Чтение онлайн

Прошёл почти час, прежде чем Рагнар отложил книгу. Злость в его глазах поутихла, но на смену ей пришла холодная, жёсткая решимость.

— Это многое объясняет, — произнёс он наконец. — И я убеждён. Ты не мог знать, с чем я к тебе еду, и подделать эту книгу. Она настоящая.

— Благодарю за доверие, — кивнул я. — Что ж, тогда нам нужно мыслить шире, чем просто месть одному конкретному человеку, если мы хотим получить то, чего желаем.

Рагнар на это покачал головой.

— «Нам»? Я давно отказался от своих планов по выходу в море. Мои люди до сих пор с содроганием вспоминают тот кошмар. Часть населения моего города погибла в той атаке, и теперь мы даже смотреть в сторону океана боимся.

— Я понимаю твою нерешительность, — ответил я. — Но звучит так, будто ты со своим народом просто прогнулся под этих торгашей.

Мужчина надолго замолчал.

— Давай пока оставим мою мотивацию в стороне. Скажи, что же ты задумал? — спросил он наконец.

Вот и настал момент истины.

Я подался вперёд, сцепив пальцы в замок. Всё, что произойдёт дальше, зависело от того, насколько я смогу убедить Рагнара в серьёзности своих намерений.

— Ты поклянёшься хранить это в тайне? — спросил я.

Рагнар изучал моё лицо несколько долгих секунд.

Я видел, как в его глазах происходит внутренняя борьба — любопытство боролось с осторожностью. В конце концов любопытство победило.

— Даю слово, я никому не расскажу об этом, — ответил он.

Но что-то в формулировке меня насторожило. «Не расскажу» — слишком узкое определение. Он мог записать информацию, передать её знаками, нарисовать схему… Дипломат со стажем наверняка знает толк в словесных лазейках.

— А ты можешь поклясться, что никогда и никому не передашь эту информацию? — уточнил я. — Никаким способом?

Рагнар от души расхохотался, откинувшись на спинку стула.

— Алексей, а ты, я погляжу, малый проницательный. Мало кто из Избранников замечал, как я осторожно подбираю слова.

Он помолчал, всё ещё улыбаясь, но в его взгляде появилось что-то новое — уважение.

— Что ж, клянусь своим словом, что никогда и никому не передам твои секреты. Ни единому живому существу.

В момент, когда он произнёс эти слова, воздух в комнате словно сгустился. Я почувствовал это кожей — лёгкое покалывание, как от статического электричества, которое пробежало между нами. Магия клятвы, древняя и неумолимая, сплела невидимые узы вокруг слов Рагнара.

И тут меня осенило. Раньше я считал эту способность Избранников чем-то второстепенным, почти бесполезным, но теперь вдруг понял, насколько это мощный инструмент в дипломатии. По сути, это был встроенный детектор лжи и гарант сделки в одном флаконе.

Я ощутил это глубинное, инстинктивное понимание — Рагнар физически не сможет нарушить свою клятву, как бы ни старался. Какая-то часть магии этого мира теперь следила за тем, чтобы его слова не разошлись с делом. Рагнар смог завоевать моё полное доверие, даже не будучи моим старым знакомым.

— Я чувствую это, — пробормотал я. — Магию клятвы. Это… необычное ощущение.

— К этому привыкаешь, — кивнул Рагнар. — Хотя первый раз всегда немного пугает. Ты понимаешь, что больше не можешь соврать, даже если захочешь.

Он выпрямился в кресле, глядя мне прямо в глаза.

— Теперь твоя очередь. Ради чего ты попросил меня связать себя магической клятвой?

И я выложил ему всё.

О своём грандиозном заговоре, о плане по демонтажу Гильдии Торговцев, о моих связях с Паннонием. Рассказал о собственных проблемах с пиратами — о чём он, впрочем, и так знал, — но поделился и планом решения этой проблемы: либо через телепортацию, либо с помощью чёрного пороха.

Когда я закончил, Рагнар просто откинулся на спинку стула, чуть качнувшись, и присвистнул.

— А у тебя, я смотрю, репутация та ещё: постоянно ввязываешься в драки с сильными мира сего и из всего пытаешься извлечь выгоду, — сказал он. — До нашей встречи я думал, что ты вспыльчивый, импульсивный и вообще не самый приятный тип. Но теперь я вижу, что ты просто очень расчётливый сукин сын. Твои планы меня впечатляют.

— Так присоединяйся, — предложил я. — Помоги мне сломать эту монополию. У меня нет ни присутствия на севере, ни союзников, ни контактов — ничего. Если ты согласишься помочь, мы станем на шаг ближе к тому, чтобы покончить со всей этой организацией. Свободная торговля, свободное перемещение. Сможешь расширяться, куда душа пожелает.

Рагнар вздохнул.

— Ты же знаешь, я пришёл сюда только за помощью в моих собственных интригах. Мне не особо хочется ввязываться в какой-то глобальный заговор.

— Месть бессмысленна, если на место одного ублюдка, который сотворил все эти зверства, придёт другой, такой же, — объяснил я. — Ты не просто обрекаешь себя на дальнейшие страдания под пятой Торговцев, ты обрекаешь на это любого другого Избранника, который однажды может совершить ту же ошибку, что и ты. Ты сможешь с этим жить?

Я не был уверен, сработает ли такая апелляция к альтруизму, но Рагнар упоминал, что работал дипломатом в ООН. Уж у дипломата-то уровень сострадания к другим должен быть повыше, чем у простого смертного.

— Если бы только все так заботились друг о друге, — ответил Рагнар. — Но я не уверен, что одной лишь доброты достаточно, чтобы мотивировать меня сражаться с самой крупной объединённой силой на этом континенте.

— А что, если тебе и не придётся сражаться? — спросил я.

— Мои планы, — начал говорить я, — не предполагают открытого конфликта. Я просто собираюсь отнять у них то, что даёт им силу: деньги. В нужный момент я хочу, чтобы все участники этого заговора просто прекратили выполнять их торговые заказы. Вот и всё. Я не прошу тебя собирать армию, не прошу идти маршем на город. Я просто хочу, чтобы ты действовал со мной заодно, когда придёт время.

— Так себе месть, — проворчал Рагнар. — Перекрыть им зарплату?

— Ладно, а что мотивирует твоих людей? — спросил я.