Чтение онлайн

Будущий отец Федор был смущен, не знал, что делать, не знал, почему тут квадратное, тут круглое, что за картины на стенах. Позолота и пышность форм византийской традиции не трогали его сердце, показались излишне вычурными и безвкусными. Постоял немного и ушел. Он выписал тогда Нагорную проповедь в блокнотик и выучил ее наизусть. Не специально, просто часто читал и запомнил. Библию тогда невозможно было купить ни за какие деньги. Поговорить было не с кем.

Он всегда чувствовал некий Вопрос, тайну жизни, висевшую над ним. Про атомы и молекулы - это все здорово, но что делать с Сознанием? Он был студентом факультета кибернетики, и грубо вопрос стоял так: если количество триггеров сделать равным количеству нейронов головного мозга, будет ли такая машина разумной? С какого уровня сложности в живом появляется сознание? Сознает ли себя мокрица или морской огурец? В тесте Тьюринга виделась какая-то мрачная бездна. Нельзя сказать, что это сильно беспокоило его, в двадцать лет в студенческом городке есть заботы поинтересней, но Вопрос существовал где-то на грани сна и бодрствования. Особенно задумываться было некогда, в состоянии сознания, расширенного с помощью портвейна "Три семерки", обычно нужно было идти на дискотеку или в женское общежитие.

Нагорная проповедь как ледокол расколола панцирь недосказанности, недовыясненности. Все стало понятно и просто - ему был явлен Путь. Он стал иногда заходить в церковь, смотрел, как ведут себя другие. Он уклонялся от обрядов, стеснялся сделать что-то не так. Как-то он пришел под конец службы, священник сказал ему: "Молодой человек, можно с вами поговорить". Будущий отец Федор испугался, ходил слух, что православная церковь дает списки прихожан в КГБ. И это было правдой. Это было во времена Андропова. Когда днем в кинотеатрах проверяли документы, почему сидишь в кино, а не пашешь на стройке коммунизма. Честно говоря, юный отец Федор испугался, что выгонят из университета перед выпускными экзаменами.

Так он познакомился с отцом Василием, своим Святым человеком, своим Учителем. Отец Василий подарил Библию, ее потом украли в общежитии. Кстати, тогда еще сажали за "распространение религиозных взглядов и литературы", но больше уже не православных и мусульман, а баптистов, адвентистов и прочих чуждых. Следующую Библию отец Федор купил уже после окончания университета за свою месячную зарплату.

Девяностые годы были счастливым временем. Восстанавливались храмы, строились новые церкви, народ на службы валил валом. Крестились все от мала до велика. Понятно, что это был вопрос моды, интерес к новым знаниям. К концу девяностых этот ажиотаж несколько схлынул.

Русские вообще любопытны к новым знаниям, например, в 80-х годах довольно скучный научно-популярный журнал "Наука и жизнь" имел 32 миллиона подписчиков. Однако фокус этого интереса быстро меняется, а знания часто поверхностны. Православие оказалось слишком трудной практикой для многих.

Это было время, когда лжехристы и всякие иисус-марии-дэви собирали стадионы. За умеренную плату за один сеанс они предлагали счастье, удачу, чудеса, исцеление от рака. Как не стыдно думать о деньгах?! Тысчонка баксов - разве чрезмерная плата за Царствие Небесное?!

Прихожане отца Федора страдали язычеством в тяжелой запущенной форме. Они смотрели на церковные обряды как на магические манипуляции. Отец Федор окроплял святой водой мерседесы поднявшихся предпринимателей. Салоны некоторых такси, развозивших пассажиров со станции, по количеству иконок превосходили иконостас его храма. К постам большинство относилось как к лечебным процедурам. Иконы прикладывали к больному месту. Легче заплатить тысячу долларов, чем выдержать Великий пост.

Многие знакомые ему служители Церкви относились к своему служению просто как к удачно выбранной профессии. Нестяжательство явно не относилось к числу добродетелей большинства как церковной братии, так и прихожан.

Масленицу в городке отмечали с большим размахом, чем Пасху. Рождество было поводом опохмелиться после Нового года. С крещения Руси прошла тысяча лет, но северное лесное язычество оказалось более архетипическим.

Отец Федор нес свою службу, не думая над всем этим. Над ним сияли слова Нагорной проповеди. Он решил, что не в силах разрешить это противоречие. Он одинаково служил всем. Он нес Слово. Если Он не стал делить заранее овец и козлов, как может делать это Его скромный служитель с севера России?

Оставалось только благодарить Его, что отцу Федору был дан талант видеть свое собственное несовершенство. Он находил в себе гордыню, стяжательство, тщеславие, трусость, короче, назови любой мыслимый недостаток и сразу в десятку. Смертных грехов он, правда, почти не совершал. Однако, например, прелюбодействовал? Лжесвидетельствовал? Пусть даже по молодости и не сознавая. Так что было чего стыдиться и что отмаливать.

Прихожане говорили: "Строгий батюшка". Например, на Рождество он выгнал со службы за слишком откровенное платье любовницу самого мэра. Он проводил собеседование перед крещением, мог задать простой вопрос, который ставил в тупик. Например, почему человек хочет креститься. И попросить прийти, когда будет ответ.

Среди церковной общественности он считался необычным, "не формат". В то же время мы все завидуем людям, которым хватает сил быть искренними.

Ничего, в России за строгость уважают, а за юродивость любят.

Его женщина мотала ему нервы и душу больше, чем остальные семь миллиардов человек вместе взятые. Понятно, что у нее было больше возможностей для этого. Но в этом смысле отец Федор был легким человеком. Зато и удовольствия и счастья Аня принесла ему больше, чем кто-либо из этих семи миллиардов.

Но иногда все отказывало. Иногда утром он вставал, смотрел на себя в зеркало и не шел в церковь.

Бесы отца Федора. Весна 2010 года, вторник

Когда-то случился разговор, который многое объяснил отцу Федору. Отец Федор был единственным человеком здесь, знавшим истинную историю жизни Евгения Вдовина.

– Как понять, есть ли в этом какой-то смысл?
– однажды спросил Евгений, имея ввиду свою работу по восстановлению собора.

– Спроси, - сказал отец Федор.

– Как?

– Молитву читай на ночь.

– А ответ будет?

– Обязательно. Ты сразу поймешь, когда получишь. Это так же надежно, как позвонить в справочную службу. Если, конечно, тебе и вправду нужно знать. В чем я не уверен, потому что ты не бросишь стройку. Так что в кол-центре не будут заморачиваться с ответом на известный вопрос. Спроси что-нибудь, что действительно хочешь узнать.