Чтение онлайн

– Это хорошо, что вам хоть что-то ясно! – дал волю гневу Кембелл. – Мне не ясно ничего! Кто меня убеждал в том, что мы без больших усилий справимся с русскими? Вы тоже были в этой компании, Моллиган!

– Никто не ожидал от них такой наглости, – пожал плечами начальник штаба воздушных сил США Томас Моллиган. – Все виды разведки свидетельствовали о том, что русские строят эшелонированную оборону и собираются защищаться. Ответный удар принимался во внимание, но мы должны были многократно его ослабить.

– А почему не было нашего ответного удара? Стартовали несколько ракет – и всё!

– Вы неправы, сэр! – возразил Моллиган. – Мы выпустили с полсотни ракет, и столько же добавили уцелевшие подводные лодки. Многие шахты вышли из строя из-за землетрясения или оказались в зоне затопления и были покинуты персоналом.

– Ваши люди бежали! – закричал президент. – И почему не нанесла удар стратегическая авиация?

– Мы не можем заставить своих подчинённых тонуть, – мрачно сказал генерал. – А авиация... Многие аэродромы и часть самолётов были повреждены землетрясением, а посылать оставшиеся... Атака такими силами была заведомо обречена на неудачу и не нанесла бы русским большого ущерба. А вот они в этом случае могли бы ответить. У нас и так много проблем с потопом, так к ним добавилась бы ядерная бомбардировка!

– Что у вас с потерями? – уже тише спросил Кембелл. – Скажите хотя бы приблизительно.

– Почти весь флот и половина авиации. Я не считаю ту технику, которую отправили в Европу, только то, что потеряно здесь. Наши базы обстреливались ракетами с ядерными боеголовками, поэтому на них вряд ли хоть что-нибудь сохранилось. По личному составу сейчас трудно что-то говорить даже приблизительно. У нас и в Штатах нет полной ясности из-за нарушения связи и потопа, тем более я не скажу о тех, кого отправили воевать с русскими. Многие здесь могли бежать от волны и уцелеть. И в Европе были убежища.

– А почему так плохо сработала наша ПРО?

– У меня нет информации, – вторично пожал плечами Моллиган. – Наверное, русские применили что-то новое и стреляли большим числом ракет. Их нападения не ожидали из-за слабости в обычных вооружениях и недооценки решимости начать ядерный конфликт. Русский президент даже не созвал Совет безопасности, а это грубое нарушение их конституции.

– Я выскажу ему это при случае, – язвительно сказал президент. – Ладно, с теми из вас, кто уцелел, будут разбираться. Я не собираюсь отвечать за ваши промахи! Теперь поговорим с вами, Джейк. Что у нас по потопу? Только не нужно говорить об отсутствии связи. Хоть примерно оцените последствия.

– Только очень примерно, – ответил министр внутренней безопасности Хардман. – От волны цунами и вызванного ею землетрясения погибли от пяти до пятнадцати миллионов жителей двадцати двух штатов. Как только везде восстановят связь, можно будет сказать точнее. Материальные потери подсчитаем намного позже. Волна ушла вглубь суши на расстояние от ста до шестисот километров, уничтожив вообще всё. Многим удалось спастись на летающем транспорте, но города, предприятия и дороги – всё погибло. Бегство сопровождалось большими жертвами из-за плохой навигации и очень большого числа транспортных средств. В места затопления можно будет попасть не раньше чем через два месяца, сейчас там непролазная грязь или ещё не сошла вода. Многие земли вряд ли можно будет использовать для сельского хозяйства. Плодородный слой смыт, да и соль... Восстанавливать уничтоженное придётся десятилетиями.

– Нам дадут такую возможность? – спросил Кембелл. – Что вы думаете по этому поводу, Дилан?

– Я думаю, что других ударов уже не будет, – ответил государственный секретарь Фишер. – Если бы их хотели нанести, нас давно добили бы. Наверняка мы уничтожили у русских города. Пусть они смогли укрыть часть населения, всё равно будет много проблем. Если о себе не напомним, о нас постараются забыть. Не знаю, чем это закончится, но можно не опасаться вторжения в Европу. Скорее, соседи русских будут искать у них спасения. Им должно было сильно достаться. После войны с европейцами будет сложно общаться. И как ещё себя поведёт Китай...

– Меньше всего меня сейчас интересуют китайцы, – раздражённо сказал президент. – Нужно думать о том, что сказать американцам, чтобы нас не разорвали в клочья! Часть штатов не пострадала, а в некоторых из них были сильны сепаратистские настроения. Боюсь, что теперь, когда ослабела федеральная власть, а к ним на голову свалятся миллионы беженцев, эти настроения могут вылиться в попытки отделиться! Этого нельзя допустить!

Глава 6

Германию пролетели за семь часов, нигде не останавливаясь. Час потеряли, облетая вокруг Берлина. Двигались так, чтобы не приближаться к городам, и видели окраины лишь одного из них – Магдебурга. Было опасение, что немцы могут отыграться на русских за удары по американским базам, поэтому с ними старались избегать контактов. Эти базы были известны и лежали в стороне от маршрута, но проверки дозиметром дважды показали сильное радиационное загрязнение.

– Принесло ветром от базы под Виттенбергом, – сказал Сергей. – А ведь это только в восьмидесяти километрах от Берлина. А от базы Рамштайн радиацию тянет на Франкфурт. «Радио Гамбурга» передало, что его население бежит во Францию.

– Дураков не жалко, – отозвался Олег. – Сколько там той Германии! Могли бы подумать о том, куда придётся бежать, когда пускали к себе американцев.

– У них мало новых баз, – возразила Зоя. – В основном те, которые создали после войны. У немцев тогда не было права голоса, да и потом...

– Было у них потом это право, – не согласился юноша. – При желании могли избавиться от старых баз и не строить новые. Но Германии досталось слабо, вот полякам не позавидуешь, да и нам, потому что летим через Польшу. Сергей, у них будем останавливаться?

– Нет необходимости. Сядем где-нибудь в безлюдном месте, пообедаем, и ты меня сменишь. Продуктов набрали с большим запасом, илучше нигде не останавливаться, тем более в Польше. Здесь нас никогда не любили, а сейчас не будет ничего, кроме ненависти.

– Они сами виноваты! – возмутилась Зоя. – Эти поляки любят только самих себя! Дед рассказывал, как они во времена социализма избавлялись от всех, кто не поляк. Мы подкармливали их и давали кредиты, а в результате стали врагами! Ни в одной из стран Европы не было столько американских войск, как в Польше. Это они так заботились о своей безопасности и защищались от нас.

– Причина такой неприязни в нашей истории, – объяснил Сергей. – Польша – это государство-неудачник. У её элиты было слишком много гонора и претензий к соседям, а в результате войн и бардака поляки потеряли государственность. Если бы не Россия, не было бы такой страны, как Польша. Но они помнят свою мечту о великой Польше «от моря до моря» и о том, кто её перечеркнул. Не так уж сильно притесняли поляков в России, как об этом кричат, а во время СССР мы помогали им себе в убыток – правильно тебе говорил дед. И от немцев во Второй мировой их освобождали не американцы, а мы. Только в международных отношениях нет такого понятия, как справедливость, а народ, если есть время, можно убедить в чём угодно. Ладно, оставим политику и пообедаем. Вот подходящее место.