Чтение онлайн

Тут Сенор машинально дотронулся до Обруча и с удивлением обнаружил, что тот до сих пор находится на его голове, более того, в обруч вросли его волосы и переплелись с волосами Слепой Королевы. В суматохе он совершенно забыл об амулете Мелхоэд.

А голос стонал:

– Что ты сделал... Теперь я останусь здесь навеки, если не придет кто-нибудь со Стеклянным Обручем и не освободит меня... Но ты погибнешь, а Обруч навсегда исчезнет в Тени... О, низкий, низкий, худший из живущих! Обрекший меня на заточение, а подземный мир – на вражду и хаос!..

Это была правда. Нетрудно себе представить, во что превратится двор Подземного Королевства без всепроникающей и объединяющей власти Мелхоэд. Достаточно было взглянуть на Тойнгха, чтобы понять: война между графствами неизбежна. Война, которая превратит здешнюю жизнь в еще больший ад. Теперь ничто не мешало осуществлению любого заговора, и начало междоусобицы было лишь делом времени.

Но Мелхоэд сама нарушила естественный ход вещей. Отпусти она Сенора и Люстиг, – и сбылось бы пророчество Айоты, Читающей по Костям. Мургулла была бы спасена, а пришельцы из Верхнего Мира навсегда удалились бы. Но она предпочла спрятать Сенора в Бутылке Рофо и теперь должна была заплатить за это.

Голос плакал еще немного, безнадежно и отчаянно; ни одной нотки гнева больше не появилось в нем.

Сенор постарался отогнать от себя мысли о Слепой Королеве. Невидящим взглядом смотрел он на проносящийся мимо Стеклянный Лес.

Они не смогли получить обратно своих лошадей. Как оказалось, их давно съели – мясо животных Верхнего Мира считалось здесь деликатесом. Сенор в ярости едва не зарубил Мечом слугу, который должен был присматривать за лошадьми в конюшне у обрыва. Но потом ему пришло в голову, что невероятно быстрые слепые лошади Мургуллы могут сослужить им неплохую службу. Он заставил слугу выпрячь их из кареты и объявил графу, что берет себе четырех лошадей. У Крысиного Хвоста оставалось две лошади, на одной из которых тот мог вернуться в замок. Но Тойнгха выглядел так, словно ему уже было все равно.

Только наверху, когда они вывели лошадей на заметенную снегом землю, кутаясь в плащи от холода и жмурясь от света серого зимнего дня, а клеть, раскачиваясь, поползла вниз, оцепеневший Тойнгха вернулся к жизни, и Сенор вновь поймал на себе его злобный взгляд.

– Я отомщу тебе, – сказал Крысиный Хвост из опускающейся клети. – Если Айота была права, мы еще встретимся, – и месть моя будет страшной...

Бледное лицо его скрылось за краем колодца. Тяжелая крышка, восстановленная Уродами, захлопнулась, скрыв вход в Подземное Королевство.

Безволосые слепые кони дрожали от холода под порывами зимнего ветра. Сенор не заставил их мерзнуть. Четыре всадника, один из которых был еле виден за лошадиной шеей, понеслись по заснеженной равнине в сторону Кобара.

В тот год появилась комета в небе над миром; появление ее было предсказано Смотрителем Светил Капу, и это был страшный знак для Кобара. Тогда началось большое наступление Тени. Хаос пробудился. Падение нравов и извращения достигли наивысшей степени; все Птицы Зла слетались, чтобы надругаться над Холодеющим Трупом; сумеречные демоны обретали невиданную власть над людьми; предчувствие смерти исказило лица. С небывалой скоростью Тень поглощала пространство, исторгая из себя легионы неописуемых существ, – и вскоре даже последний нищий в Кобаре понимал, что город обречен.

Хозяева Башни с трудом удерживали равновесие: лишившись будущего, Кобар лишился основ своего существования; грязь и жестокость поднялись из бездонных глубин человеческих, апостолы самоуничтожения обрели верную паству.

Придворные Башни были заняты пирами, дуэлями и распутством, прерывая свои оргии лишь на время грабежей, междоусобиц и человеческой охоты. Последнее развлечение, как особо щекочущее нервы, широко распространилось в Кобаре; появляться на улицах без оружия и в одиночку стало смертельно опасным. Закон на глазах терял своих слуг, повсюду воцарились тупая апатия, изощренный разврат, уродливая сила.

Нижний город, где положение усугублялось наступившим голодом и нищетой, превратился в клоаку, исторгавшую к небесам омерзительные миазмы. Предвестие смерти носилось повсюду, девочки становились шлюхами, юнцы, едва державшие меч, собирались в банды, старики возжаждали запретных удовольствий, старухи превращались в жриц чудовищной любви.

Чума и сифилис, сдерживаемые теперь лишь знахарями и магами, набирали силу, собирая свой ежедневный урожай.

Не было спасения, не было выхода.

Больше Сенора никто не преследовал. Выжидая, отступились Хозяева Башни, барон Тантор Тенга был мертв. Его набальзамированный труп занял свое место в усыпальнице рода Тенга. Сын Тантора, Флуг, унаследовал титул. Холодный Затылок знал, что тот, когда вырастет, станет его злейшим врагом и сделает все, чтобы отомстить за отца. Пока у Сенора было время. Мести Флуга суждено было зреть несколько лет. Сенор не задумывался над этим всерьез. Что толку было размышлять об отдаленной опасности, когда приближалась Тень, а он покидал Кобар и отправлялся в куда более страшное место...

Но и Кобар стал уже ареной войны. Окраины его разрушали существа Тени, число его защитников таяло, как весенний снег. Преграда была снесена и более не восстанавливалась. Хозяева Башни спешно возводили вокруг города стену из колдовского вещества. Граница Тени пролегла теперь через Безлюдный Двор – Подземное Королевство Мелхоэд навсегда скрылось в руинах Хаоса.

В последний раз Человек Безымянного Пальца в одиночку отправился за пределы города, чтобы увидеть, следует ли до сих пор своему Обету Бродячий Монах.

Ему показалось, что прошли столетия с того времени, как он побывал здесь.

Чьи-то огромные туши, двигаясь по лесу, оставили в нем глубокие просеки; кое-где деревья еще горели, в воздухе висел тяжелый запах тления и гари. Сенору, который скакал на слепой лошади из Мургуллы, изредка попадались на глаза человеческие трупы и останки существ, извергнутых Тенью. Их уже некому было хоронить.

Он разглядел в лесу слабый свет догорающего костра и свернул с дороги.