Отпускай

Говорят, что от себя не убежишь. Но билет в один конец, как минимум, помогает сместить фокус с «откуда» на «куда».

***

Яся не первый раз летела в Стамбул, но эта поездка сильно отличалась от предыдущих, тем, что была совершенно внеплановой. Хотелось оказаться где угодно, а без новых виз и за не безумные деньги вариантов было немного.

Она уснула ещё до того, как самолёт взлетел, а проснулась уже когда в иллюминаторе было видно Мраморное море. То ли от красоты увиденного, то ли от эмоций, накопленных за последние пару суток, Яся почувствовала, что хочет разрыдаться, но вовремя вспомнила, что куда хуже, чем боль душевную, она переносит острую боль от заложенных ушей. Ничего нового в её драме не было: в Москве остался «я думала, что мы поженимся», десять лет вполне успешной карьеры за последний год стали казаться совершенно незначительными и, если уж совсем честно, Яся впервые не была уверена, что занимается тем, что ей нравится.

И, наверное, главное – как бы она не фокусировалась на хорошем и не держалась за свою «хорошую» и«стабильную» жизнь, перманентный дисбаланс в мире влиял на её состояние.

Конечно, как полагается, Яся раз в неделю созванивалась с психологом, занималась дома йогой и иногда включала медитации, чтобы «держать всё под контролем». Но в последнее время всё чаще начало появляться ощущение, что под уровнем проблем, который она пыталась разобрать на сессиях и отрефлексировать наедине с собой, находился какой-то пока неведомый ей пласт других триггеров.

Именно поэтому и забронировался билет – побег показался логичным, хотя и не особо терапевтическим, дополнением к самосохраняющей рутине.

***

Когда Ясин взгляд остановился на танкерах, красиво выстроенных у азиатского берега Стамбула в несколько линий, плакать расхотелось. Она явно почувствовала, что уехать именно сюда было верным решением – появилось ощущение, что также четко по линиям, как танкеры по волнам, она сможет разложить всё, что её тревожит.

Закинув вещи в снятую в уже любимом районе Кадыкей квартиру, Яся маякнула в мессенджеры местным друзьям о том, что прилетела, и отправилась восстанавливать себя в стиле «семь бед – один ответ» – есть огромный турецкий завтрак под февральскими солнечными лучами, которые не только светят, но и греют.

«Прибор только один?» – официант неуверенно смотрит на единственный занятый за столом стул и Ясю на нем. «Да, пожалуйста». Завтрак на одного приносят в одной, хоть и большой, тарелке, а serpme kahvalti, «разбрасывательный» завтрак на двоих – в бессчетном количестве маленьких. Поэтому Яся всегда заказывает именно его – её зачаровывает, как на столе появляются разноцветные розеточки с незнакомыми закусками.

Но, главное в этом завтраке то, что не нужно торопиться – можно несколько часов наслаждаться оливками, сырами, овощами и неведомыми намазками с перерывами на чай, рассматривая окружающих – людей и котиков. И поделиться с котиком оставшейся едой, если вдруг завтрак на двоих всё-таки окажется слишком большим.

Вообще, подумалось Ясе, наверное, в этом кроется один из секретов турецкого отношения к жизни. Того, что keyif 1 и hayat g"uzel 2 . Не торопиться, отбросить всё лишнее. Сидеть и наслаждаться моментом. Сколько раз, приезжая сюда, она удивлялась, что посреди рабочего дня люди всех возрастов – молодежь, пенсионеры, офисные работники, мамы школьников – сидят и пьют безмятежно свой чай и говорят о чем-то под гогот чаек и мурчание котов.

Раньше, видя это, она хотела возмутиться – что-то внутри кричало «а как же работа, а как же дела», как будто было что-то противоестественное в такой расслабленности. Но сейчас Яся даже не чувствовала, а знала на каком-то внутреннем уровне, что ничего естественнее, чем эта неторопливость, кажется и не существует. Потому что, когда ты растрачен морально и физически, уже почти до конца, нужно не гнаться за какими-то недостижимыми целями, всеми правдами и неправдами стараясь причинить себе добро, а сесть и выдохнуть. Отпустить.

Возможно, в этом и кроется главный секрет притягательности Стамбула. В Москве весь год добиваешься того, чтобы было «хорошо»: маленькие порции с высчитанным БЖУ и сложносочинённые тренировки в тренажёрном зале для формы и физических сил, кислородная терапия для нормального цвета лица. Все как будто с надрывом, а результат хоть и есть, он всегда будто немного выстраданный – нет в нём лёгкости и наслаждения процессом.

В Стамбуле же немного пускаешь все на самотёк – идея считать калории или, скажем, не есть хлеб кажется странной, когда к завтраку приносят бублики-симиты с медом и каймаком – густыми, как сливочное масло, взбитыми сливками. Необходимость гнаться за минутами на кардиотренажере отпадает, когда в конце для обнаруживаешь, что между бесчисленными кофейнями нагуляла двадцать километров. А цвет лица буквально за пару дней на солнце и босфорском воздухе становится таким, каким он наверное и задуман.

Думая обо всем этом, Яся улыбнулась, потому что вспомнила, как в первую поездку в Стамбул с подругой несколько лет назад, после недели впитывания мартовских солнечных лучей и соленых ветров, они, как-то за кофе, уставились друг на друга в полном удивлении и, не сговариваясь, выпалили: «вау, у тебя кожа нормального цвета». Яся в целом любила походы к своему косметологу, но после этого случая ей стало понятно, что мало какие бьюти-процедуры могут обеспечить похожий результат, если март ты проводишь, например, в Питере или Москве с прогнозом «ливневый снег».

В почти целительной силе стамбульского воздуха Яся убеждалась и каждый раз, когда смотрела по сторонам – почти все курят, пьют с утра до ночи чай и кофе, а при этом выглядят прекрасно.

«Хотя, – продолжала она рассуждать сама с собой – может это два в одном: воздух и умение наслаждаться моментом. Сколько взрослых здесь занимаются спортом на свежем воздухе – не ради формы, а ради удовольствия. Сколько красивых молодых людей и девушек носят стильные и необычные вещи. Не «выверенные» до каждого миллиметра smart casual стильные луки, по которым среди местных сразу легко выделить приезжих из РФ, а то, что хочется. Здесь нет слишком короткого, слишком яркого, слишком вызывающего – не нужно думать, что о тебе подумают другие». Не везде, конечно, но в тех молодежных районах, где она обычно останавливалась, витал это дух свободы. Свободы быть собой.