Отшельник
Шрифт:
И в этот миг у «мертвеца» открылись глаза. С угрожающим ворчанием он вскочил на полусогнутых ногах, вздымая вокруг себя облако пыли. По-крысиному оскалил зубы…
— Егор, осторожно! — крикнул я.
И в ту же секунду «покойник» ринулся на нас.
Глава 9
Твари
Егор сообразил сразу.
Увернулся от броска бывшего сотоварища, а я хорошим ударом под дых уложил ожившего покойника обратно на песок.
Тот жалобно взвыл и беззащитно скорчился в пыли, мгновенно потеряв всю свою хищную боевитость.
Похоже некоторые вещи в этом мире не под силу изменить даже буре. Например, сделать из рохли свирепого хищника.
— Матвей, где остальные? Где Эмма? — проревел Егор, хватая бедолагу за шиворот.
Но тот только заскулил в ответ.
С тяжелым вздохом Егор отшвырнул юрку от себя. Вытер со лба ладонью выступивший пот.
— Кончай его, — мрачно сказал он мне.
Вот, значит, как. «Кончай».
Потому что у самого рука не поднимается?
Я с горечью посмотрел на свихнувшегося парня.
Тот продолжал скулить, как побитый щенок, сжавшись в позу эмбриона.
— Уверен? — спросил я Егора. — Это ведь, наверное… В принципе, тоже какая-то жизнь. Пока его, конечно, не найдет Крестоносец. Или еще кто-нибудь.
Егор сердито сплюнул в песок.
— Да какая это нахрен жизнь? Ты сам себе хотел бы такую?
Я промолчал.
Потому что в этом мире многие другие люди вполне охотно довольствуются тем, чего я не хочу для себя ни при каких обстоятельствах.
В обратную сторону это тоже работало. В мое время было немало поборников эвтаназии для таких, как я, мутантов и нелюдей.
— Развел тут философию, — буркнул Егор, скинул с плеча ПП и полоснул бывшего компаньона очередью.
Грохот выстрелов раскатисто пронесся над пустошью.
Парень взвыл. Судорожно хватаясь руками за песок, пополз куда-то в сторону, оставляя за собой кровавый след.
— Егор, твою ж! — выругался я, быстро прицелился и выстрелил бедняге в голову.
Парень дернулся в последний раз и медленно сник, затихая.
— Если уже что-то делаешь, то делай нормально и до конца! — со злом сказал я Егору, обернувшись.
Тот хмуро закинул оружие обратно на спину.
— Если Эмка окажется такая же, убей ее сам, — сказал он вдруг. — Только быстро и без разговоров. Пока я сомневаться не начал.
И он стремительно двинулся вперед, не оглядываясь.
Я пошел за ним.
— А сколько нам еще идти до того места, где должны были находиться твои? — спросил я.
— Минут пятнадцать, — хмуро отозвался Егор, сердито загребая утекающий из-под ног песок. — Потом спуск под землю, и там еще попетлять немного. А теперь вот ответь мне, с хера ли этот дурень вообще оказался на поверхности?! Чего ему под землей не сиделось?..
Он бубнил ругательства, и я понимал, что на самом деле он просто выплескивает таким образом свой гнев и страх за девчонку. Так что шел рядом молча, поглядывая по сторонам.
Наконец, я заметил впереди черное пятно спуска вниз. Крышки не было — или она несмотря на весь декор сверху оказалась слишком легкой для прошедшей бури, или кто-то двуногий утащил ее и бросил где-то.
— Оно? — спросил я, указав рукой на спуск.
Егор кивнул. И уже почти бегом направился к проходу.
Он первым юркнул по лестнице вниз.
И пока я спускался следом, уже успел пошарить вокруг и ругнуться, что на месте нет ни одного нормального фонаря.
Я вытащил из кармана одну из своих зажигалок — хреновый, конечно, светильник, но хоть что-то.
— Не надо, у меня тут есть один дежурный…
И в его руках вспыхнул яркий луч света. Крошечный фонарик, размером чуть больше моей зажигалки, довольно бойко осветил пространство вокруг.
— Веди, — сказал я, держа пистолет наготове.
И мы поспешили по земляному коридору.
Метров через сто мы увидели лежащее тело. Или, вернее, то, что от него осталось — кровавые лохмотья одежды перемешались с рваными клочьями человеческой плоти и содержимым распоротого живота, лицо было полностью съедено. Сквозь потемневший тонкий слой мышц сквозили белесые кости черепа.
— Твою мать, сучьи юрки!!! — выдохнул Егор, хватаясь за оружие, будто собирался кого-то из них пристрелить прямо сейчас.
— Это твой?
— Да.
— Как узнал-то?
Егор наклонился к телу и сорвал с его шеи жетон с гравировкой в виде руки, показывающей фак.
— Вот так и узнал, — показал он мне жетон.
— Понятно…
Я присел рядом с трупом. Повнимательней посмотрел на голову покойника.
— Это не юрки, — сказал я Егору.
— В смысле?..
— Ну, сожрали-то они, само собой. Но вот убили… Посвети-ка сюда. Вот, смотри на висок, — сказал я, свободной рукой чуть повернув к Егору изуродованную голову мертвеца. — Видишь? Огнестрел. А я еще не встречал ни одного измененного с пистолетом в руках. И, обрати внимание, выстрел был произведен в упор — тут на коже все видно. Так что на выстрел милосердия тоже не очень похоже, поскольку в очумевших так стрелять обычно не с руки, они слишком активные для этого.
Егор еще сильней нахмурился. Молча кивнул.
И мы с ним поспешили дальше, напряженно прислушиваясь к каждому шороху. Но все звуки, которые отдавались в подземелье, были только наши собственные.
А потом мы почувствовали все сильнее сгущавшийся запах смерти. Бряцая оружием, Егор все сильней ускорял шаг, пока, наконец, мы не выбрались из узкого прохода в большое и высокое пространство.
Луч фонаря скользнул по галерее, освещая мертвые тела на полу.
Человек десять, не меньше…