Чтение онлайн

— Этот уголок создала ты? — помолчав, спросила Диана.

— Я, — подтвердила Клео. — Я тут люблю отдыхать… позволяю себе порою такую роскошь.

— Этот мирок кажется таким реальным, — пробормотала ее собеседница, откинувшись на упругую спинку сиденья. — Таким настоящим…

— А он и реальный — в своем роде.

— Да, но это вино и фрукты! — Диана подняла бокал с искрящимся напитком, чуть пригубила. — Я чувствую и вкус, и аромат…

— Иллюзия, — равнодушно пожала плечами Клео. — Я ведь говорила, многие живут в мире Сюрреальности века, не понимая, что умерли… едят, пьют… хотя и еда, и напитки — фантомны.

— Какая, по сути, разница, — блаженно вздохнула Диана и закрыла глаза. — Тут так хорошо… покойно.

— Именно! Покойно. Верное определение, — мрачно усмехнулась Клео. — От слова «покойник».

Диана содрогнулась. Открыв глаза, она выпрямилась и снова огляделась по сторонам. Теперь — более придирчиво.

— Пожалуй, этот мир чересчур идеален, — наконец, резюмировала она. — В этой идеальности есть что-то фальшивое.

— Да, это так, — кивнула женщина с оливковой кожей. — Я могла бы сделать этот мирок более реальным… но зачем?

— Хорошо, давай вернемся к более насущной проблеме, — предложила Диана. — Ты обещала мне помочь. Не передумала?

— Нет, с чего бы я вдруг передумала?

— В таком случае, может, расскажешь подробнее? — вежливо поинтересовалась Диана и оторвала от грозди винограда крупную прозрачную ягодку.

— Хорошо, — кивнула Клео, пригубив вино. — На самом деле все предельно просто. Путь души долог и сложен. Мир сюрреальности — только полустанок.

— Любопытная информация, — суховато заметила Диана — Не понимаю, к чему она мне.

— А к тому, что многие души возвращаются на Землю вновь… и важно поймать момент, когда такая вот душа совершит переходит из этого мира в мир людей. Именно тогда на долю микромгновения приоткрывается, образно говоря, Дверь, появляется щель между мирами… и в такую щель можно успеть проскользнуть.

Диана выпрямилась и судорожно сжала бокал. Глаза ее вспыхнули лихорадочным огнем.

— Интересная идея… И дальше что? Кем я буду?

— Тенью… — честно призналась Клео. — Но если у тебя достанет энергии, ты сможешь принять более видимую и осязаемую форму.

— И опять стать фантомом? — хмуро уточнила Диана.

Снова — поблекшие чувства. Снова — смазанные впечатления… снова — приглушенный полумир…

— Это единственный выход.

— Хорошо, — решилась Диана. — А у меня хватит энергии?

— Надеюсь. Ты сильная личность. Ты готова?

— Да, — твердо ответила женщина.

И будь, что будет!

Дорога в Ромус практически не заняла времени — должно быть, Кандида применила какой-нибудь хитроумный магический прием, из разряда тех, которыми любил пользоваться и Хуан, желая сократить то или иное утомительное путешествие. Во всяком случае. У Влада с Костей создалось впечатление, будто они прошли всего несколько переулков, когда лепность замков барокко и чрезмерная роскошь Агата сменились схематическими улицами и скучными, геометрически правильными зданиями. И даже погода изменилась — стало заметно прохладнее, воздух наполнился сыростью, а солнце, мгновение назад озарявшее нарядные площади жарким светом, скрылось за густым полотном серых облаков.

Костя поежился. Холодный ветер пробрался под его легкую батистовую сорочку, взъерошил и без того взлохмаченную шевелюру…

— Ну и погодка! — нервно усмехнулся парень.

Кандида окинула его высокомерным взглядом:

— Да, Ромус таков. Здесь вечная сырость.

— Мы уже в Ромусе? — поразился Костя. — Так быстро?!

— Быстро, — кивнула Кандида. — Я знаю секретные пути…

— Опять колдовские штучки, — поморщился, нисколько не удивившись, Влад.

Кандида мельком взглянула на него и равнодушно пожала плечами, решив, видимо, что столь очевидный ответ нет смысла озвучивать.

— Значит, мы в Ромусе… — пробормотал Влад, хмуро оглядываясь по сторонам.

Ромус был совершенно непохож на Агат. Правильные пропорции, монохромная цветовая гамма, безукоризненная симметрия, прямые углы и ровные линии ничем не напоминали вычурность форм и пестрость красок покинутого мира барокко.

И прохожие были совсем другими — женщины предпочитали объемным многослойным нарядам строгие платья в пол выразительных контрастных расцветок — белых, черных, красных. Волосы жительницы Ромуса собирали в высокие сложные прически, увенчивая хитросплетенные узлы чем-то вроде диадем или венцов.

Мужчины тоже отличались от агатовцев — в первую очередь, не походили на павлинов. Они не носили шляп, длинные волосы стягивали в тугой «хвост» и кутались в длинные светлые или серые плащи. Цвет плаща, как предположил Влад, характеризовал статус горожанина.

Впрочем, имелась еще одна публика — коротко стриженые женщины и наголо бритые мужчины. Причем и те, и другие были одеты практически идентично, вне зависимости от половой принадлежности, в какие-то куцые огрызки ткани.

— Рабы, наверное, — шепнул Костя на ухо другу, проследив за его взглядом.

Влад согласно кивнул.

Да, пожалуй, это действительно были рабы — суетливые, с дерганными отрывистыми жестами и испуганно бегающими глазами, они почти ни на миг не прекращали деятельности: что-то переносили с места на место, убирались, выполняли приказы элиты…

Рабы были смуглыми и поджарыми. Аристократы — бледные, черноглазые, с волосами цвета смолы… Они неспешно шествовали по унылым улицам, причем женщины — либо в сопровождении мужчин, либо в открытых экипажах.

— Мы выглядим неуместно в своих пышных нарядах, — заметил Влад, ощутив внезапную неловкость. — Тут все такие… мрачные, что ли.

— Ничего подобного, — спокойно возразила Кандида. — В Ромусе агатовцы — вовсе не редкость. Здесь не закрытая территория.

— Ясно… — автоматически протянул Влад, думая совершенно о другом. Только сейчас он окончательно осознал, что воля и способность принимать самостоятельные решения вернулись к нему в полной мере. Предыдущие несколько часов (или, кто знает, дней?) запечатлелись в памяти парня не вполне отчетливо. Воспоминания были словно подернуты рябью. Он действовал, словно сомнамбула, в полусне… и вот, кажется, проснулся. Наверное, Кандида решила, коль скоро цель путешествия достигнута, ослабить свою колдовскую «хватку»… ведьма!