Чтение онлайн

Они гипнотизируют нас взглядом. Даниил беспечно здоровается, представляет меня, я вежливо улыбаюсь, но что-то явно не так. Попахивает какой-то загадкой.

Я почти упускаю суть их диалога. Слишком уж странно на меня смотрит эта девушка. Почти неотрывно. Не удивлюсь, если она даже не моргает. Что не так? Я где-то спалилась? И чем это грозит?

Отвожу взгляд, пытаясь хоть так отвлечься от происходящего. Слишком устала от навалившейся новой жизни с её скелетами в каждом шкафу. Как-то даже не тянет анализировать. И этот ящик Пандоры совсем не хочется открывать. Тем более трогать. Взорвёт.

Я уже даже не против, чтобы Даниил решал за меня. Хуже всё равно не будет, а там как-нибудь разберусь.

– Я прослушала, а как вы познакомились? – вдруг доносится до меня вопрос странной брюнетки.

А я вдруг жалею, что прослушала, как её зовут. Ладно, потом как-нибудь спрошу у Даниила. Надеюсь, хотя бы из этого он не будет делать тайну.

– А я и не говорил, – обаятельно улыбаясь, просто отвечает Даниил.

Я прикусываю губу, чтобы подавить неуместный смешок. Браво. Вынуждена признать, Даниил – отличный актёр. Умудрился сказать так, что ответ вообще не звучит обидным. Причём ещё и дал понять, что тему продолжать не собирается, но при этом – что в ней нет ничего такого, что мы бы хотели скрыть. Отнёсся к этому как к пустяку и умудрился сделать так, что все вокруг заразились этим отношением.

– Хочешь за стол? – вдруг ласково обращается ко мне Даниил.

Понимаю, почему – окончательно закрыть тему. Что ж, сейчас наши желания совпадают. Слишком уж мне не нравится цепкий взгляд той девушки. Не знаю, что ей дала бы правда, но узнавать совсем не тянет.

– Да, давай, – мой голос невольно снижается. Слишком уж тепло Даниил смотрит. Даже не по себе от такой искусной игры. Его взгляд обволакивает, и я с трудом отвожу свой на ту странную парочку. – Вы с нами?

Они вежливо отказываются, а я еле сдерживаю вздох облегчения. Если энергетические вампиры существуют, то эти явно из них.

Стол, конечно, роскошный. Никогда не была на подобных приёмах, и половину блюд даже не знаю. Я сажусь с небольшой опаской. За мной ведь по-прежнему следят. И особо внимательные наверняка могут заметить, что всё это в новинку для меня.

Не знаю, какое мне до этого дело. Если бы было так важно казаться своей, Даниил наверняка сказал бы мне. Да и вообще, не факт, что в этом безмолвном и на первый взгляд невидном противостоянии мне выгоднее быть на его стороне. Но почему-то всё равно так спокойнее.

Даниил садится рядом и, наконец, перестаёт меня касаться. Не скажу, что так легче. Но странно, когда он обнимал меня за талию, держал под руку, порой поглаживал пальцами, – я воспринимала это слишком естественно. Толком не сосредотачивалась на этом, если только в начале. Быстро привыкла. Наверное, отвлекали другие переживания. Но теперь, когда он отпустил, я почему-то всё ещё чувствую его тепло, и даже приятную тяжесть его руки. Словно какое-то полу прикосновение, отголосок…

Я на время застываю, не понимая свои ощущения и ход мыслей. Приятную? Да, Даниил красив, да, хорошо играет и да, умеет касаться… Причём даже в таких, казалось бы, безобидных тактильных моментах. Но я не какая-то дурочка, чтобы растекаться от этого лужицей. Видимо, сказываются нервы.

Даниил быстро понимает, что у меня проблемы с ориентированием во всей этой экзотике. Он в ненавязчивом разговоре поясняет мне, что есть что. Умудряется делать это так, чтобы не было ощущения подсказки. Просто разговор, жизненные воспоминания, шуточки и тому подобное.

Я подыгрываю слишком машинально. Почти даже естественно. Наверное, лучше, чем за весь вечер, вместе взятый. Улыбаюсь, делаю выбор.

Да и со столовыми предметами проще. Даниил сразу начинает есть, как вздумается, игнорируя кучу ложек, вилок и ножей. И я быстро понимаю, что его жена, наверное, тоже не будет заморачиваться этикетом, пусть даже в таком обществе. Этого человека не заключить в рамки, и логично, что партнёршу он выбрал себе под стать.

Она улыбается мне. Заглядывает в глаза и смеётся над какой-то моей шуткой. Сидит слишком рядом, иногда невольно касаясь сгиба моего локтя, что-то говорит и ест. Несколько раз поворачивается ко мне, такая открытая и будто даже искренняя.

А меня уже чуть ли не ведёт, и каждый из этих долбанных случаев лишь сильнее распаляет. С самого начала этого чёртового вечера я лишь жду, когда он наконец закончится. Вообще необязательно было принимать приглашение на приём. Меня тут достаточно хорошо знают, чтобы понимать, что отказ был бы естественным и ничего не значащим. Но нет. Наплевав на всё, я решил привести сюда Лизавету.

Показать им, что она под защитой. Что она моя, в конце концов.

И, наверное, именно это и бесит больше всего – собственная дурацкая щепетильность в вопросах её защиты. Вошло в привычку?

Нашёл, называется, смысл жизни. Стать своеобразным опекуном для девчонки, родители которой угробили мою семью.

Морщусь своим мыслям. Не совсем так всё было. Но какая нахрен разница?

Мой взгляд вдруг падает на её ноги. Сам собой, случайно, но цепляется за открывшуюся картинку слишком уж настойчиво.

Можно подумать, я впервые вижу женские ножки. Пусть и такие стройные, аккуратные, с явно нежной кожей… Да таких полно. Даже тут, на этом приёме, хватает. Но какого-то чёрта я откровенно пялюсь именно на её.

Вспоминаю, в каком виде она приехала ко мне.

Мешковатый свитер, брюки явно не её размера – вся такая спрятанная. Настолько демонстративно, что даже не злило. Позабавило.

Но при этом Лизавета даже в этом умудрялась выглядеть мило, трогательно, женственно. В груди странно укололо. Она далека, мы из разных миров. Я и не понимал, к чему тогда подумал об этом.

Увидев её впервые, я разом окунулся в дико смешанный и бурный водоворот спутанных эмоций. Я думал, что буду ненавидеть. Обуза, напоминание прошлого, дочка своих родителей. Она была чертовски похожа на них, пусть и сама того не знала.

Не знала их…

Не знала ничего обо всём этом. А если бы узнала, возненавидела бы меня ещё сильнее, чем сейчас.

А у меня не было ненависти. Я ведь давно пошёл по другому пути. Осознал, насколько губительно было всё то, чем мы занимались тогда. Я, моя семья, её семья… Противоборство, кровь, угроханные жизни. Последствия. Чёртовы последствия, которые мы огребали до сих пор, хотели того или нет.