Чтение онлайн

– И кому ты помогал? – по-прежнему с издёвкой спросил отец.

– Джон Сеймур. Он попал в Сомали под ядерный удар и получил приличную дозу. Медики спасли, но детей у него больше не будет.

– Я знаю эту семью, – уже без ехидства сказал отец. – У них только одна дочь, а твоему Джону нужен наследник. Так?

– Угадал. Он обратился в один из центров, а сегодня попросил меня помочь оценить сына.

– Оценил? И кого ему выбрали?

– Классного парня из русских. Честное слово, стало так завидно, что захотелось самому...

– Они когда-нибудь доиграются! – неодобрительно сказал старший Липман. – Мальчишки не роботы, чтобы их программировать, тем более русские. А ты заканчивай маяться дурью и ищи жену. Получишь от неё то же самое, что сейчас получаешь от своих шлюх, ну а я, может быть, получу внука и наследника семейного дела. На тебя в этом слабая надежда. А сейчас бросай свои дела и лети в правление. Есть разговор не для комма.

* * *

– Вы знаете, для чего здесь собрались, – обратился президент Николай Мурадов к сидевшим в комнате мужчинам, многие из которых были в военной форме. – В связи со спецификой сегодняшнего совещания на него приглашены главнокомандующий ВМФ адмирал Татаринов и его первый заместитель и начальник штаба вице-адмирал Беляев. Мы с вами должны дать рекомендацию Совету безопасности, стоит ли и дальше ждать, пока на нас обрушат удар США и их союзники или нанести его самим. Первым предоставляю слово Фёдору Юрьевичу.

–Установлено, что руководством США уже принято решение о нанесении нам полномасштабного удара всеми силами и средствами в ближайшие два-три месяца, – сказал директор Службы внешней разведки Фролов. – С придвинутых к нашим границам американских баз, морских носителей ракетного оружия и стратегической авиации будут выпущены гиперзвуковые крылатые ракеты, способные в считанные минуты достигнуть целей и поразить их даже в условиях повышенной защиты. Прогнозируемое число таких ракет составит двадцать тысяч, а наши потери могут достигнуть восьмидесяти процентов в средствах противоракетной обороны и примерно пятидесяти процентов ракет ответного удара. При этом у противника появится возможность поражать наши ракеты на активных участках траектории, а то и на стартовых позициях. Из-за нарушения управления войсками и потерь в ракетных частях и авиации уменьшится возможность противодействия вторжению сухопутных сил стран НАТО. У них даже сейчас в десять раз больше численность личного состава, в пять раз больше бронетехники и всех видов артиллерии и более чем в двадцать – авиации. Если мы понесём большие потери, не сможем отбиться даже с применением тактического ядерного оружия. Оно есть и у наших противников и, без сомнения, будет пущено в ход. Всё, что я сказал, не учитывает наших военно-морских сил, но они смогут только перехватить часть ракет первого удара с ракетных крейсеров и подводных лодок и усилят ответный удар по территории США и Европы. Считаю, что нам нет смысла так подставляться. Этим мы никому ничего не докажем. В мире считаются с сильными, а нас без всякой вины так облили грязью, что для многих слова «Россия» и «зло» – это синонимы. Если победим, ни одна сволочь не посмеет гавкнуть, а если проиграем... Я думаю, что вам и так всё понятно.

– Раз разговор зашёл о наших военно-морских силах, пусть его продолжит Владимир Сергеевич, – сказал президент.

– Мы сможем перехватить от десяти до двадцати процентов крылатых ракет морского базирования, – начал отчёт Татаринов, – и потопить две трети надводных кораблей, которые могут выставить страны НАТО. Их потери в подлодках будут меньше. Вот возможности нанесения ответного удара у нас существенно выше. Противник отслеживает положение известных ему подводных ракетоносцев при помощи созданных им систем акустических станций, спутников локации в сверхдлинном диапазоне радиоволн и дронов-прилипал и планирует их уничтожение боеприпасами с ядерной боевой частью. Часть лодок мы выведем из-под удара, остальными придётся пожертвовать. Они уже полгода ходят без экипажа и боевых ракет. Сохранённых ракетоносцев хватит для трёхкратного уничтожения основных намеченных целей с учётом противодействия американских систем ПРО. Но это резервный вариант, который чреват сильным заражением атмосферы. В первую очередь будут применены наши подводные сюрпризы.

– А их не найдут? – спросил председатель Государственной Думы Карцев. – Не дураки же американцы, чтобы так рисковать!

– Непременно найдут, Алексей Васильевич, – улыбнулся адмирал. – Уже нашли и сейчас подготавливают уничтожение. Только это ложные цели, а реальные термоядерные фугасы уже заглублены в грунт в местах тектонических разломов и ждут сигнала.

– Мы просчитывали возможные потери при условии, если ударим первыми, – сказал президент. – Ознакомьте всех, Игорь Павлович!

– Они будут в два раза ниже в частях ПРО и в пять раз меньше в средствах ответного удара, – отозвался начальник Генерального штаба Берестов. – Прогнозируемые потери среди гражданского населения не больше двадцати миллионов. Людей будем вывозить из заражённых районов в Сибирь. Жилой фонд и запасы продовольствия для этого имеются.

– Вне зависимости от того, кто начнёт первым, война будет вестись с применением ядерного оружия! – сказал президент. – Крылатые ракеты – это только средство первого удара! Американцы рассчитывают справиться с нами за неделю, поэтому не планируют наносить ударов по городам, только по крупным войсковым соединениям. Зачем что-то разрушать и заражать радиацией, если это уже своё? А население можно сократить потом менее разрушительными средствами. Если сдадимся, так и будет. А вот при длительном сопротивлении достанется и городам. Это азбука современной войны. Помимо рассмотренных вариантов её ведения, есть ещё один – выставить усиленную оборону и при нападении нанести встречный удар, не дав противнику использовать все его возможности. К сожалению, нам трудно соревноваться с американцами и их союзниками в производстве ракет. Мы значительно усилили свою экономику, но не можем соперничать со всеми странами Запада. Сейчас каждому из вас дадут папку с документами, в которых подробно расписаны три варианта ведения войны. Вам нужно с ними ознакомиться и сделать выбор. А потом мы проголосуем.

* * *

– Нельзя так убиваться, дочка! – Мать достала платок и вытерла Зое глаза. – Олег погиб, и с этим уже ничего не поделаешь. Я не знаю, дружба у вас была или любовь...

– Всё ты знаешь! – отдёрнулась девушка. – Мама, тебе обязательно нужно ехать во Францию? Я тебя редко о чём-то прошу...

–Рассказывай, что придумала, – сказала Ольга Павловна, сев на кровать рядом с дочерью. – Если хочешь заменить Францию Англией и составить мне компанию, то можешь дальше не продолжать!

– Но почему?

– Чего ты хочешь? – спросила мать. – Если только поплакать на его могиле, то это слишком незначительный повод, чтобы я меняла планы.

– Нам больше не о чем разговаривать! – крикнула Зоя, вскочила с кровати и, прежде чем мать успела остановить, выбежала из комнаты.

Зоя Вершинина познакомилась с Олегом Третьяковым в первом классе, когда их усадили за одну парту. Знакомство очень быстро переросло в дружбу, которую они уже несколько лет считали любовью. Известие о гибели Олега ввергло в отчаяние, и девушка две недели провела в слезах. Сегодня слёзы закончились. У неё ничего не получилось с матерью, но можно было надавить на отца!

– Папа, мне нужна твоя помощь! – сказала Зоя, соединившись с ним через комм.

– Мать уже звонила, – отозвался он. – Загорелось ехать в Англию? Хочешь припасть к могиле или не веришь в его смерть?

– Вы поможете мне хоть раз в жизни? – воскликнула она. – Если не хотите поехать сами, отправь со мной одного из своих телохранителей! Наши расходы для тебя пустяк, а до школы ещё больше месяца! Между прочим, я в этом году нигде не отдыхала, кроме нашей дачи.

– Значит, мы тебе не помогали, – хмыкнул Алексей Николаевич. – Ладно, я подумаю, что можно сделать.

* * *

– У нас новое задание, – посмотрев на дисплей комма, сказал Сергей. – Помнишь последнюю сводку по пропавшим?

– Третьяковы? – отозвался Николай. – Не могли почесаться раньше! Теперь будем ловить конский топот.

Они были офицерами Службы безопасности России и уже пять лет работали в Англии под прикрытием от отдела внешних операций. Оба были совладельцами и работниками небольшой детективной конторы, расположенной в лондонском Хакнее. Воскресенье обычно проводили не в своём не слишком престижном районе, а в одном из парков. Стивена Крайтона и Марка Сондера, которых они заменили, закопали где-то в джунглях Анголы, а офицеров после коррекции внешности и внесения нужных изменений в базы данных отправили заниматься нелёгким трудом частных детективов и по совместительству выполнять деликатные задания Следственного управления. Заказов в конторе было немного, а родное управление вспоминало о них ещё реже, поэтому жилы не рвали.