Шрифт:
Небо заволокли тучи надо всем Пределом Мечтаний. Воздух дрожал, однако не было ветра. Затишье перед бурей.
Саша шёл позади, он давно отстал ото всех, сжимая в руке меч, вызванный Сиреной. Думал о последнем желании, которое она обязана исполнить, так как дала клятву. В голове мальчика загорелась идея, вот только он не знал, стоит ли верить клятвам Сирены.
А впереди уже началось сражение. Кровь плескалась на раскалённую землю, бьющие снизу корни сжимали незадачливых монстров, пылали тела, враждующие кричали, ревели. Саша бежал сквозь толпу, не опасаясь удара. У него впереди всего одна битва и явно не с ними.
Сатиры окружили гигантского паука, педантично заматывающего тела погибших в паутину. Накинулись со стилетами, кинжалами, ловко отскакивая от лап. Один не успел, застонал, когда ядовитые жвала вошли в его плоть.
Неравное лишь на первый взгляд противостояние разразилось между дикой феей и огромной сорокой. Птица не играла с противником, как тогда с Данькой, она кружила в небе, грозно щебеча. Складывала крылья и камнем летела вниз, выставив лапы вперёд, чтобы схватить жертву, но у неё не получалось. От одного движения руки феи из земли пробивались шипастые корни, а камни снарядом летели в парящую хищницу.
Старик ждал его там, где каньоны начинали сужаться, образуя неимоверно узкий проход. Посох противнка мерцал то огненно-красным, то леденяще-синим.
– Саш, – выкрикнул он, одним движением посоха заживо сжигая двух мавок, – а твоя покровительница дура, раз решила выдвинуть тебя против меня! Но не волнуйся, стой смирно… Скоро ты сможешь сказать «Привет» Даньке и Розе.
Посох злобно блеснул кроваво-ржавым, старик рывком подался вперёд. Саша обернулся и побежал, петляя как заяц. Сердце сжалось, дух захватило. Позади раздался оглушительный гул, повеяло нестерпимым жаром. За мгновенье испепелились пара громадных гусей – оказывается, кто-то из ребят боялся и их – земля чернела, выгорала, следуя за мальчиком.
Саша спрятался за валуном, продолжая слышать гул, прислонился, как тут же обжёгся плечом. Камень нагрелся до того, что накалился. Со стороны Старика порода постепенно плавилась, превращаясь в лаву. Смердело гарью. Чудища и страхи, продолжая сражаться, всё же отдалились от этого кошмара.
– Выходи! Я специально бью во всю силу, чтобы ты умер сразу и не почувствовал боли!
Гул затих. Саша выглянул и кинул меч. Он не намеревался попасть, собственно, промазал, зато отвлёк внимание, успев рвануть к другому валуну, перепрыгивая лаву. Заметил, что посох старика покрылся льдом.
Вернулся шум, но теперь второй валун буравила волна мороза. Саша слышал, как откалываются льдинки с камня, видимо, материя достигла температуры абсолютного нуля. Резкий треск заставил мальчика вскрикнуть и пригнуться. Над головой со свистом пролетела острая льдина, разломив замороженный камень, и впоследствии пройдя навылет сквозь тело дикой феи. Она даже не успела вскрикнуть, просто упала на землю.
Саша чертыхнулся и побежал дугой. Посох Старика перестал мерцать, теперь смотритель, уставший, озлобленный, яро кидался огненными шарами. В Сашу не попадал. Зато попал в сороку, приступившую к поеданию феи. Птица вспыхнула, как факел.
Видя, что мальчик приближается, Старик стремительно побледнел, наполненный страхом. Вздёрнул руки к земле, выкрикнул заклинание и после этого сразу же кинул фаербол. Саша погряз левой ногой в зыбучих песках, упал набок, избежав участи быть подбитым огненным шаром. Вырвался. Кроссовок остался в грязи. Смотритель заворчал, махнул вперёд слегка сверкающим посохом. Саша проехался по земле на коленях, избежав ледяных осколков, словно стрел, содрал ткань джинсов, кожу с коленок, кувыркнулся и прыгнул вперёд. Старик поднял руки, но, видимо, автоматически, в целях самообороны лица.
Они оба скользнули с узкого коридорчика в выжженный каньон. Сашу затормозил Старик, поэтому мальчик лишь задней частью тела оказался в пропасти, навалившись животом и грудью на землю.
Согласно законам всех книг и фильмов, Смотритель должен был ухватиться за ноги Саши, чтобы потянуть его вниз. Но Старик даже не успел среагировать. Когда мальчик смог подняться на ноги, Старик уже достиг земли и разбился.
Саша отряхнулся, шмыгнул, оглянувшись назад, и похромал вперёд, побитый и безумно уставший.
Дальше земля расширялась и неожиданно прерывалась, заканчиваясь пропастью в чёрное никуда, наполненное звёздами. Существо стояло в метрах ста от Саши. Оно принимало образы разных страхов, чудовищ, мерцало и искривлялось, но повторялся лишь один вид – чёрный туман, дух, джин, как говорила Сирена. Некогда могучее, Существо боялось, отдав всю силу Старику.
Поэтому попыталось договориться.
Беспомощное, оно, словно ребёнок, не умело говорить. Поэтому посылало образы, мысли. Саша стоял, обдумывал. Ненависти не было. Мальчик ничего не чувствовал: ни боли, ни страха, ни ног. И он не понимал, почему именно Существо боится его. Понял. «Вы» – повторяло Существо. Оно умоляло «их» отпустить его, оправдываясь благими целями, обещаниями исправиться и… сделкой. Открыть портал домой.
Саша согласился. Уши заложило от грома.
Согласно обещанию, Существо открыло дверь на Землю, когда воздух задрожал от женских криков, ритмичных слов, заклинаний.
– Не смей! – закричала Сирена. – Не смей уходить!
В следующее мгновенье стало понятно, кому она обращалась. Обширный столб молний рухнул на Существо, в секунду оглушив, ослепив и ошеломив Сашу. Несмотря на то, что он стоял в метрах ста от удара, волосы всё равно встали дыбом.
Когда мальчик снова мог видеть, Существа уже не было. На его месте стояла Сирена, среди обуглившийся земли, в воронке. Саша всё ещё не слышал ни единого звука, но прочитал по её губам: «Одно желание. Одно желание!». И он пожелал, старясь не упасть, упираясь в окровавленные, дрожащие колени.
Сирена беззвучно закричала, засверкала, затряслась и вскоре рассыпалась на тысячи искр.
Желание исполнилось.
Саша не успел доползти к двери. Упал в обморок. Ещё до того, как мозг отключился, мальчик почувствовал нежные прикосновения пальцев, лёгкие движения по макушке, услышал голос Розы, а где-то позади – Даньки.
И уснул, чтобы больше не проснуться в этом мире.
Эпилог.
Его разбудил мягкий аромат печёных яблок и подслащённого теста. Мальчик заворчал, нахмурился, давно возненавидев запах этого фрукта в любом его проявлении. Открыл глаза.