Чтение онлайн

Рассказывал Олег, а Вера вставляла в его рассказ свои замечания. Отец слушал с интересом, иногда задавая вопросы. Когда машина пошла на посадку, успели рассказать о вселении в детский дом.

– Дальше не было ничего интересного, – закончил Олег. – Что это за район?

– Новогиреево, – ответил Пётр Николаевич. – На северо-западе взорвалась мощная боеголовка, и от взрывной волны не очень сильно пострадали районы Молжаниновский и Старое Крюково. В Москве уже провели дезактивацию, а эпицентр взрыва покрыт полимером. В первые дни все ходили в масках и не открывали окон, а теперь никто не бережётся. Людей из пострадавших районов вывезли, а у нас почти нормальный фон.

Машина приземлилась на автостоянке между двумя высотными домами. Большой двор был так густо засажен деревьями, что напоминал парк. Дверцы поднялись, и они, разобрав сумки, направились к ближайшему дому.

– Поднимемся лифтом? – спросил отец, открыв дверь подъезда дистанционным ключом. – У нас третий этаж.

– Можно подняться, если он не занят, – ответил Олег. – Вот вниз проще сбежать по лестнице. Дом почти такой же, как наш.

Квартира, в которую вошли несколькими минутами позже, площадью и планировкой тоже напоминала квартиру Третьяковых, вот интерьер был другим.

– Эта мебель делалась под старину? – спросила Вера, осмотрев гостиную.

Вся мебель была массивной, выполненной из тёмного дерева. На диване лежала какая-то шкура с густым мехом, а пол был покрыт большим мохнатым ковром.

– Этой мебели около трёхсот лет, – объяснил Пётр Николаевич. – В ваших комнатах такая же. Мне она нравится больше современной, одно неудобство – тяжело двигать.

– А почему на стенах нет сабель или хотя бы картин? – спросила девочка. – И люстра современная. Она не сочетается с остальной обстановкой.

– Ну извини, – рассмеялся отец. – Моя любовь к старине ограничилась мебелью, да и она досталась в наследство от отца. Это его квартира, та, в которой я жил раньше, немного меньше и не в таком удобном месте. Там почти нет зелени, грязный воздух и много шума. Когда ездили по дорогам, она была удобней, сейчас лучше здесь. Идите смотреть свои комнаты. Если захотите поменять светильники или что-нибудь повесить на стены, это будет нетрудно сделать.

Олег вошёл в свою комнату и осмотрелся. Большой одёжный шкаф, кровать и письменный стол с двумя стульями. Возле кровати два ковра: один был закреплён на стене, другой лежал на полу. На окнах портьеры из плотного шёлка, а стены обклеены бежевыми обоями с тонким золотым рисунком.

– У тебя точно такая же комната, как и у меня, – сказала зашедшая к нему сестра, – только другие обои и ковры. Я не любительница старины, по-моему, у нас было красивее и удобнее.

– Всё равно лучше детского дома, – ответил он. – Привезём со своей квартиры нужные вещи, и можно нормально жить.

– Когда поедем? – спросила Вера. – У меня здесь только одно платье и эта форма.

– Наверное, завтра. Об этом нужно говорить с отцом. Помимо вещей, надо заняться школой. Ты ещё не сообщила подругам о переезде? Вот и займись, мне тоже нужно кое с кем связаться.

Джон попросил после окончания патрулирования отвезти дочери сумки с продуктами. День выдался лёгким, поэтому Исаак решил обратиться к полковнику Ломану с просьбой освободить его на полчаса раньше.

– Вы сегодня не нужны, Липман, – посмотрев на дисплей комма, ответил полковник. – Если будет нужда, когда-нибудь задержитесь на службе.

Он за двадцать минут слетал в Сток-он-Трент и быстро перенёс сумки в комнату Сандры.

– Спасибо! – поблагодарила девушка. – Подождите, Исаак! Расскажете о том, как идёт ваша служба. У нас много говорят о волонтерах...

– Помогаем армии, – ответил Липман. – Следим за порядком и сопровождаем ценные грузы. Вчера развозили продовольствие. Жизнь понемногу налаживается, даже начали возвращаться беженцы из Франции и других мест. Нужная, но неинтересная работа. Я пойду?

– Подождите! Скажите, почему вы до сих пор не женаты?

– Откуда такой интерес к моей персоне? – спросил он, с интересом посмотрев на девушку.

– Вы мне нравитесь, но совсем не обращаете на меня внимания, – не отведя взгляда, ответила Сандра. – Пусть это против правил, но по-другому не получается...

– У вас же есть друг. И потом у нас большая разница в возрасте. Вряд ли Джон обрадуется, если узнает о том, что я взялся за вами ухаживать.

– Крайтон мальчишка, а вы мужчина! Вам нет тридцати, а отец будет только рад тому, что я выбрала его друга. Лишь бы я вам нравилась, а всё остальное – это такая ерунда! Отцу можно не говорить. Мне скоро исполнится семнадцать...

«Может, действительно на ней жениться? – подумал Исаак, у которого давно не было женщины. – Она уже созрела для любви и, судя по поведению, её попробовала. Войти в семью Сеймуров и прочно встать на ноги... Лишь бы это приняли Джон с Грантом».

– Ты мне нравишься, – сказал он обрадованной девушке, – но давай подождём, пока...

Пришлось прерваться, потому что нельзя говорить, когда тебя целуют, причём так умело и страстно...

– Подожди, я запру дверь! – оторвавшись от его губ, горячо прошептала Сандра. – Нам никто не помешает. Зачем ждать и в чём-то себя ограничивать?

Исааку уже расхотелось уходить. В конце концов, это она сделала выбор. Он сел на одну из кроватей и начал раздеваться.

Прошёл месяц. Сегодня объявили, что отменяются те ограничения, которые не были сняты после отмены военного положения. Правительство вернуло собственникам контроль над предприятиями, потому что государственный сектор в экономике значительно вырос за счёт конфискаций имущества «заговорщиков» и в министерствах не хватало опытных управленцев. К тому же часть торговых сетей выкупили у их владельцев. Было признано, что государственные магазины – это самое эффективное средство в борьбе с ростом цен в торговле. Пока взялись за продовольствие.

– Ваши торгаши не уймутся, – сказал слушавший новости Джон. – Я успел у вас многое узнать. Такие наценки – это беспредел, на Западе никто так не торгует.

– Значит, вылетят в трубу, – пожала плечами Нина. – Если в государственных магазинах всё будет дешевле, в них и пойдут. Потому и задирают цены, что нет конкуренции. Повсюду сговор. Ты долго будешь слушать свои новости? Через полчаса мы должны быть в детском доме! Переключи комм на мысленное восприятие и собирайся.

Он быстро переоделся, пока жена вызвала машину. В городе было шесть детских домов, и они договорились с администрацией самого большого, в который свозили детей, потерявших родителей в результате войны.