Чтение онлайн

Я поморщилась.

– Затем я заезжал еще пару раз, когда она пропадала на несколько дней и мы начинали беспокоиться. – Парень барабанил пальцами по рулю. – Клайд и Перл через день навещали ее, чтобы проверить, все ли в порядке.

– А ты? Ты тоже ее навещал?

Он кивнул.

Прикусив губу, я постаралась подавить чувство вины, которое захлестнуло меня при его словах. Эти люди, за исключением Клайда, были ей практически никем, а я, родная дочь, не то что через день – даже раз в год не приезжала, чтобы проверить, жива ли она или уже умерла от передозировки. В конце концов, в этом ведь и заключалась цель их «визитов».

Справиться с чувством вины мне не удалось.

– Мы с мамой не очень близки. Мы…

– Калла, я догадался, что вы не близки. Я все понимаю, – перебил меня Джекс, нахально мне улыбаясь – парень не мог не знать, насколько притягателен изгиб его губ, чтобы демонстрировать его всем и каждому. – Тебе не нужно мне ничего объяснять.

– Спасибо, – не подумав, ляпнула я и тут же почувствовала себя глупо.

В ответ он лишь кивнул.

Остаток пути до маминого дома прошел в молчании, и я удивилась, когда Джекс припарковался на подъездной дорожке и пошел следом за мной к двери, прихватив стаканы со сладким чаем.

Повернув ключ в замке, я посмотрела на него.

– Заходить не обязательно.

– Я знаю, – улыбнулся он. – Но я не очень-то люблю есть за рулем. Ты ведь не будешь возражать?

Мне очень хотелось его выставить, но это оказалось выше моих сил. Кивнув, я распахнула дверь.

– Супер, – бросил Джекс, а затем проскользнул мимо меня и вошел первым.

– Будь как дома, – пробормотала я.

Но Джекс не слышал меня, потому что двигался на ощупь вдоль стен в поисках выключателя. Наконец, свет включился. Потом парень осмотрел пространство напряженным взглядом, как будто ожидая, что из-за старого дивана в любую минуту может выскочить громадный тролль. Я прошла за ним на кухню, после чего он сказал, что ему нужно заскочить в туалет, а я поставила пакет на стол и начала вынимать оттуда еду.

Черт, он явно был здесь не в первый раз, так как в туалет на первом этаже он не пошел. Я услышала, как Джекс поднялся по лестнице, и задумалась, чем туалет наверху ему понравился больше, но моя голова уже отказывалась работать. Когда парень вернулся, я наконец отыскала среди купленной снеди свой гамбургер.

Джекс взял стул и устроился на нем справа от меня.

– Итак, – начал он, разворачивая сэндвич с курицей, – ты надолго приехала?

Я пожала плечами, вытаскивая из своего гамбургера соленые огурцы.

– Пока не знаю.

– Наверное, ненадолго, да? Делать здесь нечего, а раз уж твоя мама слиняла, оставаться тебе нет смысла. – Он уставился на мой гамбургер. – Ты что, огурцы не будешь?

Когда я покачала головой, он забрал их себе.

Я успела прожевать два куска, прежде чем Джекс продолжил свои расспросы.

– Учишься в колледже? В Шеперде?

Гамбургер застыл у моего рта.

– Откуда ты знаешь?

Джекс развернул свой и положил мои огурцы под верхнюю булку.

– Клайд время от времени о тебе рассказывает. Да и Мона тоже.

Я напряглась всем телом. Мама явно не рассказывала обо мне ничего хорошего.

Повисло молчание. Джекс убрал с гамбургера одну из булок и согнул оставшуюся пополам, наподобие буррито.

– Так на кого ты учишься?

Я положила недоеденный бутерброд на бумагу.

– На медсестру.

Брови Джекса взлетели на лоб, он присвистнул.

– Что ж, теперь мои фантазии о медсестрах в коротеньких белых юбках стали гораздо ярче.

Когда я прищурилась, он улыбнулся.

– Почему ты выбрала именно эту профессию?

Заворачивая половину бургера в бумагу, я пожала плечами. Я точно знала, почему выбрала именно эту специализацию, но признавать это было нелегко, поэтому сменила тему.

– А что насчет тебя?

– Что я делаю помимо работы барменом? – Он доел гамбургер и перешел к картошке фри.

– Ага. – Я не сводила с него глаз. – И помимо обжорства.

Джекс снова рассмеялся своим глубоким, сексуальным смехом.

– В данный момент я просто бармен. Но было и кое-что еще.

Взяв с меня пример, он не стал продолжать, а я не стала настаивать. Из-за этого количество тем для разговора значительно сократилось.

– Картошки?

Я покачала головой.

– Да ладно тебе. Это ведь самое лучшее в фастфуде. Нельзя отказываться от картошки. – Его глаза еще сильнее потеплели. – Чистое масло, углеводы и соль. Райское наслаждение.

Мои губы изогнулись в улыбке.

– Не похоже, чтобы ты ел много углеводов.

Джекс повел широким плечом.

– Я бегаю каждый день. Хожу в спортзал перед баром. Поэтому ем что хочу и когда хочу. Жизнь превратится в полный отстой, если постоянно укорять себя за то дерьмо, которое тебе хочется.

Боже, уж я-то знала, насколько это верно!

Так что я взяла ломтик картошки. А потом еще один. Ладно, потом еще штук пять. В конце концов я встала и выкинула весь мусор в ведро, где, как ни удивительно, лежал новый мусорный пакет. Пока я мыла руки, Джекс поднялся, подошел к холодильнику, открыл его и снова присвистнул. Я понятия не имела, что он делает. В холодильнике не было ничего, кроме приправ.

Захлопнув дверцу, он прислонился бедром к столу. Затем оглядел желтые стены – Клайд покрасил их, прежде чем мы переехали в этот дом, – исцарапанный стол, за которым мы ели, и глубоко вздохнул. Его прекрасное лицо стало серьезным. Подбородок выдвинулся вперед. Полные губы сжались в тонкую линию. Глаза потемнели до цвета красного дерева.

– Ты здесь не останешься, – объявил Джекс.

Моргнув, я повернулась к нему правой щекой.

– По-моему, мы это уже обсудили.

– В холодильнике нет еды.

– Представь себе, я заметила. – Я сделала паузу и скрестила руки на груди. – В отелях тоже еды не бывает, а за комнату приходится платить.

Джекс наклонился в мою сторону, и я опустила взгляд. Узкая талия и бедра. Явно бегает.

– Отели здесь не очень дорогие, – сказал он.

Я вспыхнула от раздражения. Само собой, я понимала, что рано или поздно мне придется сходить в магазин, ведь я собиралась здесь остаться, а без еды прожить было невозможно. Я понимала и то, что мне нужна машина на ходу, а это означало, что на нее нужно потратить бог знает сколько денег. Еще я понимала, что, чем дольше я здесь пробуду, тем быстрее у меня закончатся средства, но других вариантов просто не было. Идти мне было некуда – по крайней мере, до начала занятий в конце августа.