчера я показывал мастеру Пакку свои наработки по магии металла и покорению ртути, рассказав о своей проблеме, а сегодня без особых усилий провожу спарринги с его лучшими учениками, используя только ката покорителей воды.

Магия воды оказалась достаточно интересным искусством. Достаточно многогранным, с многочисленными ответвлениями и стилями, обучению которым могло занять целую жизнь.

Так, мне, например, предложили изучать стиль «Малой капли» — почти забытое и мало кем вспоминаемое направление, которое знал только мастер Пакку, в молодости покидавший пределы племени и долгое время путешествовавший по землям Царства Земли в поисках своей сбежавшей невесты.

Главным постулатом этого стиля была экономия.

Минимум движений и максимум эффективности при малом количестве воды под рукой. Незаменимый стиль, особенно для засушливых пустынь и степей континента, где каждая капля живительной жидкости была на вес золота.

Именно его я начал изучать под руководством несостоявшегося деда Катары, который оказался настоящим энтузиастом своего дела и с интересом наблюдал и, при необходимости корректировал, мои движения, стараясь достигнуть максимальной эффективности ката.

Само обучение шло медленно и со скрипом. Вбитые в подкорку стойки и движения магии земли и песка делали меня слишком резким и грубым для плавной и мягкой магии воды. Пришлось в прямом смысле ломать себя, делать свои движения более осознанными, зависящими от сознания, а не мышечной памяти. Это уменьшало скорость покорения как песка, так и камня, на считанные доли секунды, которые были мгновением для простого человека, но для воинов являлось той самой разницей, определяющей победителя в бою.

«Хорошо что я лишен такого парадокса» — Подумал я, идя по улице и здороваясь со знакомыми, которых в Агне Келе у меня появилось достаточно много.

Ведь жизнь не зацикливается только на тренировках и покорении.

Кроме обучения у мастера Пакку, а также поддержания своих основных навыков (пару ящиков полных каменей изначально были на корабле), я занимался посещением местных библиотек, беседами со старейшинами и уважаемыми людьми племени, занимался охотой и рыбалкой, посещал курсы лекарей (откуда меня мягко выгнали, ведя я отвлекал молодых целительниц) и даже год назад отправился в паломничество к Северному Полюсу, к священной роще духов, где росли высокие и толстые деревья, подобных которым я никогда не видел.