Чтение онлайн

«Клиент доходит, сэр Майкл, будьте готовы. Всегда готов!»

— Самое то, дядька Стерв! Чем нелепее и смешнее человек выглядит, тем слабее его воля к сопротивлению.

— Точно! — подтвердил Алексей. — Я и сам так… Гм…

— Ну, тогда ставьте его на ноги! — скомандовал Мишка, принимая дедову «боярскую позу» — ладонь упирается в колено, локоть отставлен в сторону.

Вздернутый с завалинки и поставленный перед Мишкой пленник, очумело закрутил головой и попытался вырваться.

— Уймись, зассыха! — прикрикнул на него Алексей, сопроводив окрик увесистой затрещиной.

— А? — впервые за все время, подал голос «язык».

— Ну вот, сокол ясный, все ты нашей боярыне и рассказал, что она знать хотела. — Елейным голосом поведал Мишка. — Теперь тебя и в кузню вести не придется — незачем. Ты ведь и сам не хочешь, чтобы тебя каленым железом жгли, да кости ломали? Ведь не хочешь же? А?

— Нет…

— Ну и не будем. Ты хоть понимаешь, что во владениях великой волхвы находишься?

— У… у колдуньи?

— Для кого колдунья, а для кого светлая боярыня Гредислава Всеславна. Она тебя усыпила, душу вынула и побеседовала с ней. А ты, пока без души был, словно дитя малое, ничего не понимал, вон, даже чуть не обделался.

— Как… душу?

— А вот так! Все, что надо вызнала и обратно душу в тело вернула. Все! Ты нам больше не нужен, можешь идти на все четыре стороны.

Это был самый рискованный момент — пленник мог оказаться просто туповатым и действительно куда-нибудь пойти, раз отпускают. Алексей глянул на Мишку с некоторым сомнением, а Стерв остался совершенно спокойным, он-то в возможностях Нинеи не сомневался.

Пленник бестолково потоптался на месте, то озираясь, то опуская глаза вниз и попросил:

— Боярин, мне бы по нужде…

— Потерпишь! — буркнул Алексей и, подыгрывая Мишке, добавил: — Сейчас до леса добежишь, там и делай, что захочешь.

Пленный, кажется не внял объяснению и продолжал просительно смотреть на Мишку, тот решил немного подтолкнуть его мыслительный процесс:

— Домой-то сам доберешься? Дорогу через болото найдешь? Боярыня, правда тебя не отпускала, но если что, вернет — сам обратно пришлепаешь.

Пленника, наконец-то прорвало:

— Боярин! Не губи! Пропаду, не выберусь! — «Язык» затравленно огляделся. — Нельзя мне назад, смерть лютая ждет!

«Ну вот, то „не выберусь“, то „нельзя назад“, и где здесь логика? Нету логики, значит, клиент дозрел».

— Тебя как зовут-то, чудо заболотное?

— Уездом кличут.

«Ничего себе кликуха! Еще бы районом назвали или автономным округом».

— А во Христе?

На ответ Мишка не надеялся, спросил, так — на всякий случай, но Уезд неожиданно ответил:

— Ионой крещен, только как же… у колд… у боярыни вашей, нельзя, наверно?

— А там можно было?

— И там нельзя. Нас, как привели, так сразу кресты поотнимали, требы класть велели отцу богов Сварогу.

— Привели? Откуда привели?

— Ой, боярин, не могу больше! Дозволь по нужде…

Мишка разрешающе кивнул, и Иона сиганул за угол недостроенного сруба, Стерв бдительно двинулся следом, а Алексей удовлетворенно констатировал:

— Все! Сломался! Начал говорить, теперь не остановится. Ты заметил, что он возвращаться боится?

— Заметил, только Нинею он не меньше боится, у него сейчас в голове настоящая каша, самое время допрашивать.

— Верно. А ты-то откуда… Ладно, я твоей матери обещал не выспрашивать, но… интересный ты парень, Михайла.

«Мать велела не выспрашивать? С чего бы это? А-а! Ей, наверно, Никифор поплакался, как его Нинея за излишнее любопытство „приласкала“. Ну и ладненько, мне же проблем меньше».

— Ну, так откуда вас привели?! — крикнул Мишка появившемуся из-за угла пленнику.

— Мы раньше на другом берегу Припяти жили — недалеко от Пинска. — Затараторил тот на ходу. — Деревня большая была, Белянь назвалась… Приехал боярин с дружиной, сказал, что нашу землю ему князь за верную службу пожаловал, и мы ему теперь должны платить, за то, что живем на его земле.

Иону явно понесло, теперь его не требовалось заставлять говорить, наоборот, как бы не пришлось останавливать.

— Я не знаю, как там старики и взрослые мужи решали, я-то еще совсем молодым был, но собрались уходить. Да! Там еще один был — Торопом звали. Он где-то пропадал несколько лет, а тут, как раз появился и начал рассказывать, что есть за Припятью места, где никакой боярин не отыщет, земли там много и родит она хорошо. А еще слухи про моровое поветрие пошли, и Тороп все говорил, что от болезни надо уходить… В общем, ушли.

На этом берегу Припяти еще несколько дней шли, а однажды, когда встали на ночлег, налетел боярин Журавль со своей дружиной. Никто и оглянуться не успел, мужчин всех повязали, тем, кто сопротивлялся — по голове кистенем. А Журавль Торопу говорит: «Молодец, Торопка, знатную добычу мне привел». А тот кланяется, Иуда… Ну, развели по разным селищам, стали жить.

— Значит, боярина твоего Журавлем зовут?

— Журавлем.

— И давно вы из-под Пинска ушли?

— Лет десять назад, или одиннадцать — не упомню уже.

«Дед громил капище в тех местах лет тридцать назад, двенадцать лет назад куда-то туда ушли беглые холопы, причем болота еще не было, а был залитый водой лес».

— И чем же ты Иона, занимался? На землепашца ты не похож, на ремесленника тоже.

— Извозом я занимаюсь. Как срок приходит, начинаю объезжать селища в своей округе. Тиуны к моему приезду сани или телеги готовят, я их в обоз собираю и веду в Крупницу, это село такое. Там выгружаемся и обратно.

— Что, так весь год и ездишь?