Отель
Шрифт:
Фермер показал на стакан с остатками джина.
– Присаживайтесь. Может, выпьете?
– Я вообще-то уже… – фермер воздел глаза и зашевелил губами, подсчитывая, – семь лет два месяца двадцать два дня. Но раз хозяйка просит, давай, девушка.
Секретарь откинула столик у бара, и под мелодию «чижик-пыжик» гостю открылись несметные богатства.
– Я сама справлюсь, – отпустила Чарли секретаря, которая во все глаза наблюдала за происходящим. – Вам смешать?
– Нет уж, яйца отдельно…
– Какие яйца? – не поняла Чарли.'
– Это у нас так говорят. Извиняйте. Когда дело с бездельем путают. Водка есть водка. Смешаешь, только голова потом болит. Давайте о деле. Я тут с нашими все просчитал. Мелькнула мысль. Что бы нам не скрестить ихнего страуса с нашим индюком? А что, птица крупная… А? Каково? Вот здесь, в журнале, заметочка имеется. По генной инженерии. Коров без быков давно оплодотворяют, а мы почему страусиху не можем? Можем. Да мы дублей понаделаем страшное количество. Надо только очень захотеть.
– А захочет?
– Кто? Страусиха? Да кто ее спрашивать будет.
– Природа.
– Природа? А ее кто спрашивать будет? Вы журнальчик-то возьмите. Пригодится. На ночь, знаете, хорошо. Что вы, клонирование – это так модно теперь!
Чарли с тоской подумала, что вот сейчас, сию минуту, рушится прекрасная идея о страусиной ферме. Как и все женщины, Чарли в глубине души была мечтательница, и только впитанная с детства аксиома, что за всеми идеями в конце концов должен стоять реальный труд, реальные деньги и затраченное время, заставляла ее трезво оценивать все поступающие предложения. Нечего было и думать о том, чтобы предъявлять этого «ковбоя» акционерам. Разве что в качестве шута.
– Ну, спасибо, что зашли.
Она встала и протянула руку попрощаться. Но не успел удивленный фермер взять ее ладонь в свою, как за дверью в приемной раздался посторонний шум. Кто-то явно рвался в кабинет, а секретарь, верная своему долгу, стояла насмерть.
Внезапно «ковбой» изменился в лице:
– Ну я побежал, да? Вот журнальчик. Я заскочу попозже… У вас тут ведь один выход? Ах, как не хорошо. Как глупо у вас тут устроено..
Дверь открылась. Видимо, напор на секретаря был таков, что сопротивление ее бесславно закончилось, а кнопку вызова секьюрити она нажать не успела. В офис ввалился тучный мужчина с круглой лысой головой и большим носом. Прямо-таки чудовищных размеров носом.
– Вот ты, гнида, где!… Меня там не пускают, а он тут как тут. Тебе сказано было внизу ждать, скотина безрогая!
– Не имеешь права. Мой сын яйца из загранки привез! – крикнул «ковбой» и спрятался за спину Чарли.
– Те, которые тебе дали, ты по пьянке побил! Нет, вы на него посмотрите, его взяли в город… Батарейки купить, гад, собрался, а он меня же внизу милиции сдал и мою же ферму продавать собрался!
– Подождите, господа, давайте по очереди. Это ваша ферма в Зарайске?
– Моя, – сказал вновь прибывший.
– Наша, – сказал «ковбой» не моргнув глазом и снова прячась за спину Чарли.
– Я тебе дам «наша»! – надвинулся на Чарли обиженный.
Чарли нашла единственно правильный выход из этого положения. Она уронила стакан с виски. Звук бьющегося стекла заставил всех замолчать.
– Так… – сказала Чарли. – Ферма – ваша?
Лысый кивнул.
– И вы не собираетесь скрещивать индюков со страусами?
– Боже упаси. Это мой племянник. Он раньше в колхозе зоотехником был. Всех по миру пустил со своими проектами. Пускай своих попугаев с курями крестит. Я ж пожалел его. Пусть, думаю, у меня на ферме пока птичье гов… грязь убирает. Может, чему научится. Потом смотрю, страусы какие-то нервные стали. А этот гаденыш по ночам ходит, уговаривает их скрещиваться… Тимирязев недоделанный… Мичурин лысенковский…
– Ты за наукой следи, темнота!… Клонирование!…
Чарли поняла, что сейчас все начнется снова, и подняла над головой еще один стакан.
– Не надо! – остановили ее.
– Давайте ваши бумаги. Я посмотрю. Идея мне нравится. Вы посчитали, в какую сумму обойдется модернизация и оснащение вашей фермы?
Лысый кивнул и протянул обычную картонную папочку с ботиночными шнурками.
Чарли мельком взглянула на бумаги. Главным образом ее интересовала конечная сумма. И хотя написано было от руки, но прилежным почерком. Все можно было разобрать.
– Понятно? – встревожился фермер. – Дочка всю ночь писала. Она у меня счетовод.
– Не мало? – спросила Чарли.
– Будет мало, еще попросим под залог.
– Нет. Так не пойдет. Капельные вливания нужны при уже хорошо отлаженном деле. А мы с вами имеем еще очень и очень молодое предприятие.
Чарли взяла со стола ручку и приписала к конечному результату еще два нуля.
Лысый вытащил носовой платок и вытер блестящую поверхность головы. Крякнул.
Чарли показалось, что она слышит, как скрипят мозги в голове у этого русского фермера.
– Давайте сделаем вот что, – сказала Пайпс. – У меня сегодня очень важное собрание. Мы будем решать финансовые вопросы. Вы не могли бы задержаться у нас на один день? Номер предоставим. Я хотела бы познакомить вас с некоторыми людьми. Вы сможете внятно рассказать о своей ферме? Каким видите ее будущее? Финансовые затруднения… Впрочем, у вас есть время подготовиться. Мой секретарь поможет.
Чарли вызвала секретаря и проинструктировала ее относительно номера, а также насчет помощи фермеру. Необходимо было отсканировать его бумаги. Привести их в соответствие со стандартом и размножить в десятке экземпляров.
Принципиально идея была неплоха. Кроме рассмотрения вопросов о поставщиках оборудования, продуктов, открытия сети мини-шопов, рассмотрения докладной Корзуна о мерах по улучшению пожарной безопасности она хотела втиснуть в выступление перед акционерами этого фермера. Интуитивно Чарли чувствовала, что может наступить очень напряженный момент и тогда необходима будет разрядка. В качестве разрядки она намеревалась подкинуть им русского мужичка из Зарайска. Он ей понравился. Понравится ли им, сейчас ее не интересовало, но то, что часть огня он возьмет на себя, – это к гадалке не ходи. Конечно, если бы она располагала полноценным компроматом на чеченцев, все было бы проще. Но в данный момент она им не обладала.