Чтение онлайн

– Эй, стоять, где обувь?

– Да пошёл ты...

Наконец дежурство кончилось, прозвенел звонок, и мы отправились учиться. Сегодня многие из ребят, нажили себе много врагов. Только самые трусливые и нечистые на руку из нас, которые, нарушая правила, пропускали своих друзей и других, всех, кто покруче, нажили себе не врагов, а друзей.

На перемене ко мне подошло несколько ребят из моего класса, в том числе девочки.

– Слушай, Антон, ты зря так их опустил, они тебе это припомнят, смотри, убьют они тебя или изобьют до полу смерти.

– Да пошли они.

– Ты этих отморозков видно не знаешь. Это же последние скоты на самом деле.

– Знаю, и слышал о них не раз, они совсем уже оборзели, а дисциплинарное взыскание им в дело, это самое то.

– Блин, да кто бы спорил, да они сволочи, но пойми ты, эти скоты тебе потом отомстят.

– Может, отомстят, а может, нет, увидим.

– Ты смелый, да глупый.

– Я не смелый, и не глупый, но что они могут мне сделать? Побьют? Ну и что, если побьют, им потом влетит десятикратно, одними козлами в школе меньше станет. Просто надо будет привлечь к конфликту взрослых.

– Жаловаться старшим стрёмно. Так последние чмо поступают.

– Что же стрёмного в том, чтобы привлечь к ответу козлов и подонков? Если кто-то нарушает закон, он должен быть наказан, это нормально. Напасть и побить кого-то, это прямое нарушение закона, нет ничего стрёмного в том, чтобы привлечь на свою сторону роботов или полицию.

– Вот увидишь, тебе это аукнется, даже если они козлы, кто бы, что не говорил, потом тебе всё припомнят.

– Да пофиг, я буду защищать свои права.

К нам сзади подошёл какой-то малявка.

– Эй ты, смертник.

– Что тебе отсос?

– Верзила просил передать, что тебе хана. Они тебя за уши на заборе повесят.

– Передай ему, чтобы шёл он в жопу и ещё дальше. Если что мне сделает, я его в тюрягу по гроб жизни упеку.

– Ну, всё, конец тебе придурок.

* * *

Я вышел из школы, попрощался с друзьями и втроём с Андреем и Серёгой направился домой, мы отошли от школы не далеко, метров на пятьдесят. Они прятались в подъезде, человек десять, крутых парней, крутых только пока их больше, но не один на один. Андрей крикнул:

– Антон беги, это они.

Но я не побежал, а вот ребята дали стрекоча, но остальных они не преследовали, они подбежали ко мне, окружили, и стали толкаться. В основном толкали в спину, настоящие ничтожества всегда бьют в спину, или тех, кто слабже.

– Ну что козёл, нам из-за тебя влепили дисциплинарное, конец тебе.

– Сами вы козлы, и мудачьё.

– Ну, всё сука, конец тебе.

Один из них ударил сзади мне под колено, я упал, другой пнул меня в лицо, я отлетел, они встали вокруг и стали пинать меня лежачего, пинали довольно долго, я отключился.

* * *

Я пришёл в себя в больнице, почти сразу же ко мне подошёл робот, на нём были синие знаки, робот полицейский. Не просто врач, не просто страж, это полиция, настоящий почти боевой робот, следящий за порядком, обезвреживающий преступников.

– Кто на вас напал?

– Я не помню имён, но это парни из "Ж" класса, четверо, им ещё сегодня утром влепили дисциплинарное взыскание из-за меня.

– Хорошо, только взыскание им влепили вчера, а не сегодня. Вы спали ночь, вас сильно избили, многочисленные гемотомы, переломы кисти и сломано шесть рёбер. Вы были в очень тяжёлом состоянии, сейчас нано роботы вправили и зафиксировали сломанные кости.

– Понятно.

– Вы будете подавать на них заявление?

– Конечно, обязательно.

– Тогда я фиксирую ваше заявление прямо сейчас.

– Я обвиняю эти десять человек...

* * *

Я пролежал в больнице месяц, пока не срослись сломанные кости и порванные мышцы и сухожилия. Всё это время обвиняемых держали под стражей, они отрицали свою вину, утверждая, что я просто неудачно упал, а они подоспели, чтобы помочь. Но обвинение над ними висело серьёзное.

Я вошёл в здание суда, сел на своё место, последним пришёл судья, как и положено согласно протоколу. Я посмотрел на право, всех десятерых держали в наручниках в клетке, как особо опасных преступников. И это притом, что они даже несовершеннолетние. Я осмотрелся, обычное помещение, деревянные столы, гобелены, десяток роботов по углам и у входа. Адвокаты и другие участники процесса. Судья встал, и ему начали читать обвинение.

– Умышленное нападение на улице, групповое избиение с тяжкими последствиями и переломами, предельно жестокое и бессовестное. Мотив, особо отягощающее обстоятельство, жертва соблюдала правила школьного распорядка, и не пустила нарушителей согласно уставу в школу. Фактически жертва была избита за то, что соблюдала законы и тщательно исполняла свои обязанности. Нападение на дежурного при исполнении в школе, дисциплинарное взыскание, последующая месть на улице, избиение групповое, с тяжёлыми последствиями.

– Хочет ли обвиняемая сторона сказать что-либо в своё оправдание?

– Мы хотим сказать, что очень раскаиваемся в содеянном, нам стыдно, мы никогда так больше не поступим, и мы не поступали так в прошлом, просто что-то замкнуло, мы хотели бы попросить прощения, и прийти к примирению. Я прошу обвинение снять с нас обвинение в нападении, мы готовы финансово компенсировать ущерб.

– Обвинение, вы готовы простить этих ребят? В случае, если вы простите их, им будет грозить административный штраф на сумму в пятьсот кредитов в вашу пользу.

Я взял слово.

– Ваша честь, я бы хотел сказать следующее. Эти люди законченные отморозки и подонки, никакого раскаяния в помине у них нет. Единственная причина их официального раскаяния, это нежелание понести заслуженное наказание. Я абсолютно уверен, что если им сойдёт это с рук, они продолжат свои бандитские нападения на других ребят. Хочу подчеркнуть, что здесь и сейчас эти подонки нагло врут вам в глаза, потому что они терроризировали и избивали других ребят и в прошлом, и не один раз, не только меня, просто я первый кто осмелился подать на них заявление.