Чтение онлайн

Но это впечатление быстро рассеялось.

На подъезде к городку улицы стали куда более плотными на постройки и гораздо оживленнее, несмотря на то, что стемнело уже полностью: работали местные магазинчики, горел свет и играла музыка в кафе и барах, моргала оранжевая вывеска заправки. Обе стороны дороги полнились такими же домиками, как и на подъезде, и Линда уже начинала чувствовать уют маленького городка.

Универсал чуть затормозил, объезжая глубокую яму, огороженную оранжевой лентой с надписью «Опасно», а всего в трех- четырех метрах впереди рабочие разместили знак: «Дорожные работы». Тишину разорвал громовой стук автоматического молота.

Спустя еще несколько минут перед глазами возникла широкая зеленая табличка: «Вы въезжаете в Уотервилл. Колыбель науки штата Мэн». Руки Тиль вдруг похолодели, но сейчас это не был страх, скорее предвкушение скорого достижения цели. На все время поездки она отбросила депрессивный настрой и неверие, на несколько часов девушка поверила, что сможет отдохнуть и привести сознание в порядок, но чем ближе становился дом любимой тетушки, тем тоньше и невесомее становилась эта вера.

— Так какая улица нам нужна? — спросил Нильсон, приближая в телефоне карту.

— Кажется, Элм- стрит…, — Тиль неожиданно обнаружила, что забыла полный адрес. Не может такого быть! Она стала рыться в памяти как в глубокой сумочке, где лежало все на свете. Но сколько не силилась — не могла вспомнить.

В итоге пришлось искать другой выход из ситуации: остановив машину на обочине близ пекарни, Тиль достала смартфон из бардачка и набрала номер. Вот так вот спустя больше года с последнего разговора позвонить и спросить адрес. Линда не предупреждала тетю Агату о приезде, хотя стоило бы, женщина не любила сюрпризы. Все собиралась, но потом оказалась в самолете, а потом уже выехала и решила не говорить ничего.

— Алло, тетя? — слова давались тяжело, Тиль чувствовала себя очень неловко.

— Линда?! — ответила Агата Уиклэнд. Позади шумел телевизор.

— Да, привет. Я сейчас в Уотервилле, но так получилось, что совершенно забыла, где ты живешь, не могла бы ты…

— Что ты делаешь в Уотервилле? — перебила Агата. Видимо, она вышла из шумной комнаты и плотнее прижала телефон к уху, а для лучшего эффекта решила еще и повысить голос.

— Решила приехать к тебе в гости, загладить вину за то, что пропала на год.

— И не предупредила, — возмутилась тетя, — у меня совсем ничего не готово к приходу гостей. Ты одна?

— Нет, я с Нильсоном, — Тиль украдкой посмотрела на Брайера, тот прокручивал ленту новостей в телефоне.

— Боже мой! — воскликнула тетушка так громко, что услышал не только Нильсон, но и, должно быть, люди в пекарне, — нет, ты должна была предупредить! Я очень сержусь!

— Прости, тетушка.

— А, да что с тебя взять, — мягко ответила Агата, — я всегда рада своей племяннице, даже если она нагрянет неожиданно. Приезжай, Колледж- авеню, дом сорок два.

— Спасибо, мы скоро будем.

— А где вы сейчас?

— Так, мы…, — Тиль чуть опустила окно, в нос сразу ударил запах выпечки, — недалеко от «Джульетты».

— А ты можешь забрать Майло? Он как раз там, ушел за булочками больше часа назад. Должно быть снова застыл у прилавка. Уже стемнело, я волнуюсь.

— Конечно, — Тиль попыталась разглядеть сквозь окна маленький силуэт ребенка, но пока этого не удавалось.

— Спасибо, племянница. Жду, — с этими словами тетя отключилась.

— Что там? — поинтересовался Нильсон.

— Она попросила забрать Майло. Он в пекарне.

— Что за Майло?

— Ее сын.

— Взрослый мальчик не дойдет домой? — поднял бровь Брайер.

Тиль рассказывала не все истории о своей семье, у тетушки был сын от первого брака, взрослый, не так давно уехал из Уотервилла поступать в институт Огасты, хотя все уговаривали его остаться. Неизвестно, что послужило тому причиной, желание быть поближе к столице штата или стремление жить отдельно от суетливой мамы. После развода Агата, будучи женщиной очень бойкой, горевала недолго и встретила другого мужчину, от которого и родился Майло, которому на момент сегодняшнего дня было уже девять…то есть десять. Тиль совсем забыла посчитать упущенный год.

— Это не тот, который взрослый, это второй, — уточнила Тиль, отстегивая ремень безопасности.

— Ну ладно, — пожал плечами Нильсон, не показывая особой заинтересованности, — иди, я пока перепаркую машину.

Линда направилась в сторону пекарни, в то время как универсал сверкнул красными огнями, затем белыми и стал сдавать назад.

При открытии двери звонко дернулся колокольчик. Своим визитом девушка тут же привлекла внимание кассира, молодая особа в оранжевой блузке, с бейджем и в чуть примятом поварском колпаке навела на нее взгляд, широко улыбнулась и поприветствовала. Несмотря на время, очередь в пекарне была немаленькой, Линда бегло насчитала десять человек, но не могла найти среди них Майло.

За людской колонной скрывался еще зал, для тех, кто предпочитал не брать навынос, а посидеть внутри. Но вот именно посетителей было очень мало, занят был всего один столик и, конечно же, это был Майло.

Мальчик в черной толстовке и подвернутых на штанинах джинсах сидел у окна крепко сжимая пластиковый стаканчик, из которого шел пар. Он смотрел на проезжающие мимо машины, изредка переводя взгляд на вывески и совсем не следил за временем, хотя именно для этого ему были куплены электронные часы, плотно застегнутые на запястье левой руки. Хотя возможно проблема была в том, что они обладали уж очень маленьким дисплеем, и ребенок ничего не мог разглядеть. Как можно было купить мальчику, носящему очки, такие часы?

Майло быстро обернулся на шаги Линды, и рот его растянулся в улыбке, имевшей два пробела из выпавших молочных зубов на верхнем и нижнем ряду. Мальчик соскочил со стула и быстрым шагом направился к ней, а сблизившись, заключил в теплые объятия.

— Приехала за мной, да? — спросил он, не давая Тиль опомниться.

— Да, из самого Хьюстона, — улыбнулась девушка, — что ты здесь делаешь? Мама волнуется.

— Я пришел в пекарню и пока смотрел на пирожные и думал о том, какие мне бы хотелось, забыл то, за которым пришел.