Оспинка
Шрифт:
Узнать её, впрочем, не составляло труда. Часка Монтеро была единственной из рождённых на Кайласе людей, кому прививали оспу. Её родители (сами биологи) слыли фанатами вакцинации и никакие аргументы коллег, что, мол, оспе, как и большинству прочих болезней, неоткуда взяться в чужой экосистеме, а все колонисты, прибывшие с Земли, привиты, проверены кучей комиссий, на них не действовали.
Девушка стояла на самом краю провала, врезающегося в Плато длинным изогнутым языком, и смотрела куда-то вниз. Тёплая погода позволила ей выйти наружу в лёгком сарафане, несмотря на обычно суровый климат приполярного плоскогорья. Такие деньки здесь выдавались редко, и она, похоже, получала удовольствие стоя на краю обрыва, где мощный но тёплый поток, поднимающийся вдоль отвесной скалы, пытался сорвать её лёгкое облачение.
Саня почти услышал тихий стон парней перед мониторами боевого информационного центра, куда сходились информационные потоки со всех постов, но даже не усмехнулся. В другой раз он и сам с удовольствие полюбовался бы стройной фигуркой, выразительными движениями и жестами молодой девушки. Дал бы волю фантазии. Проблема, однако, заключалась в том, что стояла она практически на линии огня, и Шитиков покрылся холодным потом при мысли, что если вдруг прямо сейчас появится орда манчеров (а по одиночке или мелкими группами они налёты не делали), ему придётся надавить на гашетку. И снаряды авиационной пушки растерзают девушку раньше, чем сразят первого врага.
– Вот же зараза малолетняя!
– ругнулся он.
– Оспинка, твою мать!
Но сделать ничего не мог.
***
Некоторое время Оспинка, как Шитиков стал называть про себя девушку, гуляла над обрывом и возле холмов, а потом вышла из его сектора наблюдения. Очевидно воспользовалась для возвращения в город шлюзом другой опоры. Сам Шитиков сменился ещё через час, сдав вахту своему лучшему приятелю - чернокожему сержанту Диама. Немного подумав, он решил, что заваливаться спать ещё рано, а вот навестить лейтенанта самое время, поскольку на вечер капитан назначил проверку боеготовности и будет не до посторонних разговоров. Хотя, как посмотреть.
Он принял решение и шагнул в прохладную сырость внутренностей опоры. Домкраты в опорах, как и гусеничные модули, не использовались уже три года. Саня не был уверен, что случись вдруг необходимость, система заработает как надо Всё, что могло ржаветь, давно заржавело от сырости, а что ржаветь не могло, покрылось местным аналогом чёрной плесени. Обитатели города-платформы добавили проблем, используя пространство не по назначению - главным образом для выращивания шампиньонов.
Он вовремя заметил шевеление среди мешков, усыпанных мелкими шляпками грибов, и быстро достав шокер, нажал на спуск. Оружие выпустило проводки по которым скользнула молния. Крыса упала к его ногам. Белая крыса. За неимением конкуренции она заняла нишу серой. Подобрав трофей, он продолжил подъём.
Когда-то на платформе работало две сотни человек, а теперь жило четыре тысячи. Раньше продовольствие доставляли сюда вертолётами, теперь всё приходилось выращивать на месте. А вот места как раз и не хватало. Поэтому каждый квадратный сантиметр поверхности и каждый кубический сантиметр внутреннего объёма шёл в дело.
В тёмных лифтовых шахтах висели пожарные рукава наполненные субстратом. Там росли всё те же шампиньоны. Мешки с субстратом стояли в каждом углу, на каждой площадке лестницы.
Но нормальной пищи всё равно не хватало, и две третьих рациона составляла паста, приготовленная из дрожжей и водорослей, которые разводили в баках, ранее предназначенных для хранения радиоактивных отходов.
Лейтенант Сэйери обитала в синем контейнере на третьем уровне контейнерного городка, что занял место площадки, где раньше хранились обсадные трубы. Здесь офицер жила, здесь же принимала подчинённых.
– Что у вас сержант?
– спросила она.
– Вообще-то я и сама планировала послать за вами после перерыва, но коль явились, докладывайте первым.
Интересное кино. Зачем он мог ей понадобиться? Но ведь не скажет старая карга раньше, чем вытащит всё из него. Её желание важнее любопытства какого-то сержанта.
– Тут такое дело, мэм, - сказал Саня.
– Надо бы запретить Монтеро выходить одной за периметр.
– Здесь не казарма, сержант, здесь живут обычные люди. Наша обязанность обеспечить их безопасность, а не устанавливать режим.
– Но она стояла в секторе обстрела. Появись вдруг орда, мне пришлось бы стрелять сквозь неё.
– Ладно, Шитиков. Давай на время забудем про чины. Присядь.
Саня немного удивился, но кивнул и сел, сохраняя всё же спину прямой.
– Хочешь выпить?
– лейтенант открыла потайной шкафчик и поставила на стол бутылочку со спиртом, а рядом с ней две малюсеньких - с напёрсток - стопочки.
– Не откажусь, - кивнул Саня.
Вообще он не любил пить с начальством, но и от приглашения никогда не отказывался. К тому же пережитый стресс нуждался в компенсации.
Лейтенант разлила и они выпили не чокаясь.
– Ты должен кое-что знать, - начала Сэйери.
– Гражданские... допустим не все, но многие... не просто считают девушку способной или смышленой. Они считают её единственной надеждой колонии. В будущем, конечно, пока она слишком юна. Ей многому предстоит научиться.
Саня кивнул. Восхищения преподавателей и воспитателей в адрес юного дарования уже достигали его ушей.
– Не знаю, правы они или нет, - продолжила офицер, разливая по второй.
– Лучше бы оказались правы, потому что иных перспектив для нас я, честно говоря, не вижу. Но если с ней что-то случится... Потеря для колонии будет критическая. И это грустно, если подумать. Система обречена, коли зависит от отдельного человека.