Чтение онлайн

Но тут зомбаки прорвали оборону Калужского острога. Толпа взволновалась, из криков Гурбан понял, что «кукушки», оставленные на позициях с запасом патронов, еды и воды (точнее — прикованные цепями к развалинам), таки геройски погибли, да они и так держали оборону дольше, чем на них рассчитывали.

Зомбаки, никем более не сдерживаемые, устремились к Острогу-на-колесах.

Черно-бурые, покрытые коростой грязи туши мчались на людей, охваченных паникой. Если раньше у вагонов было столпотворение, то теперь вообще бог знает что творилось.

Авангард из сотни примерно зомбокабанов атаковал самоходный острог. Гурбан никогда не видел столько этих тварей сразу, даже у строительного гипермаркета стая собралась скромнее! Секачи и самки бились о колеса, вскарабкивались один на другого и вминали крепкие черепа в стены вагонов. Один кабанчик даже воткнулся рылом в решетку окна, да и застрял так.

— Сколько их тут?! По десять штук на квадратный метр?! — Фаза отстреливал тех зверюг, что перли на чистильщиков. Спортивная сумка Ксю, набитая патронами, оказалась очень кстати.

— Детка, ты как вообще? — Гурбан присел возле девушки.

На секунду в ее глазах появилось осмысленное выражение, а потом их вновь затопили слезы.

Плохо. У командира есть для блондинки работенка по специальности, но в таком состоянии она не справится даже с носовым платком, не то что с механизмом.

— Фаза, бери Ксю и дуй за мной! Отвечаешь за нее! Сдохни, но вынеси девчонку отсюда, понял?!

Великан кивнул, из «калаша» срезав зомболося, на рогах которого уместилась бы корейская малолитражка. Передние ноги сохатого подломились, он вспахал гравий ветвистым наростом на черепе, заодно отправив на тот свет троих бандюг, не успевших убраться с его пути. Заляпанный кровью зверь попытался подняться, но лишь засучил задними ногами, лягнув дымчатую рысь, намеревавшуюся прыгнуть на Ксю. Мявкнув, кошка отлетела метров на пять, не меньше. Подхватив с земли бесхозный автомат, Мясник всадил ей в живот очередь.

— К паровозу! Все к паровозу! Если разделимся или кто отстанет, идем к паровозу! — Гурбану оставалось только надеяться, что его услышали, ибо вокруг все превратилось в адский вертеп. Зверье врывалось в толпы бандитов, шматуя людскую плоть направо и налево. Олени и лоси поднимали калужан на рога, упавших затаптывали копытами, желтые тигриные клыки не единожды окрасились алым… Обезумевшие от страха и боли, потерявшие надежду бандюки палили во все, что движется, заодно расстреливая и своих. Гурбан видел, как здоровенный полосатый тигр с непропорционально большой головой, сплошь в костяных наростах, запрыгнул в тамбур, как в следующий вагон, вышибив решетку, пролез медведь, мех которого свалялся колтунами…

С трофейным автоматом наперевес Гурбан бежал, моля бога и черта, чтобы на пути никто не встал, не помешал добраться до треклятого паровоза. А потом он споткнулся о чей-то труп и, упав на одно колено, стрелял в полосатую морду.

Фазу сбил с ног хряк размером с вазовскую «Ниву». И Ксю, которую он нес, перестала вырываться и кричать, чтоб ее оставили, ей жизнь не мила. Вскочив, она методично всаживала в хряка очередь за очередью из ППШ, пока тот не издох. Доктор и Мясник подняли Фазу — тот вывихнул ногу — и потащили его, что уже само по себе было подвигом. Откуда Доктор нарисовался? Нарушил, значит, приказ, покинул вагон для бедных. Ну и молодец…

Паровоз все ближе и ближе. Завал впереди на путях к началу атаки зомбаков почти что успели разобрать, осталось всего ничего, пара ржавых кузовов, но больше некому с этой малостью справиться…

Огнем из автомата прикрывая продвижение своей группы, Гурбан кинул взгляд на Стену Калужского острога — и на спину словно плеснули холодным. Вокруг сейчас бушевала первая волна зомбаков, и не волна даже, а так, легкая рябь. Основная же масса четырехлапых была на подходе. А замыкали шествие двуногие, самые нерасторопные носители паразитов.

— Твою мать… — прошептал Гурбан.

А тут еще Сташев со своими скрылся в гондоле, винты завращались все быстрее и быстрее, вот-вот дирижабль отчалит!

Стиснув зубы, Гурбан принял непростое для него решение: не преследовать пока что Сташева, но сохранить своих людей. И пусть враг не торжествует, ничего еще не кончено!

Паровоз неожиданно возник рядом — уж слишком чистильщики были увлечены отражением атак зомбаков. Нависла над ними мрачная черная туша, сделанная еще прадедами, если не их отцами. В тушу эту тысячу раз стреляли, зомбаки точили об нее когти, но дитя парового века выжило вопреки всему.

— Пора сваливать отсюда. Доктор, пополам порвись, но отцепи вагоны!

И Доктор, который в механизмах понимал столько же, сколько обезьяна в высшей математике, кинулся исполнять приказ. Пополам он не порвался — всего лишь сломал дробовик, но с автосцепкой справился. Кто знал, как Доктор трепетно относился к огнестрелу, понял бы, чего стоила ему эта жертва. Но лишний груз чистильщикам ни к чему. Тем более

такой груз

— вагоны, забитые под завязку самым опасным и подлым отребьем Территорий. С калужскими на прицепе в Москву не пустят, а если по недосмотру и примут на Курском вокзале, так потом же вместе со всей кодлой и грохнут, не дав носу показать из шлюза.

Серега Мясник первым влез на паровоз и проник в кабину. Потом высунулся наружу:

— Чисто. Только зомбак, похоже, похозяйничал, машиниста, пацана совсем, загрыз.

— Ага, вот охраны и нет уже. И хрен с ним, с пацаном тем, у нас свой машинист есть! — прохрипел Гурбан. — Точнее, своя… Убирай труп!

Сереге дважды повторять не надо было.

А потом Гурбан и Ксю, пока Мясник прикрывал их, помогли Фазе вскарабкаться в кабину. Подсадив Ксю, Гурбан остался ждать Доктора, который что-то задерживался.

Хорошо хоть ждать пришлось недолго.

— Ты вроде как не торопишься, да?!

Ариец виновато пожал плечами.

— С задачей справился?

— Обижаешь, командир! Дробовик только жалко, хороший был дробовик…

Пропустив скорбящего Доктора вперед, Гурбан влез в кабину, захлопнул за собой массивную дверь, укрепленную бронелистом, и задвинул засов. Тут было сумрачно, из-за того что все отверстия, ведущие наружу, сократили до минимума — смотровых щелей вполне хватало экипажу машины боевой, чтобы следить за путями впереди и наблюдать обстановку на флангах.