Основание
Шрифт:
— Я предупреждал тебя о самодеятельности. Ты помнишь?
— Так точно, — закрыв дверь за собой, ответила Лина, вытянувшись в струнку.
— Значит, ты намеренно проигнорировала мои приказы? — серые глаза капитана пытались прожечь дыру в её груди. Лина всерьёз забеспокоилась о целостности костюма.
— Никак нет. Система дальней связи была отключена, так как был риск перехвата, уточнить обстановку я не могла. А союзные силы не только оказались меньше предполагаемых, но и плохо обучены. Они не смогли бы дать нам необходимое время для захвата цели, поэтому мной было принято решение изменить план операции ради достижения поставленной вами задачи, мой капитан! — рьяно отрапортовала блондинка, сложив руки за спиной и выкатив грудь колесом.
— Вот оно как. И поэтому ты, вместо тихой и предполагаемо почти бескровной вылазки, решила развязать грёбаную войну? Лина, какого хера? — вскочив из-за стола, наконец дал Рич волю вспышке гнева. — База «Образ» почти уничтожена, весь персонал убит, заключённые либо погибли, либо разбежались по всем окрестностям, прихватив трофейное оружие! Но этого тебе показалось мало? Мало, мать твою!?
— Ну, чуточку задержалась с целью освобождения ещё одной цели. Потому пришлось идти на прорыв установленного Ликвидаторами оцепления и… устроить небольшую диверсию в системе рециркуляции отходов Верхних Шпилей, — ответила девушка, опустив взгляд.
— Ты засветилась на камерах. Перебила у них четыре отряда. Сбила два шаттла. Разрушила часовню Бога-Кузнеца, построенную в позапрошлом столетии и затопила элитный квартал дерьмом! — вспышка гнева уступила место усталости, Генар опять опустился за стол и выпил черную, словно нефть, жидкость у себя в кружке.
— Элитным дерьмом, мой капитан! — попыталась пошутить девушка, но заметив его яростный взгляд, сразу опять опустила голову, — Прости… А что, часовню тоже я развалила?
— Не совсем, в неё влетел сбитый тобой ликвидаторский челнок, битком набитый тяжёлым вооружением. Лучше бы ты это всё устроила в жилом квартале, там на складах было продукции для Верхних Шпилей на десятки тысяч золотом, — тяжело выдохнув спертый в груди воздух, Генар допил, наконец, свой кофе могучим глотком и поинтересовался: — Ну и что мне с тобой делать? «Образ» землю носом роет в поисках тех, кто это устроил, а ты наследила знатно, это не трёх оперативников замочить в парке. Скоро они на нас выйдут.
Лина подняла на Генара глаза и выдала речь, от которой его зрачки медленно и постепенно расширялись до состояния серебряной монеты:
— Предлагаю добить эту корпорацию. Разнести её по кирпичику. Навестить «Объект-6» и вскрыть всё то дерьмо, что мы нароем: эксперименты на детях, попытки создания псевдо-искина на основе их мозговых тканей, исследования технологий по клонированию. После того, что случилось, они с нас живыми не слезут, так что надо бить первыми. К тому же, твой отец будет только рад избавиться от конкурентов и нас поддержит, если на руках будет что предъявить, а Псайтех сейчас не станет влезать в конфликт.
— Стерва, — задумчиво и сухо резюмировал Генар. — Ты всё это затеяла, чтобы не оставить мне выбора. Одного не пойму: я думал, ты нацелилась на папаню, на хрена тебе уничтожение «Образа»? А главное — зачем? — Ричард прокрутил в голове доклад Найта, припомнил всё, что знает о своей подруге, и пришёл к выводу: — Месть за Марселлу?
— Скорее за «себя». Тебе ведь давно это известно? Я — «Марселла». И мне перестало быть плевать на всё то, что пришлось пережить за те два года, что я провела в «Объекте». Я ведь всё отчётливо помню: каждый разрез скальпеля, каждую вспышку пси-облучения, каждый укол, после которого горели вены по телу. Просто раньше закрывала глаза. Не хотела верить, что всё это — моё. Но едва увидела того мудака в камере… как всё изменилось. Я эту падлу узнала, Ричи. Я злюсь. Очень злюсь. Как никогда раньше, и не знаю, что со всем этим делать. Я хочу… мести. — Девушка подошла к столу, присела напротив солнцеволосого и налила себе чашечку кофе. Её руки подрагивали.
— Ты про Эдгара Крайда? — спросил капитан.
— Да. Пока «Марселле» корёжили и меняли разум и тело, готовя к слиянию с метаморфом, она… Я находилась на его «попечении». Он бил меня и… насиловал. Неоднократно. «Эдгар Крайд» — это просто имя. Я его не знала. Только лицо. Раньше это были просто чужие воспоминания… — Лина жалко вздохнула и вгляделась в чёрный, парящий напиток.
— Но вскрыть ему одному глотку тебе будет мало? Ты собираешься уничтожить весь «Образ». Вот скажи, что мне мешает просто отдать им тебя в знак извинения и погасить этот конфликт? Мне он нахрен не сдался, у меня цели другие. Ты это понимаешь? — требовательно спросил Ричард.
— А ты это сделаешь? — Их глаза снова встретились.
Солнцеволосый помедлил и отрицательно покачал головой:
— Нет. Но идти у тебя на поводу я тоже не собираюсь. Ты ставишь меня перед фактом. Манипулируешь мной. Пытаешься загнать в угол, чтобы я действовал согласно твоим интересам. Так что я влезу в долги перед отцом и выплачу «Обществу Разума» компенсацию за причинённые разрушения. А мы сегодня же отчалим в Солетад, — холодный и решительный голос возлюбленного прокатился по коже. Сердце щемило от сожаления.
— Хорошо, — спокойно кивнула девушка и, подняв планшет, отправила заранее приготовленное сообщение. — Не беспокойся, Искатель Ветра останется на ходу.
Генар прочитал присланный файл и зло покачал головой:
— Хватит себя вести как избалованная девчонка! Ты готова уйти с корабля, из Ордена, просто потому, что тебе сказали «нет»?
— Я уничтожу «Образ». С тобой или без тебя. Ты не раз ставил меня перед фактом, приказывал мне, и я выполняла. И никогда не говорила тебе «нет». Не потому что ты мой капитан. А потому что ты мой друг. — Девушка поднялась и направилась к двери, но замок сухо щёлкнул, запираясь.
— Мы не закончили, — холодным голосом, в котором скрывалась боль, произнёс Генар. — Хочешь валить — вали. Броня — твоя. Но реликты оставь, я их верну в Хранилище, как и положено.
Лина повернулась к нему, отстегнула изменённый кошмаром арбалет и уложила на стол перед капитаном, после чего погасила доспехи и медленно расплела скрывающуюся в них «Вуаль Девы», что собралась в паутинку почти невесомого серебристого шёлка, которую девушка опустила рядом.
— С «Лазурью» могут быть проблемы, она слилась со мной, — сухими губами пожаловалась она.