Чтение онлайн

Я побежал, призывая их, и Эбенизер немедленно двинулся за мной.

— Вы его слышали! — проревел Эбенизер. — Стражи, двигайтесь!

Стоило ему двинутся, барьер прорвало, и Стражи хлынули за нами.

Лара смотрела на меня еще полсекунды, а затем закричала:

— Вперед! Вперед! — своим сестрам.

Они побежали с нами, без усилий поддерживая темп, их движение было настолько грациозно и легко, что казалось невозможным, что они оставляют следы.

Я оглянулся через плечо, замедлив шаг. Старейшина Мэй повернулась к омерзительному красному сиянию, исходящему из леса на юге, со спокойствием на лице.

— Чародей Слушающий Ветер, со мной. Посмотрим, сможем ли мы замедлить тех, кто идет сюда этим путем.

Индеец Джо подошел к ней сбоку, и они оба остались там стоять, собирая волю и бормоча.

Я проконсультировался с Пределом Демона о лучшем маршруте к врагам, опустил голову, и бросился к демонам, пришедшим убить Стражей и вампиров на моей стороне.

Адреналин творит с вашей головой странные вещи. Вы слышите, что люди говорят о том, как все замедляется. Это не так. Ничего не происходит замедленно. Просто вы каким-то образом становитесь способным думать о гораздо большем во времени и пространстве. Может быть это и чувствуется, будто все замедляется, но это лишь мимолетная иллюзия.

К примеру, у меня было время поразмышлять о природе адреналина и бежать сквозь лес ночью. Тем не менее бежать быстрее я от этого не стал. Хотя, если я на самом деле не двигал руками и ногами быстрее обычного, тогда почему я оказался на двадцать футов впереди всех, включая вампиров?

Я услышал как кто-то выругался в темноте позади меня, когда споткнулся о выступающий корень. Я не споткнулся. Не потому, что я стал более грациозным — я просто знал, куда надо наступать. Как будто бы я ступал по пути, который проходил так много раз, что это отложилось в моей мышечной памяти. Я знал, когда нужно увернуться от низко свисающей ветки, когда повернуть и на какой угол от моего последнего шага, чтобы обойти старый пень, также как насколько сократить пару шагов, чтобы оттолкнуться и перепрыгнуть через яму. Лара Рейт с трудом держалась за мной, хотя она была на расстоянии около трех или четырех ярдов от меня, ее бледная кожа почти светилась в темноте.

Все это время я пытался следить за перемещением врагов. Это было непросто. В моей голове не было большой карты, со сверкающими точками, отмечающими их положение. Я просто знал, где они были, пока сосредотачивался на отслеживании, но число врагов продолжало увеличиваться, и делать это было все труднее.

Когда до ближайшего вражеского присутствия осталось около сорока ярдов, я засунул пальцы в рот и пронзительно свистнул.

— Выбирайтесь сюда, передо мной! — закричал я. — Пора, Тук!

Оборачивать фейерверки пластиком, чтобы защитить их от дождя, было ужасной занозой в заднице, и еще большей занозой была проверка, чтобы к каждой ракете, римской свече и миниатюрной пушке приложен водостойкий запальный фитиль. Когда я отправил Молли и Уилла разбрасывать их по всему лесу в разных местах, до меня постоянно доносилось:

— Он спятил? — от обоих.

В конце концов, это было бы не так, будь фейерверки тяжелым вооружением, способным нанести тяжелые телесные повреждения и произвести массовое уничтожение. Они просто были громкими, яркими и отвлекающими.

Что, с учетом обстоятельств, было более или менее все, что мне нужно.

Тук-тук и полдюжины членов Стражи вылетели из ниоткуда, миниатюрными кометами сверкнув сквозь вертикальные тени деревьев. Они просвистели вперед, приземлились на нижние ветви, и затем вспыхнули крошечные огоньки зажигаемых водостойких спичек. Секундой спустя, где-то над нами раздался пронзительный рев, и дюжина римских свечей начала выстреливать горящими химикатами в темноту, осветив согнувшиеся бегущие фигуры по крайней мере десяти серых парней Переплетчика не более чем в пятидесяти футах. Они застыли от внезапного появления сверкающей пиротехники, пытаясь опознать, представляют ли они угрозу и определить, откуда они появились.

Замечательно.

Я упал на одно колено, подняв мой жезл, в то время как человекообразные демоны завопили от внезапного появления яркого света. Я направил жезл на ближайшего серого костюма, накачав в него энергии через деревянную рукоятку и прорычал:

— Fuego!

Это было гораздо сложнее сделать, чем было бы, если бы не шел дождь, но это было больше, чем просто задача. Копье красно-золотого пламени пронеслось сквозь дождь, оставив после себя след белого пара. Оно коснулось ближайшего серого парня на фланге и его дешевый костюм вспыхнул так, словно он был из смолы, а не из вискозы.

Серый костюм взвыл и начал бешено метаться. Огонь поглощал его, отбрасывая свет на добрые тридцать ярдов в каждом направлении, осветив его компаньонов.

Я бросился на землю, и мгновением спустя лес позади меня разразился могуществом и смертью.

Оружие взревело в полностью автоматическом огне. Это должно быть Рейты. Пистолеты Лары и ее сестер были модифицированы в пистолеты-пулеметы с увеличенной обоймой. Учитывая сверхчеловеческую силу, восприятие, и координацию, которыми обладали вампиры, они не испытывали тех же трудностей, с которыми сталкивались стрелки-люди, бегая на полной скорости в темноте и для которых при стрельбе нужно было прижимать его к телу правой рукой и придерживать его левой. Пули продырявили трех разных серых костюмов, оставив на каждом десять или одиннадцать отверстий между шеей и виском, разорвав демонов обратно в эктоплазму.

Затем пришла очередь Стражей.

Когда дело доходит до боевой магии, огонь является предпочтительным оружием. Хотя он и требует воли и физической выдержки чародея, он несет много энергии, сконцентрированной в относительно маленьком пространстве. Он разгоняет темноту, что практически всегда оказывается преимуществом чародея — и он ранит. Каждое живое существо проявляет здоровое уважение к огню, если его не боится. Плюс, огонь является очистительной силой в духовном плане. Темная магия рассыпается и уничтожается под действием огня.

Стражи воспользовались маленькими огненными шариками римских свечей и моим собственным импровизированным погребальным костром, чтобы нацелить свои собственный заклинания, и тогда начался настоящий фейерверк.

Каждый чародей имеет свои собственные причуды, когда речь заходит об использовании своей силы. Нет никакого мирового стандарта, описывающего как использовать огонь в бою. Один из Стражей выпустил поток маленьких звезд, пронесшихся сквозь ночь словно пулеметный огонь, без труда прожигая дыры как в деревьях и камнях, так и в серых костюмах. Другой послал поток огня по дуге вверх, и он ударился прямо посреди нескольких серых костюмов, брызгая и прилипая к любому движущемуся предмету и поражая его словно напалм. Лучи пурпурного, синего и зеленого огня пронеслись сквозь воздух, напомнив мне на безумное мгновение кадр из Звездных Войн. Повсюду зашипел и заклубился пар, опустившись на полосу леса шириной в сорок ярдов и наполовину растворившись в свете и ярости.