Чтение онлайн

Этот ослепительный фон добавил яркости коллекции его бриллиантов, зато знаменитый рубин среди них словно бы потемнел.

Герцог де Валлонкаше, игравший в пикет против Боврэ, оторвался от карт.

– Вы припозднились, граф. Я вас заждался. Сен-Жермен поклонился с легкой улыбкой.

– Прошу прощения, герцог, меня задержало одно неотложное дело. Надеюсь, однако, мое опоздание не помешает решить нам свой спор. Итак, я здесь и всецело к вашим услугам.

Де Валлонкаше усмехнулся.

– Боюсь, теперь занят я. Но спор действительно надо решить. Пора наконец выяснить, кто тут лучше играет.

– Вот и выясняйте, – сварливо заметил Боврэ.– Играем, Валлонкаше!

Он сдвинул на сторону кремовое жабо и расстегнул две пуговицы зеленого, как весенняя травка, камзола Лимонно-оранжевый полосатый жилет тут же засиял на приволье, затмив собой и отчаянную бирюзу туфель барона, и нежно-розовый шелк его панталон.

Валлонкаше, пожал плечами.

– Что делать, граф? Боврэ прав, игру надо кончить.

Сен-Жермен согласно кивнул.

– Я могу подождать.

Маркиз де Шеню-Турей, слышавший разговор, многозначительно подмигнул своему партнеру по картам.

– А что же за дельце, граф, вас так задержало? Если Сен-Жермен и уловил в этой фразе скрытый намек, то не подал и виду.

– Я навещал своего приятеля… музыканта Он покидает Париж, и похоже, что навсегда Мы заболтались, визит затянулся…

– Музыканты! – презрительно фыркнул Боврэ.– Чем могут быть привлекательны такие людишки?

– Полегче, Боврэ, – заметил Валлонкаше.– Людям искусства всегда есть что обсудить.

– Людям! Ха! – хмыкнул барон.– Скажите – шарлатанам!

Он вновь поправил жабо, демонстративно не глядя на Сен-Жермена.

– Барон в омерзительном настроении, – усмехнулся Валлонкаше, пытаясь сгладить неловкость.– Я, видите ли, все время выигрываю, и это его страшно бесит.

Не обращая внимания на Боврэ, Сен-Жермен вежливо поклонился и негромко сказал:

– Если это не нарушает ваших планов, Валлонкаше, я пока сыграю с кем-нибудь для разминки. Возможно, вам и удастся чуть позже обрушить всю свою мощь на меня.

Он отвернулся и направился в дальний угол, где играли в запрещенную хоку, но его остановили слова де Шеню-Турея, произнесенные хотя и вполголоса, однако достаточно громко, чтобы их услышали многие.

– Чертовски удобно являться сюда к утру. И игроком прослывешь, и много не проиграешь.

Даже не обернувшись к насмешнику, граф бесстрастно парировал:

– Если тут есть желающие сразиться со мной, я готов принять любой вызов. Прошу, называйте себя, господа.

Он стоял в центре роскошного зала: одинокая фигура в черном и белом. В одной руке – старомодная короткая трость, другая легла на эфес шпаги. Шум за столами затих, все головы повернулись.

Маркиз де Шеню-Турей, поколебавшись, был вынужден заговорить, однако в тоне его поубавилось спеси.

– Мы здесь играем в пикет, по десять луи ставка.

Сен-Жермен улыбнулся.

– Почему не по двадцать, чтобы не тратить время впустую?

Утопая в густом бельгийском ковре, он подошел к столику, за которым кроме Шеню-Турея сидели герцог Мер-Эрбо и барон д'Ильруж. Соседями их оказались де Вандом и де Ла Сеньи. Они, оставив свою игру, подталкивали друг друга локтями.

– Кому же из вас не терпится меня разорить? – спросил Сен-Жермен, опускаясь в кресло и расправляя полы камзола.

– Надеюсь, вы окажете эту честь мне? – быстро произнес Шеню-Турей, обменявшись взглядом с Вандомом.

– Буду счастлив, – ответствовал Сен-Жермен, ослепительно улыбаясь.

– Нет-нет, маркиз, – спохватился д'Ильруж.– Следующая игра по праву моя.

– Итак? – Сен-Жермен поднял бровь, ожидая.– Который из вас, господа? Д'Ильруж взглянул на маркиза.

– Вы и так играли весь вечер, – напомнил капризным голосом он.– А я все сижу и сижу. Дайте мне разыграть первый роббер. Если я проиграю, перчатку подхватите вы…

Шеню-Турей едва заметно кивнул и уступил свое место. Блуждающая ухмылочка завзятого игрока поразительно контрастировала с невинностью его внешнего облика: кукольными чертами лица, бледно-голубым атласным камзолом, жилетом из серебристой тафты и белоснежными кружевами. Он передвинул на другой конец стола кучку золотых луидоров и сказал де Вандому:

– Ставлю на барона, принимаю любые ставки. Кто против?

По залу пробежал шепоток, и вскоре к столику, за которым затевалась большая игра, подтянулись зеваки. Английский граф с лошадиной физиономией возбужденно вздохнул – сам он уже успел проиграться.

Д'Ильруж раздал карты и сосредоточенно задвигал бровями. Игра началась. Барон то сопел, то помаргивал, то дергал щекой, то шевелил беззвучно губами. Его же противника происходящее как будто не занимало. Граф с безразличным видом делал ходы и хмурился только изредка, когда д'Ильруж погружался в слишком уж длительное раздумье.

– Позер, – тихо шепнул соседу Вандом.– Он даже не смотрит в карты. Ставлю двести луи на барона, – сказал он чуть громче.– Этот роббер за ним.

– Принято, – быстро ответил Валлонкаше, прервавший свою игру, чтобы понаблюдать за поединком.

К столу подошли еще три человека.

– Ставлю на Сен-Жермена, – произнес с хохотком чей-то игривый голос.

Сен-Жермен, не оборачиваясь, произнес:

– Ступайте домой, любезный Жервез. Графиня будет вам рада.