Чтение онлайн

— Автомеханик, значит?

— Кто-то квартиры обносит, а кто-то тачки угоняет. Я же тебе говорил, — отозвался Химик.

Минут через пять появилась хозяйка машины. Она бежала, выставив руку с пультом вперед и лихорадочно жала на кнопку, пытаясь прекратить раздражающие трели сигнализации.

Которая, к слову, меня уже начала подбешивать.

Вот только ничего у нее не получалось — уж не знаю, чего там учудил Физик, но орать «Ниссан» не переставал, несмотря на все ухищрения хозяйки. Выругавшись, та быстро оглянулась по сторонам и бросилась через дорогу к своей машине.

И, разумеется, не заметила несущийся на приличной скорости черный «Фольксваген-Пассат», буквально несколько секунд назад выруливший из-за поворота…

«Бах!»

У меня аж все сжалось, когда тело в темно-сером пальто, подброшенное ударом бампера, рухнуло на тротуар. Я машинально рванул ручку двери, но пальцы Сирены стиснули мое плечо:

— Не дергайся! Жива она… скорее всего… Отлежится в больничке, пару-тройку лишних кило сбросит — ей же самой полезно будет. Или ты думал, мы тут в бирюльки играем?

Вокруг лежащей женщины начали собираться зеваки, кто-то закричал, кто-то начал снимать на смартфоны. Двое бросились к пострадавшей, пытаясь помочь ей встать, но та, охнув, тут же снова опустилась на тротуар.

Сигнализация «Ниссана», к слову, уже смолкла. Да и черный «Фольксваген» снова стоял на своем месте, сверкая подозрительно чистыми «арками» на пыльном лобовом стекле.

— Жить будет, уф, может, хоть научится дорогу переходить в положенном месте, — выдохнул Физик, втискиваясь на свое место, — А вот машину неудачно поцарапал, слишком уж след приметный.

— Отпечатки? — деловито поинтересовалась Сирена.

— Обижаешь, — угонщик поднял руки с растопыренными пальцами, демонстрируя надетые на них прозрачные одноразовые перчатки.

— Отлично! Значит так. Электрика и художника на замену мы нашли. Я пойду собеседоваться на кафедру музыки. Мистик, посмотри, что там у них с вакансиями по столовой, ну а Химик у нас внезапно захотел заняться кик-боксингом, правда?

— Н-нет, не хотел. И почему сразу я?!

— Физик слишком старый для студента и не спортивный для рукопашника, Уборщик котиков рисовать умеет, ну а Мистик — девушка. К тому же, у тебя больше всех часов в «Мортал комбат» и в «Теккен» наиграно, я видела рейтинги.

— Может, лучше я в столовую, а? Разнюхаю, что к чему, и таланты мои там пригодятся.

— Значит, в столовую пойдешь вместе со всеми. Это приказ, и он не обсуждается. Мистик, вытащи-ка нам предсказание на эту миссию…

Гадалка зашуршала своей колодой:

— Солнце. Успех, счастье, достижение цели, исполнение заветных желаний. Считается самой лучшей и позитивной картой Таро в любых раскладах.

— Ну вот, видите! Так что выше носы, Неудачники. Химик, а ты пока сообрази-ка нам всем следующие документы…

Итак, Отряд Неудачников отправился на «охоту».

Физик пошел искать и спаивать своего «коллегу», чтобы завтра выйти вместо него на работу. Сирена — демонстрировать свои вокальные данные, чтобы устроиться на кафедру музыки. Ну а Мистик попытается пробиться в местную столовую, уж не знаю, в каком качестве. Почему-то у меня никак не получалось представить ее ни в качестве повара, ни на раздаче еды, ни уж тем более — посудомойкой.

Химику было проще всего, потому как он играл роль переведенного из другого педагогического ВУЗ-а студента, так что ему хватит и пакета бумаг.

Ну а, я по велению эрудиции и чувства юмора Сирены, на ближайшее время превратился в Бонифация Петровича Водкина, перспективного выпускника Новосибирской художественной академии. Уверен, что такие ФИО она выбрала специально, чтобы я старался побыстрее закончить это дело и снова стать самым обычным и нормальным, э-э-эм, Уборщиком.

— Гхм-гхм… Кхе-кхе, кхе!

В третий раз мое «непринужденное» покашливание уже выглядело как приступ астмы. Но заведующая кафедрой изобразительного искусства по-прежнему не обращала на меня никакого внимания, продолжая болтать по телефону:

— …представляешь? Ноги, говорят, переломало, голову сплющило и все — аж два месяца больничного! И это как раз накануне весенней сессии, а?! Ну это как же нужно не любить свою работу, чтобы такую вот нам подлянку устроить? И я тоже не представляю!

— Роза Марковна!

Наконец, не выдержал я такого демонстративного равнодушия к своей персоне.

— Вы еще здесь? Я же сказала, что заказ оплатила онлайн, так что оставляйте и уходите… — наконец-то снизошла до меня завкафедрой.

Которой оказалась неприятная на вид сморщенная тетенька лет шестидесяти, невысокая, сухонькая, с крупной головой, которую еще вдобавок утяжеляла массивная высокая прическа.

На самом деле этой дамочке «всего» 53 года, а фамилию она носила французскую: Буше. Да-да, Роза Марковна Буше. На самом деле-то, конечно, она самая что ни на есть Мясникова по мужу, но после его смерти (от рака легких) сменила фамилию на ее французский вариант.

— Боюсь, что оставить в этих стенах я могу лишь свой опыт и любовь к искусству. Меня к вам прислали из Академии, на замену. Вместо, как я понимаю, пострадавшей в аварии коллеги.

И я громыхнул по столу целой пачкой документов, подготовленных на фотопринтере: диплом, аттестаты, рекомендации, грамоты и так далее. Целая куча бесполезной бумажной макулатуры.

Которую, разумеется, Роза Марковна изучать не стала.

— А почему мне про вас никто ничего не сказал?

Она сдвинула свои крохотные круглые очочки на самый кончик носа. К слову, стекла в которых оказались без диоптрий — ни малейшего искажения контура!

— Как же? Вот, можете сами позвонить…

И я протянул ей стильную черную визитку, украшенную золотыми буквами и вензелями. На ней даже QR-код был! Внешний вид карточки определенно произвел на дамочку впечатление, и она внимательно рассмотрела ее с обеих сторон.