Чтение онлайн

— Бабуля, ты как хочешь, но я этого будущего гения медицины у тебя заберу. Этот алмаз при достойной огранке станет настоящим бриллиантом!

— Вадик, не говори красиво, — поморщилась Полина Дмитриевна. — Твой пафос можно на хлеб намазывать.

— Извини, — смутился Вадим Кукушкин. — Но этот паренёк настолько хорошо разбирается в основах медицины, что…

— В ядах он разбирается, — усмехнулась Полина Дмитриевна. — И это у него наследственное. Нет, Вадик, это не просто паренёк, это, между прочим, будущий Папа Римский.

— Да и хрен бы на них, — отмахнулся Кукушкин. — Выберут себе нового. Мне Родриго показался вполне приличным человеком, таких Папами не выбирают.

— Это пока молодой. Но пройдёт какое-то время, и приличный человек Родриго Борджиа станет Папой Александром не помню с каким номером и получит почётное прозвище «Аптекарь Сатаны».

— Да? — искренне удивился Вадим. — Так это тот самый Борджиа? Там более он мне нужен.

— Зачем?

— Да мало ли… — пожал плечами Кукушкин. — Но в основном по медицинской части. А если хочет, то и по церковной.

— Хороший человеческий материал, говоришь?

— Окрестим, и всего делов. Во всяком случае, религиозного фанатизма в нём не больше, чем в нашем Евлогии — такой же прохиндей, только помоложе.

— Под твою ответственность?

— Да, под мою.

Кардинала Гонзаго Колонна вывел из раздумий пребольнейший тычок под рёбра. Тот самый кривоногий московит, прекрасно владеющий латынью, на неё же и произнёс, вставляя непонятные слова явно татарского происхождения:

— Замечтался, кулёма? Просыпайся, к старой границе подъезжаем. Санитарная обработка и карантин. Добро пожаловать в чистилище, Ваше Высокопреосвященство!

Кардинал ничего не понял, но насторожился. Он не ждал от проклятых схизматиков ничего хорошего, но некоторые слова показались знакомыми. Но вот какой смысл вкладывают в них тартарийские варвары?

Предчувствие не обмануло кардинала Колонна — его ждала жарко натопленная баня. Вообще-то почтенный Гонзаго ничего не имел против купаний и с большим удовольствием совершал омовения в многочисленных римских банях, и даже два раза совершил паломничество в Баден, что с древнейших времён славится своими целебными водами. Но эти дикари называют баней адское пекло, устраиваемое в маленьких деревянных домиках! Ужас, шок и трепет!

Но мнением Кардинала Колонна никто и не поинтересовался. С него бесцеремонно содрали одежды, преодолевая вялое сопротивление болезненными подзатыльниками, заставили намазать голову какой-то вонючей дрянью, и потом втолкнули в раскалённый домик, где заставили пропотеть и избили сушёными берёзовыми и дубовыми ветками. Гонзаго даже поймал себя на греховной мысли, что процесс избиения и последующее за ним окачивание ледяной водой ему нравятся. Этакое противоестественное удовольствие… [3]

После пытки сушёными ветками кардинала Гонзаго заперли в тесном помещении и приставили стражу, жёстко препятствующую всем попыткам выбраться из узилища. В еде, хоть и грубой, не ограничивали. Он пробовал возмущаться, но владеющий латынью кривоногий московит заявил, что карантин подразумевает сорокадневное сидение взаперти. Не зря же сам Иисус Христос после распятия и воскресения сорок дней ходил по земле? Нет, не зря! Он выдерживал срок, дабы не занести заразу на Небеса.

Такая постановка вопроса кардинала Колонна немного успокоила. Ещё больше его успокоило замечание, что в случае нарушения карантина он будет сожжён на костре как еретик, отвергающий Христовы заповеди.

Единственное, что он себе позволил, так это уточняющий вопрос:

— Скажите, а если Его Святейшество решит лично посетить ваше государство, его тоже ждёт карантин?

Московит усмехнулся:

— Пусть ваш Папа сначала приедет, а уж с торжественным приёмом мы как-нибудь разберёмся. Нынешнего, что крестовый поход объявил, сразу же на костёр отправим, а с другим можем и поговорить. А если вдруг кардинал Гонзаго Колонна на очередном конклаве выдвинет свою кандидатуру… Кстати, Ваше Высокопреосвященство, не желаете прививку от оспы? Заплатить деньгами вы не сможете, но расписка о взаимовыгодном сотрудничестве ничем не хуже звонкого серебра. Подумайте, кардинал.

Московит ударил по больному. В италийских землях регулярно вспыхивали эпидемии чёрной оспы, завозимой венецианскими кораблями из Леванта и Египта, и семейство Колонна несколько раз почти полностью вымирало от страшной болезни. И кардинал принял единственно правильное решение:

— Если только от меня не потребуют заложить мою бессмертную душу…

Московит рассмеялся:

— Зачем она нам?

— Тогда я готов.

— И расписку о сотрудничестве напишете?

— Если это угодно Господу нашему, то почему бы нет?

Прививка против всяческих ожиданий оказалась простейшей и вовсе безболезненной процедурой, и кардинал осмелел настолько, что спросил:

— Скажите, вы дворянин?

Московит усмехнулся:

— В нашем государстве служилое сословие стоит на ступень выше вашего дворянства.

Гонзаго Колонна не стал спорить и задал ещё один, самый волнующий его вопрос:

— А как же тогда ваши методы войны сочетаются с дворянской честью?

— Что же такого бесчестного вы находите в наших методах, святой отец?

— Ваши бесшумные, бездымные и дальнобойные аркебузы…

— Они освящены заводскими священниками при производстве, и любой, кто усомнится в их… Неважно в чём усомнится, но будет незамедлительно осуждён как злостный еретик.

— Э-э-э…

— Нет, не беспокойтесь, на кострах у нас никого не сжигают, но десять лет работ на уральских рудниках отхватить можно запросто. Хотите на Урал, падре?

Кардинал представления не имел ни о каком Урале, но точно знал, сто попасть туда не хочет.